До встречи в Вальхалле

LXVI

Бой закончился к полудню. Воины короля одержали верх и дали викингам час, чтобы собрать с поля убитых и раненых. Те, кто остался в живых, разыскивали тела своих друзей и родных. Над лугом стояла страшная, скорбящая тишина. О продолжении похода нельзя было и думать. Нужно было отправляться домой. Вендела аккуратно вложила в ножны меч и огляделась. Сестры нигде не было видно.

— Бринхилд! — окликнула она. — Где ты? Бринхилд! Что же ты не отзываешься? Бринхилд!

Вендела пошла через толпу угрюмых викингов, пытаясь найти в ней Бринхилд. Но ее нигде не было. Вдруг Вендела вспомнила о ее ране, и какое-то нехорошее чувство тисками сжало сердце. Она уже почти сходила с ума от страха.

— Бринхилд! — она позвала еще раз.

— Я здесь, Вендела, — донесся откуда-то слабый голос.

Вендела побежала на звук, протолкнулась через толпу и увидела ее.

Она лежала на красной горячей земле. Лежала на спине, прикрыв рукой кровоточащую рану на животе. Лежала чуть в стороне, чтобы никому не мешать. У Венделы подкосились ноги. Она рухнула рядом с сестрой на колени.

— Бринхилд, милая, что с тобой? — забормотала она и вскрикнула: — Помогите!

— Нет-нет, не нужно… — слабым, тихим голосом остановила ее Бринхилд. — Не нужно звать никого.

Вендела с опаской взглянула на нее. Она говорила слишком убедительно, чтобы ее не послушать. Она была бледной как смерть, острые и без того черты лица ее казались еще острее. Светло-карие глаза будто увеличились на внезапно похудевшем и строгом лице. Губы алели. И с ужасом на этих губах Вендела узнала ту самую улыбку, которую она читала на лице Сумарлитра в день его смерти. Она не хотела верить, хотя в эту самую секунду поняла, что это неизбежно. Вендела попыталась оторвать лоскут от своей рубашки, чтобы перевязать рану, но руки дрожали, ткань отчаянно сопротивлялась, и разорвать ее никак не получалось.

Вдруг Вендела почувствовала, как на ее ладонь легла холодная рука с длинными, тонкими пальцами. Вендела вздрогнула. Такой невесомой, почти призрачной была эта рука. Бринхилд посмотрела на Венделу. И взгляд ее глаз пронзил насквозь. На лице ее сияло невообразимое спокойствие. Спокойствие и какая-то особенная мудрость, которую невозможно познать при жизни. Мудрость, которая приходит только перед смертью. Прощальный подарок жизни. Мудрость, что дарит то самое спокойствие, с которым не страшно умереть. Вендела снова вздрогнула. По щеке скатилась слеза. А потом еще одна и еще. И вот она уже ревела, как маленькая. Слезы капали на рану Бринхилд, смешиваясь с кровью.

Бринхилд нежно смахнула дрожащими пальцами слезу со щеки сестры, оставив на ее лице красный след, и со спокойной уверенностью проговорила:

— Вендела, не плачь, пожалуйста.

Вендела смотрела на нее. Она лежала здесь. Истекала кровью. Умирала. Бринхилд умирала. И она, Вендела, не могла ничего сделать. Верить не хотелось, все это было как будто во сне. Нет, этого не может быть. Правда?.. Плечи Венделы снова затряслись, и она не смогла сдержать вновь подступивших к горлу рыданий. Бринхилд опять начала говорить тем же пугающе спокойным голосом:

— Вендела, я умираю. Я это знаю. И ты тоже знаешь. Мне осталось жить всего несколько минут. Так давай не будем плакать, ладно? Сейчас я должна многое тебе сказать. Давай просто поговорим.

Вендела кивнула, пытаясь сдержать очередной порыв рыданий. Бринхилд тяжело дышала. Жизнь медленно выпускала ее из своих объятий.

— Тебе очень больно?.. — спросила Вендела, чтобы что-нибудь спросить.

— Ничего, это ненадолго, — улыбнулась Бринхилд.

Вдруг она чудовищно закашлялась. Грудь ее тряслась, из горла вырывались страшные звуки. Она закрыла рот ладонью, а когда отняла руку, та была красной от крови.

— О Господи! — воскликнула Вендела.

Она положила голову раненой себе на колени и принялась пальцами перебирать ее спутанные волосы. Бринхилд тем временем пришла в себя и несколько раз глубоко вдохнула.

— Вот что, — наконец смогла проговорить она, — нельзя больше терять время. Все, что я сейчас скажу, — важно. Запомни и передай мои слова тем, кому они предназначены. Слушай. Хорошо?

Вендела закивала. Она смотрела на Бринхилд, пытаясь запомнить каждую ее черту. Она была как никогда красива сейчас. Она говорила, и голос ее слабел с каждым произносимым словом, таявшим в воздухе.

— Передай родителям, чтобы не убивались из-за меня. Они делали все, что могли, и ни в чем не виноваты. Значит, это моя судьба. Нам всем остается лишь покориться. Хэльварду скажи, что я надеюсь на него. Что он должен следить за мамой, папой и тобой и никогда не терять твердости духа. И что я в него верю. Пусть Кэрита знает, что я ей благодарна. И попроси ее быть рядом с вами. Ульвару передай… — и взгляд ее обратился к небу, — передай, что я знала, что делала, когда спотыкалась. Это было лучшее мое решение. Скажи, что он стал для меня всеми девятью мирами. — Она прикусила нижнюю губу. — А я, глупая, думала, что у меня еще вся жизнь впереди, чтобы это сказать… это не говори. Поняла?

Вендела кивнула. Она не хотела верить. Но это происходило. Слова Бринхилд плотно впечатывались в сознание Венделы. Она будет помнить их всегда. Она знала.

— Вендела, — улыбка озарила лицо раненной, — я так рада, что познакомилась с тобой, что смогла тебя чему-нибудь научить. У тебя впереди целая жизнь. Обещай, что потратишь ее не просто так.

— Обещаю, — Вендела все еще перебирала беспокойными пальцами ее волосы.

— Хорошо… — она вдохнула. И закрыла глаза.

— Не уходи! — рыдания распирали Венделу изнутри.

— Не бойся. Дай руку. — Вендела вложила руку в ее холодную ладонь. — Я ведь не боюсь. Валькирии уже летят за мной, чтобы проводить в Вальхаллу. Я слышу шелест их крыльев.

Вокруг стали собираться люди. Но Бринхилд их уже не видела.

— Все. Пора, — шептала она. — Я умираю. Но умираю счастливой. Умираю достойно. С честью и славой. Спасибо тебе. За все. До встречи в Вальхалле.