Добро? Зло? Или жизнь Великого Мага

Глава 59. После праздника.

Косой переулок.

Появившись в магазине, Грид сразу обратил внимание на Нагайну, лежащую на прилавке и с прищуром наблюдающую за ним.

— Я вернулся.

— Уже час ночи… — угрюмо прошипела та.

С улыбкой сев напротив неё, он положил голову на стол.

— Прости уж, думал, что к двенадцати успею, но меня задержало кое-что, — протянув руку, молодой человек погладил её по макушке.

— Ты опять виделся с той женщиной?

— Ну и это тоже, — прикрыв глаза, слегка сонным голосом протянул волшебник. — И не надо ревновать: в моём возрасте влюбляться — это вполне нормальное явление, да и тебя я не брошу, пока, конечно, не верну человеческий облик, а уже после ты сама решишь: остаться со мной или уйти в свободное плаванье.

— Будто ты не знаешь ответа на этот вопрос…

Устало вздохнув, он поднял голову и посмотрел прямо ей в глаза.

— Может, я и немного живу, но достаточно насмотрелся на поведение людей: ты сейчас в отчаянном положении и готова цепляться за любую возможность, главное — сохранить человечность… — нежно проводя рукой по гладкой чешуе, мужчина тепло ей улыбнулся. — И когда ты вновь станешь человеком, может, начнёшь думать уже по-другому что я не такой уж и сказочный принц, а простой волшебник, и без меня тебе будет куда проще…

— Это не так!

— Нагайна, я просто предполагаю, но давай подождём до того момента, пока ты вновь не станешь человеком, и тогда уже решим, что делать с твоими чувствами, ладно? — Грида затопило море разнообразных эмоций: от злости, до радости и даже печали, поэтому на некоторое время он заблокировал их связь и продолжил смотреть прямо ей в глаза.

Тишина затянулась аж на минуту, пока та робко не кивнула.

— Хорошо, но если тогда я буду испытывать те же чувства, а ты уже будешь с ней? Даже не так, ты уже точно будешь с ней, что тогда?

— Вроде, многожёнство в магической Британии не запрещено, да и к тому времени я, скорее всего, останусь последним в своём роде — «Принц», а род надо будет восстанавливать, если ты, конечно, поняла, в каком смысле… — с пошловатой улыбкой подмигнул он ей, но вот Нагайна на подобное вообще не отреагировала: молодой человек лишь услышал усталый вздох. — Ладно, шуточка не удалась, но не стоит так далеко забегать. Может, у нас с ней так ничего и не получится, так что поживём — увидим…

— Я…

— Не спеши с ответом, — остановил он её, ткнув пальцем в мордочку. — У нас ещё два года впереди, на крайний случай три, так что времени предостаточно, и давай больше эту тему не поднимать, ладно?

— Хорошо, спасибо за честный ответ… но а если ты влюбишься ещё в одну женщину?

Не сдержавшись, Снейп весело рассмеялся, немного смутив этим Нагайну.

— Этого не будет: я не фанат гаремов, хотя две жены уже можно назвать гаремом, но для меня лично это не так, я всё же больше склоняюсь к традиционным отношениям. Но, как я уже говорил ранее, поживём — увидим, может, у нас и правда ничего не получится, кто знает…?

— Понятно, но я уверена, что вы будете вместе, и я даже не против этого, ведь, если не получится вернуть мне человеческий облик, ты не останешься из-за меня один…

— Ты сомневаешься в моих способностях? — в шутку разозлившись, он вновь ткнул её в мордочку, а после «грозно» продолжил. — Раз я сказал, что ты вновь станешь человеком, то ты им будешь, так что больше не поднимай эту тему, понятно?!

— Угу…

— Вот и славно, тогда залезай, нам пора возвращаться в Хогвартс, — смущённо кивнув, она переползла ему на руку, а после Грид перевёл взгляд на пустое место возле себя. — Тобби, перемести нас в мою комнату.

— Да, господин! — прозвучал взволнованный голос, и со звуком «щелчка» они исчезли из помещения, а на столе осталось небольшое письмо с мешочком, в котором находились зелья и галлеоны…

***

С утра после вчерашнего праздника, который проходил не только у Блэков, но и в Хогвартсе, вновь продолжились занятия, и даже из Мунго выписалась преподавательница по прорицанию, но уже на следующий день вновь вернулась назад, только это совсем другая история.

Всё же история о случае на балу уже к утру следующего дня долетела аж до школы, и в данный момент почти все на Слизерине обсуждали это и гадали, кто же мог так плохо поступить с Лестрейнджами. Даже слух ходил, мол, это сама Вальбурга затеяла, чтобы не отдавать племянницу замуж, так как нашла более подходящую кандидатуру. Другие же говорили, что это братья оскорбили того, кого не следовало, вот и поплатились.

И, конечно, без внимания не остался и красноволосый гость, который прямо на глазах у всех чуть ли не обжимался с Беллатрисой Блэк и под юбку ей не лез, а та и не против была.

Но, как ни странно, Рудольфус так и не отказался от брака и всё же объявил, что ему быть, и уже сам Грид стал задумываться, не нанести ли ему ещё один визит «вежливости»? Но он всё же отказался от этой идеи: ему просто было лень этим заниматься, да и какой смысл, раз брак состоится лишь седьмого июля семьдесят восьмого года. Времени ещё навалом, а убить такого никчёмного волшебника — секундное дело, даже домовика бы хватило.

Поэтому он об этом даже задумываться не стал, да и не до этого ему было, ведь у волшебника есть куда более важные дела: во-первых, разобраться с той комнатой и хламом, что в ней хранится; во-вторых, Гримуар, закупкой материалов для которого в данный момент был занят Карнер, и благодаря его связям тот обещал уложиться в неделю, да и Грид не отлынивал: после занятий или вместо них он занимался обложкой, которую молодой человек собирался сделать из кожи Василиска; в-третьих, подготовка к свиданию.

Насчёт же поиска наследий основателей и других секретов замка, он решил пока это отложить до того момента, как создаст Гримуар, а после Грид собирался перенести все знания из книг в библиотеке и той комнаты прямо в него и уже спокойно у себя продолжить поиски, при этом не опасаясь, что кто-нибудь заинтересуется книгами, которые он читал, да и при этом не отвлекаясь на мелькающую тут и там рыжеволосую девушку, которая совершенно «случайно» оказывалась в библиотеке прямо в то же время, что и он, или же во время перерывов постоянно кидающая на него случайные взгляды. Что было у неё в голове, Архимагу даже знать не хотелось, поэтому просто игнорировал её.