Доброе зло

Глава 3

— Помощь? — Итан расхохотался.

Издевательски громкий смех яростно хлестнул по напряженным нервам. Айви сцепила зубы, что не дать проклятиям вырваться наружу.

— Темная ведьма из древнего рода просит помощи у колдуна? Забавно. Оча-ро-ва-тель-но, — пропел он. — И что же ты задумала?

— Ничего.

Он покачал головой.

— Я тебе не верю. Ведьмы всегда лгут, хитрят, изворачиваются — и все ради собственной выгоды. Скажи, — Рэквилл стал серьезным. — Вы и вправду так любите себя?

— Ведьмы самолюбивы, это правда. Но мы способны любить и других.

— Я тебе не верю. Нет в мире такой силы, что убедила бы меня в наличии благих порывов у темной ведьмы. Но ради приличия спрошу: какого рода помощи ты хочешь?

Спрятав руки за спину, Айви переплела пальцы между собой, стараясь уменьшить напряжение. Злобный блеск в глазах Итана не давал сосредоточиться — чувствовалось, что какой бы ни была просьба, ответ окажется отрицательным. Ему просто хотелось поглумиться, чтобы потом безжалостно сказать «нет».

— Ты должен знать, что в академии нередко создают союзы. Вместе легче двигаться, чем по одиночке. Я пришла предложить тебе объединиться перед грядущими испытаниями.

— До них еще несколько месяцев, а ты уже решила обеспечить себе тыл, — синие глаза Итана потемнели. — Умно. Только вот я не дружу с темными ведьмами.

— Предпочитаешь воевать с ними?

Он снова рассмеялся.

— Воевать? Какое громкое слово. Нет. Я предпочитаю не иметь с вами никаких дел. Мне не импонирует ваше себялюбие, эгоизм, гордыня и все остальные качества. В вас ведь нет ничего хорошего, — его голос стал проникновенным, будто он пытался убедить ее в верности своих слов. — Вы с легкостью отказываетесь от родственных уз, предаете возлюбленных, служите лишь собственным целям.

Айви хотела возразить, но вспомнила о том, кто сейчас передо ней — наследник рода Рэквилл. Конечно же, он знал историю всех семей, включая Элвудов.

— Ты хочешь что-то сказать?

— Нет.

По его лицу она видела, что у Итана в запасе имелось несколько козырей. Ему достаточно было произнести одно имя — и любые аргументы станут бессмысленными. Ведь бабушка Айви, Вероника Элвуд, одаренная темная ведьма, с легкостью отказалась от своей дочери, как только узнала, что магия обошла ее стороной.

Она бы не приняла и своих внучек — если бы природа не смилостивилась. Все, что должно принадлежать матери Айви, досталось ей и Лилиан.

— Тогда покинь мою комнату, прошу, — улыбнулся Итан. — Пока я не посчитал нужным рассказать о том, что ты нарушаешь правила.

Чувствуя себя оплеванной, она взялась за ручку двери, надеясь, что коридор окажется пустым и безопасным. Когда правая нога уже перешагнула порог, Рэквилл неожиданно окликнул:

— Айви!

Она повернулась, хотя очень не хотела делать этого.

— Будет забавным следить, как ты пытаешься здесь выжить, — с гнусной ухмылкой поведал он, упав на подушки. — Хоть какое-то развлечение.

Не сказав ни слова, она вылетела в коридор, громко захлопнув дверь, о чем немедленно пожалела. Прислушалась — но кругом царила тишина, не нарушаемая торопливыми шагами. Стараясь идти бесшумно, Айви быстро вернулась к себе и заперлась.

Ее трясло от ярости и унижения. Мало того, что пришлось просить помощи у Рэквилла, так еще и выслушивать поток оскорблений.

Не будь она в столь уязвимом положении, разговор вышел бы другим. Но нельзя покидать стены «Умбры». Бабушка не простит, если Айви с позором выбросят из академии. Да и Лилиан...

Приступ злости по отношению к сестре оказался сильнее, чем тот, что был вызван поведением Рэквилла. Лили всегда была такой: эгоистичной, яркой, свободной. Она делала, что в голову взбредет, не считаясь с правилами и мнениями. Бабушке это нравилось — до тех пор, пока Лилиан не вредила репутации рода. Но сестра и тут ухитрилась проявить характер...

Теплая ванна перед сном помогла успокоить мысли. После мытья Айви отправилась в кровать, надеясь как следует выспаться, но еще долго лежала без сна, слушая плеск волн.

Беспокойное море нашептывало что-то, делилось своими тайнами, которые она никак не могла разобрать. Сон сморил ее только под утро, когда на горизонте забрезжили слабые лучи — бесконечно зевая, Айви неохотно сползла с кровати и поплелась приводить себя в порядок.

В академии не было единой формы, но все темные — и колдуны, и маги — предпочитали придерживаться мрачных оттенков в одежде. Если бы не всевозможные обереги, со стороны они бы выглядели мрачно, точно стая воронов.

Поправив кулон с изумрудом так, чтобы он располагался ровно по центру, Айви одернула рукава черного платья, проверила прочность заколки, удерживающей массу волос, и спустилась в главный зал.

Несмотря на учащихся, снующих туда-сюда, он казался пустым из-за огромных размеров. Тех, кто был зачислен вместе с ней, она разглядела сразу — кучка немного взволнованных студентов, сбившихся в самом дальнем углу. Стоило присоединиться к ним, как всех, точно цыплят, погнали в правое крыло, где размещались кабинеты.

Сопровождающий, представившийся как месье Клайнс, велел сесть по одному и запер дверь.

— Это еще не начало занятий, — смущенно улыбаясь, объяснил он. — Сейчас будет небольшой тест.

По помещению пронесся недовольный шепоток.

— Он необходим, что выявить уровень знаний, — попытался смягчить реакцию Клайнс. — Некоторые могут быть подготовлены лучше, чем остальные.

— А если кто-то не сможет пройти тест? — спросила ведьма, сидящая слева от Айви. Ее волосы цвета спелой ржи красиво блестели на солнце.

Клайнс кашлянул.

— Видите ли, милая...

— София Уилсон, — подсказала ведьма.

— Милая София, если вы не сможете ответить на вопросы, ничего страшного. Вам будет назначен дополнительный курс. В случае с практикой все сложнее — каждый случай рассматривается индивидуально, но есть вероятность, что вас могут... Отчислить.