Добей меня, любимый

Глава 14

Адриан Ледюк заплатил за машину в два раза больше обычной ее стоимости,запрашиваемой директором автосалона. Одну пачку крупных купюр он протянул директору за саму машину, еще одну такую же пачку со словами: если с машиной что-то случиться. И третью пачку, чуть поменьше двух предыдущих, положил, не стесняясь, прямо в карман ошеломленному лысому мужчине примерно пятидесяти лет от роду. Ладно, мужчина был почти лысым. Я заметила его еле-еле прорастающие седые волосы только тогда, когда он повернулся к нам с Адрианом спиной. Адриан особо на затылок директора проката не смотрел. Ему больше был интересен вид машины, которую бармен решил заполучить на время пребывания на острове.

Машину соратник, в лице напарника и пленителя, выбрал знатную. Он явно решил покрасоваться перед жителями, живущими на острове в самой глуши. Вот спрашивается, зачем брать дорогую и, судя по виду, импортную машину тогда, когда за окном холодно и прохладно,редко появляются пешие прохожие? Зачем?

– Зачем ты работаешь в забегаловке, не в самом популярном месте, если у твоего родителя уже есть деньги и не маленькие, чтобы жить на полную катушку не работая?

– Место приличное. – Начал спорить со мной Адриан, открывая двери машины и запрыгивая в арендованную малышку, устраиваясь в сидениях из лакированной кожи и облокачиваясь на спинку водительского сидения. – Поток местных жителей все время. Не разу еще не замечал пустых столов. Что же касается наличия денег, то даже они не могут заменить живое общение. Не забывай об этом Лаврецкая! Ты же тоже работаешь, несмотря на имеющиеся деньги твоих родителей.

– Я, в отличие от тебя, устроилась на работу по дружбе. Не дружи я с Олегом, вряд ли бы мне предложили занять место журналистки в детективном агентстве.

– Тебе нравится это место? Работа?

– Мне нравится мое окружение. – Я не стала ждать приглашения присоединиться к Адриану, и без лишнего промедления села на переднее пассажирское сидение. Признаться,теория Людовика Шеннера действительно давала о себе знать. Я уже не так сильно боялась машин, но страх еще присутствовал. Вот его я старательно пыталась не показывать, и безумно сильно надеялась, что Адриан Ледюк не замечает моего нервного состояния.

– Держим курс на столицу острова. – Адриан оторвал одну руку от руля, включил ключ зажигания и на слово столицу согнул на левой руке два пальца: средний и указательный.

Машина неизвестной мне, но известной марки Адриану (я в этом ни на минуту не сомневалась, иначе бы он вряд ли купил бы такую машину) заурчала мотором, плавно двинулась с места. Адриан слегка нажимал на педаль газа. Его поза казалась слишком расслабленной для езды по незнакомой территории. Я не думала, что он с отцом когда-то бывал в этой части Европы. Почему? Наверное потому, что здесь скрывалась их мачеха, которую, судя по всему, они оба не долавливали.

– Расскажи мне о своем брате. – Попросила я, решив прервать молчание спустя двадцать минут езды по безлюдной горной дороге. Смотреть на горы и пустые поля было забавно первые минут десять. Потом однотипный и одноразовый пейзаж стал мне надоедать.

– Что именно ты хочешь о нем знать?

– Все, чем он занимался до момента убийства стольких людей.

– Ничем особенно он заниматься не любил. – Адриан приоткрыл окно и пожал плечами. – Сидел непрерывно за компьютером и играл в игры. Выходил играть с друзьями лишь в те моменты, когда его приглашали. Самостоятельно собирать компании считалось не его занятием,которым он хотел заниматься. С друзьями не конфликтовал, с мальчиками играл в войну и стрельбу. Под кроватью дома хранил оружие, вроде пистолет Калашникова, приобретенный отцом по привлекательной цене и подаренный Жерому на тринадцатилетние.

– Отец подарил тринадцатилетнему мальчику настоящий пистолет Калашникова? – Мои брови поползли вверх, глаза стали вырываться из орбит, а лицо с дороги повернулось в направлении парня, сидящего чуть поодаль от меня.

– Поддельный. Скорее всего. Не знаю. Я не присутствовал на дне рождении сводного брата. И не исключаю возможности, что Жером лишь хвастался наличием оружия перед своими друзьями, чтобы те считали его крутым до невозможности.

– Хвастовство перед друзьями это одно… – Пробормотала я под нос. – Тебе не кажется странным, что, если твой сводный брат хвастался ненастоящим как настоящим оружием перед друзьями, до тебя, как до старшего брата, все равно дошли слухи?

– Слухи могли дойти до родителей мальчишек, которым мой брат хвастался наличию огнестрельного оружия. Тебе ли не знать, как подростки любят делиться услышанными новостями с родителями, которые буквально заставляют своих чад рассказывать им как прошел их день.

– Исходя из личного опыта, могу сказать, что подростки сначала фильтруют полученные новости, а потом уже рассказывают взрослым то, что хотят рассказать своим родителям. И я до сих про сомневаюсь, что кто-то был настолько глуп, что поделился полученным слухом со своими предками.

– Твой напарник проверял комнату мальчика?

Я одарила соратника злым взглядом. Вот знает же, что нет. Или что я не знаю! И все равно давит на больное место.

– Ты сам прекрасно знаешь ответ.

– Значит нет. – Констатировал уже давно знающий вердикт Адриан. Видимо, для этого ему просто необходимо было мое подтверждение. Но зачем спрашивать, если так и так знаешь ответ? – Спроси у него потом на досуге.