Доброе утро, миссис Клаус!

Глава 6. Морозные узоры на стекле

Хелен не помнила, как добралась до своей комнаты. Кажется, кто-то из эльфов разговаривал с ней, но девушка прошла мимо, совершенно проигнорировав его. Лишь оказавшись за закрытыми дверями, она запустила руки в волосы и крепко сжала пальцами светлые пряди.

— Что делать, что делать! Что мне делать… — шептала Хелен.

Происходящее больше не казалось ей сном, скорее кошмаром. Она не была до конца уверена в реальности происходящего. Но если это действительно так, если ее похитил Санта Клаус для того, чтобы сделать своей женой и матерью своих детей, то… Нет, глобально подобная перспектива девушку не пугала. Николас казался ей слишком взрослым, но безусловно очаровательным мужчиной. Если бы их отношения продолжали развиваться в том же темпе, то, как будто, у Николаса были шансы на ее сердце. Но он ошибся в главном. Хелен бы ни за что не променяла собственную семью на мифические попытки построить личную жизнь. Дети и муж никогда не были целью ее существования, а уж если ставить перед выбором «дети и муж» или «мать и сестры», она бы незамедлительно выбрала второе! Вот только теперь у нее никакого выбора не было.

«Что делать, — крутилось у нее в голове. — Вот бы узнать хоть что-то… Чуточку больше информации!»

Взгляд Хелен блуждал по комнате. Она сама не знала, что искала, но в какой-то момент глаза ее остановились на стеллаже с книгами. Хелен незамедлительно встала и подошла к нему. Да, в прошлый раз книги оказались пустыми, но теперь-то Хелен знала, как с ними обращаться. Вот только как задать вопрос… Не придумав нужной формулировки, Хелен наобум взяла книгу и раскрыла ее, надеясь, что книга сама найдет ответ на незаданный вопрос. И книга его нашла. Перед Хелен раскрылась «История Санта Клауса»…

Глаза Хелен бегали по строчкам. Пальцы перелистывали страницы, погружая ее все глубже в увлекательную историю. Полотно текста собрало воедино обрывки информации, что она мельком получала от Николаса.

Санта Клаус действительно пошел от святого Николая Чудотворца. Легенда о трех сестрах, которым тот подбросил в чулки золото, чтобы у девушек появилось приданое и те могли выйти замуж, действительно хорошо ложилась в образ современного Санта Клауса. С именем тоже достаточно просто, Николай сокращался как Николаус, или Клаус. Вот только тот факт, что Санта Клаус все это время был не одним и тем же человеком, слегка удивил Хелен. Оказывается, Санта Клаус меняется каждый сто лет! И чтобы появился новый Санта, предыдущий Николай должен найти себе, собственно, супругу, которая этого ребенка и родит. Только был один нюанс, смертные девушки не могли надолго задерживаться в логове Санты, так как без души их тело умирало на земле. А сама душа без тела так же не могла жить длительное время. Поэтому «Миссис Клаус» обычно становились те девушки, смерть которых предопределена и должна наступить по естественным причинам в ближайшее время.

После рождения ребенка миссис Клаус умирала в течение первого года его жизни. Дитя выпивало все соки из матери, как бы поглощая ее душу. После действующий Санта Клаус должен был обучать сына своему ремеслу, чтобы тот мог занять его место.

Прочитав текст, Хелен задалась вопросом, что будет, если у Санты родится дочь? Или даже двойня… В ответ книга дрогнула, строки пошли рябью, и в текст добавились слова. Теперь там было уточнение, что ребенок обязательно рождается один, и он мужского пола. Других вариантов нет.

Тогда Хелен пролистала еще страницы. Ей было интересно, как формируется список хороших детей, и каким образом его можно покинуть. Ответ нашелся мгновенно. Дети попадали в список в тот момент, когда запечатывали конверт с письмом. Здесь же стояло важное пояснение. Ребенком считался лишь «чистый» человек, не познавший плотских утех. После первого интимного контакта человек переставал быть ребенком и становился «взрослым». В этот момент Хелен испытала глубокое отвращение к себе и Николасу. Бросив книгу в сторону, девушка обняла себя руками и выдохнула. Губы ее задрожали.

«Неужели единственная моя ценность для Николаса заключается в моей невинности», — по щекам девушки побежали слезы обиды. Она чувствовала себя грязно и гадко. Ведь Хелен Смит, это личность! Это знания, навыки, интересы, а никак не отсутствие некоторого опыта.

— Что же мне делать… — выдохнула Хелен, опускаясь на пол и закрывая лицо руками. — Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя Твое. Да прийдет Царствие Твое. Да будет воля твоя…

Хелен прочитала одну молитву. Затем вторую, третью… Когда известные молитвы закончились, девушка пошла по второму кругу, но уже на середине запнулась, закрыла лицо руками и зарыдала. Она понимала, что никакой Бог ей не поможет. И вообще никто не поможет… Вот только она не знала, что кое-кто уже наблюдал за ней через заледеневшее стекло комнаты.

***

Кое-как придя в себя, Хелен вытерла глаза рукой и громко шмыгнула носом. «Поплакали, и хватит! Слезами горю не поможешь…» Она бросила взгляд на лежавшую в отдалении книгу. Поднявшись на ноги, девушка подошла, подняла томик, поправила опустевшие страницы и закрыла книгу. Сейчас ей было не до чтива, сейчас ей нужно выбираться отсюда, и чем быстрее, тем лучше.

Хелен понимала, что выйти через дверь у нее не получится. На всякий случай дернув ручки, чтобы убедиться в этом, она прошла к камину. Попытки заглянуть в трубу не увенчались успехом. Несмотря на то, что девушка была как бы духом, а не живым человеком, огонь опалял лицо и руки. Тушить его было нечем. Хелен попыталась бросить подушку, чтобы как-то сбить пламя, но то мгновенно поглотило предмет, не шелохнувшись. «Что ж, похоже, нужно искать другой путь…»

Взгляд Хелен упал на окно. Она подошла ближе и осмотрела раму. Никаких створок, никаких ручек. Сплошное монолитное стекло покрывали тонкие планки шпрос-разделителей, создавая иллюзию множества маленьких окон. Хелен надавила на стекло рукой, чтобы убедиться — оно едино. «Значит, выдавить его не получится. Тогда…» — девушка оглянулась, в поисках чего-то тяжелого. Кочерги у камина не было, зато у кресла стоял небольшой столик, напоминавший табурет. Хелен подошла и подняла деревянное изделие. Да, столик оказался легким, но все равно он будет тяжелее книги.