Добро пожаловать в Ад! Мы рады, что вы умерли

Глава 6. Отдел Тоски и Жалоб

(Сюда идут все, кто нажал «оставить отзыв» на сайте жизни.)

Катя не сразу поняла, что попала в самый унылый участок Ада.

Во-первых, здесь было тихо. Не гнетуще, не зловеще, а просто… скучно. Как в очереди в МФЦ на утерю смысла жизни.

Во-вторых, стены были серыми. Не огненными, не чёрными, а уныло-серыми, как PowerPoint-презентация по налогам.

И в-третьих — посередине сидели жалобщики. Сотни. Нет, тысячи. С разными лицами, возрастами и страданиями. Каждый со своей историей. И — со своей формой жалобы.

— Добро пожаловать в Отдел Тоски и Жалоб, — объявил Владислав, открывая дверь с надписью «Входите без надежды». — Здесь всё серьёзно.
Он сунул Кате в руки стопку бумаг.
— Вот формы 33-ТЖ и 666-ОМ. Это для тех, кто жалуется на свою смерть и «не согласен с распределением».

— С распределением?

— Ну да. Кто-то считает, что не заслужил Ад, кто-то — что Рай слишком скучный, а одна женщина трижды подавала апелляцию, потому что у неё были карточки лояльности в храме.

Катя пролистала форму. Там были пункты вроде:

Отметьте причину жалобы:
□ Меня не так похоронили
□ Я вообще не умер(ла)
□ Почему соседи попали в Рай, если они слушали шансон?
□ Другие (уточните, но мы всё равно не прочитаем)

— И что я должна с ними делать?

— Улыбаться. Кивать. И ни в коем случае не говорить «понятно». Иначе они расскажут всё заново.

Катя заняла своё место за стойкой. Перед ней уселся первый клиент. Мужчина лет сорока, в рубашке и с лицом, как у человека, которого в жизни разбудили будильником, а после смерти — тостером.

— Я… э… умер от неловкости, — пробормотал он.

— Простите?

— Я… поскользнулся на салате «Цезарь» в офисе, упал на начальника, он подумал, что это покушение, закричал, охрана в панике включила тревогу, и… в общем, я умер.

Катя моргнула.

— Поняла… То есть, не поняла. Но продолжайте.

— А теперь я здесь! А ведь я просто хотел выйти пораньше на обед! Это же… несправедливо! У меня даже не было карточки на парковку!

Он всхлипнул. С потолка с печальным звоном упала капля тоски.

Катя взяла ручку и сказала максимально вежливо:

— Укажите, пожалуйста, уровень страдания от 1 до 10.

— Десять! Нет, пятнадцать! Нет, Excel с зависшим автосохранением!

— Понятно, — ляпнула она.

— О, а я ещё не рассказал, как мне не лайкнули пост на прощание!

— НЕТ! — вскрикнула Катя. Но было поздно.

Жалобщик с жаром начал рассказывать свою биографию, начиная с первого проигнорированного сторис и заканчивая трагедией на свадьбе брата, где его перепутали с официантом.

Владислав, сидя в углу, пил кофе и ухмылялся.
— Учат быстро, а?

— Это хуже, чем вечные муки! — прошептала Катя.

— Это и есть они, — философски заметил демон.

В конце смены у Кати дрожали руки. Её жилетка потемнела — скорее от испарившегося терпения, чем от жара. Но в папке лежали 82 анкеты. 81 жалоба. И один рисунок — «я кот в аду» от мужчины, страдающего от того, что его игнорировали в семейном чате.

— Ну что ж, — сказала Катя, — я выжила.

— Пока да. Завтра ты на пересмотре душ с жалобами по сервису смерти.
Он подмигнул.
— Там своя специфика. Больше капслока, больше слёз.

Катя выдохнула.

Ад — не место. Ад — это вечный клиентский сервис.