Доба Войны. Нулевая книга

Трагедия, которая перевернула мир.

Андуруум встречал 5 апреля тёплым весенним утром, воздух был свежим, насыщенным ароматами цветущих деревьев и лёгким дымком от утреннего пекарского огня. Город, раскинувшийся на склонах и равнинах у широкой реки, сиял в солнечных лучах: белые и серые каменные здания с красными и тёмно-коричневыми крышами казались живописной мозаикой, разбавленной зеленью парков и площадей, узкие улочки в старом квартале уже заполнились торговцами, а широкие проспекты ближе к центру постепенно оживали, прохожие спешили по делам, слышались отголоски разговоров, стук копыт, скрип колес и далекие голоса уличных зазывал. Ивьен Медрада сидел за небольшим столиком у одной из утренних кофеен, расположенной на возвышении, откуда открывался роскошный вид на центральную часть города. Здесь, среди изящных кованых фонарей и мраморных балюстрад, утренний напиток казался особенно приятным, он неторопливо читал свежие новости, одной рукой держа чашку с напитком, который здесь называли "меренай", это был густой, насыщенный тёмный чай с терпким вкусом, который традиционно варили с корицей и лёгкой примесью сушёных ягод. Медрада был одет просто, но со вкусом: тёмно-синий жилет поверх белой рубашки, серый плащ небрежно наброшен на спинку стула, удобные коричневые перчатки лежали рядом с новостными бумагами, хотя он был одним из самых богатых людей мира, его внешний вид никогда не кричал о роскоши, лишь тонкая работа тканей и безупречный крой выдавали в нём человека, умеющего выбирать качество. Он перевернул страницу и скользнул взглядом по заголовкам.

Первая новость : «Глава делегации Миренджерии неожиданно покидает Андуруум»

Медрада прищурился, этот человек ещё вчера делал громкие заявления о партнёрстве, а сегодня внезапно уехал, слишком странно, чтобы быть совпадением.

Вторая новость : «Таинственное исчезновение торговца в прибрежном квартале: следователи пока не дают комментариев»

Медрада задумчиво постучал пальцами по столу. Андуруум был городом, в котором исчезновения случались редко, особенно среди состоятельных купцов.

Третья новость : «Гаштарская Молодая Дейренесхейная Гвардия выступает с новым манифестом»

При одном только названии этой группы лицо Медрады исказилось от раздражения. Ещё один манифест, и он уже заранее знал, что в нём будет. Он отложил бумаги, допил оставшийся в чашке чай и посмотрел на город, он знал, что этот день не принесёт ничего хорошего, сегодня в Андуруум прибывает главная женщина Миренджерии, высокопоставленная дама, чья власть простиралась далеко за пределы одной страны, она уже проехала несколько городов, и теперь Андуруум был лишь очередной остановкой в её демонстративном турне. Медрада испытывал к ней глубокое отвращение, он мог бы уважать даже своих врагов, если бы они имели принципы, но эта женщина… она символизировала всё, что он презирал, жестокость под маской порядка, угнетение, поданное как защита традиций, полное презрение к людям, не подходящим под её миренджеристские стандарты. Император тоже не желал её видеть, он не раз говорил, что её взгляды вызывают у него отвращение, да и Аукорин, обычно сдержанный, хладнокровный человек, тоже открыто недолюбливал эту женщину, однако дипломатия требовала её принять.

- Проклятые условности… - Медрада покачал головой и откинулся на спинку стула.

Он представил, как сейчас по улицам уже расставляют охрану, как чиновники суетятся в преддверии её прибытия, карета, окружённая стражей, уже, наверное, пересекла дальние кварталы и приближалась к центру города. Медрада вздохнул.

- Ну и день нас ждёт…

Зал заседаний был просторным, с высокими окнами, через которые лился дневной свет, длинный дубовый стол, за которым сидели советники, занимал почти всю центральную часть комнаты, атмосфера была напряжённой, хотя ещё никто не повышал голос. На почётном месте сидела женщина, из-за которой и было созвано это собрание. Деклин, главная женщина Миренджерии, держалась с безупречной гордостью, её дорогой наряд из тёмно-синего бархата с золотыми узорами подчёркивал её статус, а на тонких пальцах поблёскивали несколько перстней, она поправила тёмные локоны, неторопливо оглядывая собравшихся своими ледяными голубыми глазами.

- Итак, господа, перейдём к главному, - её голос звучал ровно, но в нём сквозила стальная настойчивость. - Вы все понимаете, что Дейренесхейн, это государство Миренджерии, а значит, он обязан следовать её курсу, я предлагаю внести важный законопроект, запретить негаштарским женщинам рожать детей от негаштаров.

Наступила тишина, кто-то от удивления поднял брови, но большинство сохраняли невозмутимые выражения. Деклин продолжила, теперь чуть наклонившись вперёд, словно ожидая сопротивления :

- Согласно нашим исследованиям, кровь гаштаров разбавляется с каждым поколением, если позволить этому продолжаться, наши земли утратят истинную чистоту, поэтому этот закон необходим, со временем негаштарские гены исчезнут, и мы укрепим позиции гаштаров в Дейренесхейне.

Она выдержала паузу, наблюдая за лицами советников. Первым заговорил Заллан, его голос был холоден, но контролируем :

- И как вы представляете себе реализацию этого закона? Проверки, запреты на браки? Или, может, наказывать женщин, которые посмеют ослушаться?

- Конечно, ограничения в браках и особые проверки, это лишь первые меры, со временем общество само привыкнет к правильному порядку вещей.

Среди советников раздались негромкие разговоры, кто-то кивал, кто-то переглядывался.