Добро пожаловать в Ад!

Глава 37

Возвращение памяти стало для Люциана и огненным крещением, и холодным душем. Боль от осознания предательства отца была почти невыносимой, но она же принесла и ясность. Туман, который долгие годы застилал его разум, рассеялся. Теперь он знал своего врага. Не абстрактное зло в лице Морганы и Арманда, а конкретных людей, совершивших конкретные преступления. И, что самое главное, он знал их главную уязвимость — Сердце Ада.

Гнев, который горел в нем, был холодным и сосредоточенным, как луч лазера. Он больше не был просто мстителем, одержимым призраками прошлого. Он стал стратегом, чья единственная цель — уничтожение врага.

На следующий день он собрал военный совет. В большом зале Цитадели, за круглым столом из полированного камня, собрались его ближайшие соратники: Каин, его верный заместитель; Брок, бывший гвардеец, ставший командиром их небольшого войска; Кира, возглавлявшая разведку и диверсионные группы; и другие лидеры общины — гном-оружейник, эльф-маг, даже Томас, как представитель людей из Серебряных Родников.

Анну тоже пригласили. Это был знак. Она больше не была просто гостьей. Она была частью совета.

Люциан, стоя у большой карты Королевства, излагал свой план.

— Мы знаем их слабость, — говорил он, и его голос звенел, как натянутая стальная струна. — Сердце Ада. Оно находится в главной сокровищнице, под тронным залом. Наша цель — проникнуть во дворец и уничтожить его.

— Это самоубийство, — мрачно заметил Брок. — Дворец — самая охраняемая крепость в мире. Там тысячи гвардейцев, магические ловушки, «Бессмертные» королевы.

— Мы не пойдем в лоб, — возразил Люциан. — Мы соберем все наши силы. Мы поднимем восстание в провинциях. Мы ударим одновременно с нескольких сторон, создадим хаос в столице, и под прикрытием этого хаоса диверсионная группа проникнет во дворец.

Это был смелый, дерзкий, но прямолинейный план. План воина.

Анна слушала, и ее юридический мозг работал на пределе. Она видела слабые места в этом плане. Слишком много «если». Слишком много зависело от удачи.

— Это не сработает, — тихо сказала она.

Все в зале повернулись к ней. На лицах воинов было удивление и легкое раздражение. Кто она такая, эта чужачка, чтобы оспаривать план их принца?

— Что ты сказала? — холодно переспросил Люциан.

— Я сказала, это не сработает, — повторила Анна, вставая. Она не испугалась их взглядов. Она была в своей стихии. В зале суда. — Ваш план основан на силе. Но их сила — превосходящая. У них армия, у них магия, у них ресурсы целого королевства. Вы пытаетесь потушить лесной пожар, выливая на него ведро воды.

— И что ты предлагаешь? Сидеть здесь и ждать, пока они нас найдут? — с иронией спросил Каин.

— Нет, — ответила Анна. — Я предлагаю сражаться. Но не на их поле. А на нашем. Мы должны использовать не только мечи, но и ум. Мы должны атаковать не их армию, а основу их власти.

Она подошла к карте.
— Их власть держится на трех китах, — начала она, и ее голос стал голосом адвоката, выступающего перед присяжными. — Первый — страх. Народ боится их и потому подчиняется. Второй — легитимность. Они — законная королевская династия, и любое выступление против них — это мятеж, который карается смертью. И третий — ресурсы. Они выкачивают из провинций все, чтобы поддерживать свою армию и роскошную жизнь.

Она обвела их всех взглядом.
— Ваш план бьет только по третьему пункту, и то слабо. Но мы должны ударить по всем трем. Одновременно.

— Как? — спросил Люциан, в его глазах появился интерес.

— Против страха — мы выставим надежду, — сказала Анна. — Недостаточно просто грабить караваны. Люди должны знать, зачем вы это делаете. Они должны знать, что Серафим — это не просто разбойник, а защитник. Они должны знать, что есть альтернатива. Мы должны начать информационную войну.

— Прокламации? — усмехнулся Брок. — Бумажки против мечей?

— Да! — с жаром ответила Анна. — «Бумажки», которые расскажут правду. О налогах, которые идут не на защиту королевства, а на новые платья королевы. О солдатах, которых посылают умирать ради капризов Арманда. О Сердце Ада, которое высасывает жизнь из их земли. Мы будем распространять их в городах, в деревнях. Мы посеем семена сомнения. И из этих семян вырастет ненависть.

— Против их легитимности — мы выставим вашу, — продолжила она, поворачиваясь к Люциану. — Вы — не мятежник. Вы — законный наследник, старший сын короля, которого незаконно изгнали и попытались убить. Народ должен узнать об этом. Они должны узнать правду о резне в Серебряных Родниках. О том, что вы пострадали, защищая их. Мы превратим вас из разбойника в мученика, в народного героя. И тогда выступление на вашей стороне будет не мятежом, а восстановлением справедливости.

— И против их ресурсов — мы выставим системные диверсии, — закончила Анна. — Не просто грабить караваны. А разрушать их экономику. Сжигать не склады с едой, а налоговые книги. Уничтожать мосты, по которым они везут руду из шахт. Подкупать чиновников. Вербовать недовольных аристократов из малых домов, которых душат налогами. Мы должны сделать так, чтобы их военная машина заглохла из-за отсутствия топлива.

Она замолчала. В зале стояла тишина. Воины смотрели на нее с изумлением. Они привыкли мыслить категориями атак, засад и сражений. А она предложила им нечто совершенно иное. Тотальную, подпольную войну, которая ведется не только на поле боя, но и в умах и сердцах людей.