Добро пожаловать домой

Глава 7

— Вы не поверите, что я нашел! — воскликнул Сергей, но, увидев бледные, напуганные лица, сразу стал серьезным. — Что?

— Игорь… — тихо выдавила блондинка, — он…

— Что? — в тоне Антонова-старшего послышалась угроза.

— Он исчез… — в глазах у Насти был неподдельный страх.

— Куда исчез? Как?! — мужчина вышел из себя и резко поднялся.

— Провалился в картину, — сообщил подошедший Дима.

Сергей сел обратно.

— Прости, куда?!

— Пойдем! — блондинка схватила его за руку.

Поднявшись наверх, они еще раз тщательно осмотрели картину. Дима и Сергей пытались отодвинуть тяжелую раму, но та не поддавалась, как будто была намертво приделана к стене.

— Как это случилось? — прорычал Антонов, пытаясь взять себя в руки.

— Он толкнул плечом, и она… повернулась… — сбивчиво объяснила Ангелина.

— Минуточку… — Сергей вдруг бросился вниз.

Все четверо переглянулись и побежали за ним.

— Где же это… Где?! — он судорожно листал дневники, уже не заботясь о ветхости страниц. — Нашел! — он поднял выпавший, из одной из тетрадей, кусок плотного пергамента.

— Что это? — удивленно спросила Анастасия.

— Карта, — пробормотал мужчина, расстилая ее на столе, — точнее план дома.

Ребята склонились над бумагой.

— Вот это, — Сергей указал на квадрат, находящийся на втором этаже, — спальня графа Михайловского, точнее он был русским князем. Он построил этот особняк для своей семьи, она у него была довольно большая. Смотрите, — он указал на маленький кружок рядом со спальней, — это видимо потайная комната, в которую попал Игорь, когда портрет повернулся, а значит где-то должен быть механизм, который…

— Народ!

Все замерли. В кухню ввалился запыхавшийся парень.

— Я такое нашел! — с восторгом сообщил Антонов-младший, не обращая внимания на изумленные взгляды. — Идемте! — он развернулся и побежал вверх по лестнице.

— Еще раз провалишься куда-нибудь без разрешения, я тебе голову откручу! — пообещал Сергей, входя в комнату вслед за братом, но в его голосе слышалось облегчение.

— Смотри, — Игорь легко повернул портрет, и они увидели маленькое темное помещение, освещавшееся лишь одной свечкой.

— Как ты открыл его? — спросил Дима, оглядывая раму.

— Первый раз не знаю, а потом я повернул вот эту штуку, и он открылся снова, — парень указал на рычаг, находящийся у двери, — на всякий случай подпер раму деревяшкой…

— Похоже, это потайной кабинет графа, — протянул Сергей, разглядывая небольшой стол и бумаги, разбросанные на нем, — и, по-моему, здесь никого не было после его смерти.

Все в кабинете покрывал толстый слой пыли, а мягкое кресло и шкаф с книгами оплела паутина.

— А когда он умер? — передернувшись, спросила блондинка, оглядывая мрачную комнатку.

— В тысяча шестьсот девяностом, — ответил Антонов, стряхивая пыль с толстого фолианта.

— О Боже… — вдруг прошептала Ангелина, заметив что-то в углу.

— Что там? — обернулся Игорь.

— Трость с портрета… — девушка просто смотрела на нее, не делая попыток взять.

— Так достань ее, — мужчина тоже заметил предмет.

— Не могу, там паутина! — жалобно сказала она.

Внезапно помещение сотряс взрыв общего хохота, сказывалось напряжение.

— Ангелин, я тебя обожаю, — Игорь спокойно смахнул с трости все лишнее и протянул девушке. — Вот! Теперь я заслужил статус героя?

Блондинка только фыркнула и с интересом рассмотрела серебряный клубок змей с разноцветными глазами.

— Это так странно, — с непонятным выражением произнесла она, — я уверена, что никогда раньше не видела эту трость, но она мне определенно знакома…

***

— Граф Александр Михайловский был женат на девушке по имени Софья, — начал Сергей, — в тысяча шестьсот двадцать первом году он построил этот особняк и переехал сюда вместе со своей семьей… У него было четверо детей, две дочери и двое сыновей… А так же вместе с ним здесь жил его родной брат со своей женой и дочерью. Кстати, это они изображены на том портрете, который так понравился Алине.

Девушка вздрогнула. То, что она чувствовала, глядя на картину, никак нельзя было описать словом «понравился».

— Как звали эту девочку? — тихо спросила она.

— Диана, — сообщил Антонов. — Она была их единственным ребенком, остальные умирали сразу после рождения.

Алина вдруг ощутила страшную тоску, сжавшую сердце.

— А что случилось с Дианой?

— Она вышла замуж, родила сына и умерла в возрасте тридцати двух лет, — ответил он.

— Так рано? — удивилась Ангелина.

Сергей снисходительно усмехнулся.

— Тогда возраст мерился совсем по-другому, в тридцать женщина считалась уже почти старухой, — пояснил он. — Теперь о семье графа… Его старшая дочь Анастасия вышла замуж в шестнадцать лет, но судя по ее дневнику, никогда не была счастлива в браке. Она родила мужу двоих детей, но всю жизнь любила некоего Ивана, а в двадцать три года покончила с собой…

— Кошмар какой, — буркнула Настя.

— Согласен… — кивнул рассказчик и продолжил, — Младший сын графа, при рождении его назвали Николаем, тоже не был счастлив в любви… Вообще, судя по всему, никто из них не был счастлив, кроме самого графа и его жены, будто судьба подарила им счастье, отнятое у их же детей… Так вот, Николай был тайно влюблен… В кого непонятно, потому что имени нигде не указывается, но он писал, что его любовь обречена, потому что он никогда не сможет быть с любимой… В общем, трагедия с заявкой на мелодраму. Тем не менее он вынужден был жениться и обеспечить своему роду наследников…

— Почему? — удивился Дмитрий. — Я думал продолжать род должны старшие сыновья…

— Да, но дело в том, что у его старшего брата Михаила детей не было… По крайней мере законных, — ответил мужчина.

— Он не женился? — Алина слушала историю, затаив дыхание.

— Нет, он был женат, но эта история еще трагичнее, чем предыдущие, — Сергей поморщился, он никогда не отличался излишней сентиментальностью. — Он влюбился в прекрасную девушку, которую звали Каролина, видимо это ее кольцо мы нашли в ванной, и в отличие от его братьев и сестер эта любовь была счастливой. Девушка была ему ровней, и их родители легко согласились поженить детей, но… — он сделал драматичную паузу, — через два года после свадьбы Каролина умерла в родах, после ее смерти Михаил больше не женился, хотя дожил до семидесяти лет.