Добро пожаловать в Ад!

Глава 27

Резкий, пронзительный свист разорвал утреннюю тишину, отразившись многократным, издевательским эхом от скал ущелья. Он был похож на крик хищной птицы, но в нем была неестественная, математическая точность, которая не оставляла сомнений — это был сигнал. Ответный свист, донесшийся с другой стороны, с противоположного склона, подтвердил их худшие опасения. Они были не просто обнаружены. Они были в кольце.

Братья-охотники вскочили на ноги с молниеносной, звериной реакцией. Бьорн, Эйнар и Гуннар, три молчаливые, бородатые тени, мгновенно заняли оборонительные позиции за валунами у входа в пещеру, натянув тетивы на своих длинных тисовых луках. Томас, бледный, но решительный, встал рядом с ними, сжимая в обеих руках свой тяжелый, выкованный Дедом тесак. Их было четверо. Четверо против невидимого, неизвестного врага, который действовал слаженно и профессионально.

Анна бросилась к раненому юноше. Он все еще был без сознания, его дыхание было ровным, но слабым. Она схватила свой ржавый меч, чувствуя его неуклюжую тяжесть в руке. Сердце колотилось в груди, как пойманный в силки зверь, но ее разум оставался на удивление холодным и ясным. Паника, которая парализовала ее в первые дни побега, ушла. На ее место пришла ледяная, сосредоточенная решимость.

— Это они, — прошипел Бьорн, вглядываясь в тени между скалами. — Те, кто шел за нами. Я говорил, что они не гвардейцы. Двигаются слишком тихо, слишком умело.

— Что нам делать, Анна? — спросил Томас, не сводя глаз с темных провалов между камнями, откуда в любой момент могла прийти смерть. Он уже не спрашивал совета у Бьорна, опытного охотника. Он спрашивал у нее. В этот критический момент именно она была их лидером.

У Анны в голове проносились сотни вариантов, каждый хуже другого. Сражаться? Против неизвестного числа профессиональных убийц? Это было бы самоубийством. Бежать? Куда? Они были зажаты у реки, в узком ущелье. Сдаться? Кто знает, что сделают с ними эти таинственные преследователи?

И тут ее взгляд упал на раненого юношу. На его бледное, аристократическое лицо. На татуировку на его руке — змея, кусающая себя за хвост. Знак, который привел ее сюда.

Именно он был их целью. Не она, не ее спутники. Он. Они шли не за ними. Они шли за ним. И, возможно, в этом был их единственный шанс.

— Мы можем отдать его им, — сказал Гуннар, младший из братьев, его голос дрожал. — Может, тогда они нас отпустят. Он им нужен, а не мы.

Эта мысль была логичной, прагматичной. Мысль выжившего. Отдать чужую, почти угасшую жизнь, чтобы спасти свои. Но, услышав ее, Анна почувствовала не облегчение, а волну ледяного, презрительного гнева.

Бросить его? После того, как они вытащили его из воды? После того, как Бьорн лечил его своими травами? После того, как она провела бессонную ночь, слушая, как он в бреду зовет свою мертвую сестру? Нет.

Это был ее выбор. Момент истины, который определял, кем она стала. Безжалостной выжившей, готовой идти по трупам, как Арманд и его мать? Или кем-то другим?

— Нет, — сказала она, и ее голос прозвучал твердо и непреклонно, не оставив места для споров. — Мы не будем его отдавать.

Бьорн посмотрел на нее с удивлением, смешанным с уважением.
— Тогда мы все здесь умрем, — констатировал он без всяких эмоций.
— Может быть, — ответила Анна. — А может, и нет. Они не знают, сколько нас. Они не знают, кто мы. Они действуют осторожно. Это дает нам время.

Она думала лихорадочно. Ее мозг, привыкший к анализу, работал на пределе. Каковы факты? Враг профессионален, но осторожен. Их главная цель — раненый. Их слабость — они не знают, с кем имеют дело. Ее сила — неожиданность.

— Бьорн, — обратилась она к охотнику. — Ты лучший стрелок. Займи позицию на том уступе, — она указала на скалу, нависавшую над тропой. — Эйнар, Гуннар, вы — с двух сторон от входа в пещеру. Томас, ты со мной. Мы будем защищать его.

Это был безумный, отчаянный план — оборонять маленькую пещеру против целого отряда. Но он давал им хотя бы призрачный шанс.

— Они не будут штурмовать в лоб, — продолжила Анна, ее голос становился все увереннее. — Они попытаются выкурить нас. Или дождаться ночи. Нам нужно показать им, что мы не легкая добыча.

И тут ее осенила идея. Дерзкая, безумная, рожденная из ее театрального прошлого. Идея, которая могла их либо спасти, либо погубить окончательно.

— Мне нужен лук, — сказала она Бьорну.
Охотник молча протянул ей свой запасной лук и колчан с несколькими стрелами.
— Я не умею стрелять, — призналась она. — Но это и не нужно.

Она достала из своего мешочка кремень и огниво. Оторвала от подола своей рубахи длинную полоску ткани.
— Томас, дай мне свою флягу с маслом для светильника.

Томас, ничего не понимая, но доверяя ей, протянул ей маленькую жестяную фляжку. Анна обильно смочила тряпку маслом и крепко привязала ее к наконечнику стрелы.

— Что ты задумала? — спросил Бьорн.
— Помните, что вы говорили о сказках, которые не согреют? — ответила Анна с кривой усмешкой. — Иногда сказки — это единственное оружие, которое у нас есть.

Она подошла к входу в пещеру.
— Эй вы, там, в тенях! — крикнула она, и ее голос, усиленный эхом ущелья, прозвучал на удивление громко. — Я знаю, что вы здесь!

Ответа не было. Лишь тишина и вой ветра.
— Я знаю, за кем вы пришли! — продолжала она. — Но вы его не получите! Он под моей защитой! Я — Анна из Серебряных Родников, и я говорю от имени этой земли! Убирайтесь, или вы познаете гнев духов этого ущелья!