Добро пожаловать в Игру

Глава 6

Её решимость едва не испустила дух прямо на следующее утро, на первой перемене, когда Вика мрачно смотрела, как на гладкой щеке Татаровой расплывается ярко-малиновое пятно. Рука, которая влепила Леське смачную и звонкую оплеуху, словно бы Вике и не принадлежала – поднялась, замахнулась и – бац! Вика перевела на предательницу взгляд. Ладонь горела. Татарова издавала странные звуки, нечто среднее между закипающим чайником и рычанием дикого зверя, которому на шею накинули прочную удавку.

- С-с-сука! – вырвалось у неё наконец.

Даже не успев оценить перемену ролей – теперь уже заикалась противница, Вика успела увернуться от разъярённой Леськи, которая бросилась на неё с вытаращенными глазами и дорогим маникюром наперевес, норовя вцепиться в лицо.

Драться Вика не умела. Никогда не дралась и не собиралась, но оказалась на полу, подмятая лохматой и красной от злости Леськой. Та бестолково молотила воздух руками, попадая то по груди, то по плечам, а Вика всё никак не могла поймать эти беспокойные руки, чтобы остановить град ударов. Леськины волосы лезли в лицо, в рот. В её выкатившихся глазах плескалось безумие, и Вика по-настоящему испугалась. Когда очередной тумак пришёлся в скулу, вскользь, но всё равно больно, она вцепилась в болтающиеся туда-сюда пряди волос и с отчаянием потянула их вправо-вниз. Татарова взвыла, как пожарная сирена, закинула голову и свалилась с Вики, которая боялась разжать руку, и неуклюже пыталась подняться, утаскивая воющую Леську за собой.

Картину маслом успели заснять все, кому не лень, еще до того, как в коридоре появился Али и растащил дерущихся, для чего ему пришлось очень постараться. Вика никак не могла разжать пальцы, а Леська, едва математик отцепил от неё Вику, тут же бросилась на неё с кулаками…

В соплях, слезах, расхристанной одежде, синяках и ссадинах, они предстали перед директрисой.

Лариса Павловна элегантно поправила очки в тонкой золотой оправе и окатила Вику с Леськой ледяным презрением.

- Даже не трудитесь оправдываться, - заявила она. – Побеседуем в присутствии родителей завтра утром, перед началом уроков. Позорище!

Вика и Татарова прожигали друг друга взглядами по разные стороны от директорского стола. Али беззвучно открывал и закрывал рот, видимо пытаясь намекнуть Ларисе Павловне, что выпускать драчуний из кабинета одновременно не стоит, но она его проигнорировала.

- Что застыли? Марш на урок!

Вика повернулась к дверям и напоролась на беспомощное выражение лица математика. Обойдя его по большой дуге, она оказалась у выхода первой.

- Клепцова! – догнал её оклик Ларисы Павловны. Как железкой между лопаток огрели.

Вика съёжилась и втянула голову в ноющие от ушибов плечи. Развернулась. Встретилась с торжествующим взглядом Леськи и подняла подбородок, набирая полную грудь воздуха: «Вам меня не сломать!».

- Задержись.

Али и Леська вышли на волю, а Вика осталась в строго обставленной клетке директорского кабинета.

- Ты так и живёшь с бабушкой? – ничуть не смягчая тон, спросила Лариса Павловна.

Вика кивнула и поморщилась – в шее что-то заклинило и резко прострелило аж до лопаток.

- Не стыдно будет, если ей здесь краснеть за тебя придётся?

- Я н-не х-х-хот-тела, - заикаясь сильнее обычного, выдавила Вика.

- У Леси серьёзные родители, они могут причинить тебе большие неприятности. Мы и так сделали одолжение, принимая тебя в обычный класс…

«Одолжение», как знала Вика, обошлось маме в кругленькую сумму перед отъездом, и это было то самое «доброе дело», которым она себя перед дочерью оправдывала, бросая. А «серьёзный» Леськин отец спонсировал пару школьных мероприятий, чем та страшно кичилась.

Вика вздохнула и достала из рюкзака телефон.

- Вот, - она протянула директрисе трубку, из которой радостно запищала свою песенку Масяня.

Было противно. Что- что, а стучать на кого угодно Вике казалось самым постыдным делом на свете.

Лариса Павловна досмотрела ролик до конца.

- Кто автор? Татарова?

Светло-голубые, непроницаемые кукольные глаза директрисы прятались за льдинками отсвечивающих стёкол. На кукольном, обработанном волшебной рукой косметического хирурга, лице не было никакого выражения. Снежная королева, да и только.

- Д-да.

- Ясно. Я разберусь. Иди в класс. После урока пригласи Татарову ко мне, и больше никаких драк. Я понимаю, что тебе сложно среди нормальных сверстников, но это не должно отражаться на учебном процессе и дисциплине школы.

Вика прикрыла глаза. «Нормальные сверстники», по версии директрисы, предполагали, что Вика – не нормальная. Даже если в чём-то Снежная королева и была права, слышать это было больно. Но она только кивнула.

- Бабушку не приводи. Обойдёмся на этот раз без вмешательства родителей, - обронила директриса ей вслед.

В туалете, где по причине продолжавшегося урока никого не было, Вика привела себя в относительный порядок. Конечно, новорожденный синяк на скуле, невесть каким образом расцарапанный лоб и оторванную от рубашки верхнюю пуговицу скрыть не получилось, но утешением могло послужить то, что Леська должна была выглядеть не лучше. Вика печально усмехнулась своему отражению. Та ещё «вояка».