Добро пожаловать в отель "Колхида"!

Глава 5

Гостевой лифт не работал. В окошке, где обычно менялись номера этажей, значилось слово: «Отключено по техническим причинам». Догадались об уловке, отрезали путь. Ну и ладно, в другом крыле обязательно будет лестница!

– Только бы повезло!

Мольба осталась без ответа. Лишь кипельно-белое пламя свечей – уже не лампочек – в люстрах зловеще дрожало на сквозняке. Над чашами питьевых фонтанчиков клубился дым с едким запахом «благовоний», где-то звонил колокол. Отель превращался в храм.

Вопреки надеждам Юля угодила в тупик. В зону отдыха сотрудников «Колхиды». На стене висела картина с изображением грота среди жёлтых гвоздик; под ней стояли кресла, чёрный кожаный диван и журнальный столик. С правой стороны в кулере булькала вода, на полу лежал смятый пластиковый стаканчик.

Пейзаж в золочёной раме напоминал полотна в подземном ходе. Терпко пахли цветы, шумел источник в гроте из камня оттенка терракоты. В небе парили хищные птицы, а на лугу серый заяц грыз траву.

Хрясь! Ба-бах!

Разорвалась куртка, и створка со всей силы ударилась о стену.

– Она здесь! Здесь! Попалась! – взвизгнула Солодова, – сию минуту схватить и притащить ко мне! Только личико не повредите! Я сама это сделаю!

Лалетина обернулась. Горничные во главе с Дарьей и официантки бежали навстречу. На лицах читалось полное превосходство над беспомощной беглянкой. Нет! Полдня бороться с чудовищами, найти секретный тоннель и сгинуть из-за дурацкого просчёта в архитектуре отеля? Слишком тяжёлый путь проделан!

– Я так просто не дамся!

Юля дёргала двери ближайших кабинетов. Закрыто! На третьей створке по левую руку английскими буквами значилось «только для персонала». Вот! Это ближе к истине! Лестница, проход на балкон или кладовка? Два варианта отсрочат поражение, третий поставит точку в неравной борьбе.

Девушка с силой толкнула створку и оказалась на ступенях. В коридоре раздались крики и вой разъярённого зверя. Ничего, пусть Аня ещё побегает! Физическая активность полезна для здоровья! Уж не мастеру спорта ли это знать!

На втором этаже Юля замерла. Знакомый интерьер! Точь-в-точь из сна! Значит…

Лалетина остановилась около небесно-голубого шёлка. Ткань задрожала, в стене появился тёмный провал. Да, тот самый, куда шагнула леди в белом. Прежде она кивнула девушке и жестом показала: «Входи»! Всё реальность, всё явь!

Позади послышались ругательства. Грубыми словами Солодова рассказывала, как испытает на жертвах арсенал ножей, дротиков и прочего холодного оружия, вырежет ритуальные символы и заставит мучиться до последних минут. Времени на размышления не осталось. Гарпия и прислужницы вот-вот настигнут! Лучше призрачная надежда на спасение, чем когти безжалостного чудовища. Путь в никуда!

– Смелее!

Закрыв глаза и выставив руки вперёд, Юля прыгнула в темноту.

И упала на ковёр. Ворс источал аромат луговых цветов и был тёплым, будто его согрело солнце. Чёрные нити на мягкой золотистой пряже рисовали величественный корабль, рассекающий морские просторы. Ветер раздувал паруса, рядом с бортом плыли дельфины. На носу стоял воин в доспехах и со щитом и смотрел вдаль.

Топот и крики исчезли. Взору предстала округлая комната. Потолок воплощал летнее небо, подёрнутое сетью перистых облаков. Дул ветер, и они меняли очертания: одни паутинки таяли и рассыпались на пушинки, другие набирали яркость.

В дальнем краю трещал камин из серого кирпича. Сложенные домиком поленья гудели в ярко-алом пламени, выбрасывая искры-пчёлы. Сквозь стрельчатые окна – высотой от пола до потолка – в комнату проникали лучи полуденного солнца. Занавесок не было, около стёкол стояли кадки с цветущими гиацинтами. По колоннам между проёмами плёлся виноград, усыпанный тёмными гроздями, а на веточках гомонила любопытная стайка щеглов. Заливистое пение притупляло тревогу.

Посреди возвышалась огромная (в несколько человеческих обхватов) чаша из белого мрамора. Из прорезей-лепестков свисали клочья необработанной пряжи. Рядом стояли ткацкий станок, открытый сундук со швейными принадлежностями и корзины из ивовых прутьев, доверху наполненные катушками и клубками разноцветных ниток. Часть мотков были привязаны к колонне.

– Добрый вечер.

Юля вздрогнула. Увлеклась обстановкой и не заметила двух женщин.

Первая держала в ладонях обрывки пряжи и ловкими жестами скручивала в единый лоскут. На пару-тройку лет старше Лалетиной, рыжеволосая с локонами до плеч, она была как невеста перед свадьбой. Наряд из шёлка и атласа, вышитый жемчугом, камнями и лентами, напоминал бутон каллы. Брошь-птица скрепляла на ключице полупрозрачный шифон, который спадал на спину подобно лепесткам. Шею подчёркивала нить жемчуга.

Во второй девушка узнала гостью из вещего сна. Реальным оказалось всё, вплоть до переплетений ткани на роскошном платье и украшений. И странная, почти мертвенная бледность кожи. Обе дамы словно никогда не видели солнечного света.

– До-добрый, – Лалетина в испуге оглянулась на дверь.

– Волноваться не о чем. Для разъярённой толпы по ту сторону – это обычный коридор. Пробежались, поорали от злости и дальше ищут, – хозяйка тайной комнаты откинула с плеч смолянисто-чёрные пряди, – время-то на исходе.