Доброе зло

Глава 13

Неделя пролетела как один миг: тренировки, занятия, дополнительные уроки господина Райбуа… Свободные часы Айви отдавала экспериментам над зельем, и под конец дня валилась с ног от усталости.

Но эта усталость была приятной, приносящей чувство удовлетворения. Она же помогала отвлечься от мыслей о Лилиан, однако иногда они все же просачивались через собственноручно выстроенный заслон, словно вода через плотину.

Айви задавалась вопросами, на которые не имела ответов. И скучала, безумно скучала по сестре, жалея о том времени, когда Лили находилась рядом, а она не соизволила понять ее.

В какой-то момент отчаяние настолько охватило разум, что Айви хотела провести ритуал, о котором поведала мадам Дейдре. Возможность растратить всю силу не пугала, но останавливала необходимость привлечь к ритуалу еще несколько ведьм.

В Салвуд Айви отправилась ранним утром, едва солнце успело коснуться лучами острых шпилей Башни. Было прохладно, но тело не чувствовало холода благодаря разгорячившейся крови. Ведьму потряхивало от нетерпения — до трактира она добралась быстро, поднялась по ступенькам и толкнула тяжелую дверь, не обращая внимания на отвратительный запах.

Луиза, протирающая столы серо-бурой тряпкой, оторвалась от своего занятия и лениво махнула рукой.

— Пришла все же. Мэйвис! Мэйвис! — заголосила она. — Поди сюда!

Из-за стойки вынырнула худенькая востроносая женщина. Настороженно уставившись, она буркнула:

— Тут я. Чего?

— Здравствуйте, — Айви решила все взять в свои руки. — У меня к вам пара вопросов.

Как и с Луизой, монета разом убрала все барьеры между нами. Попробовав золотой на зуб, Мэйвис бережно спрятала его в карман и с готовностью сказала:

— Спрашивайте.

Айви показала портрет сестры.

— Вы ее видели? Она снимала комнату?

— Да. Запомнила, потому что волосы уж больно хороши, — пожевав губу, ответила Мэйвис. — Четыре раза она приходила, всегда по выходным. Ну, тут уж чего гадать — из академии же… Вас-то там выпускают раз в неделю.

— Почему вы решили, что она учится в «Умбре»?

— А где ж еще? — вытаращила глаза Мэйвис, став похожей на селедку. — Молодая, красивая, одета богато… У нас тут таких не водится. Только в школе этой вашей. Вы-то, небось, сами оттуда. Если б приехали откуда далече, то комнату бы сняли. Больше трактиров в Салвуде нет, только наш.

Айви улыбнулась бесхитростным рассуждениям Мэйвис.

— Все так. Значит, комнату она снимала четыре раза?

— Угу. Два раза подряд, потом две недели не являлась, потом снова дважды снимала. Платила сама, но была не одна. Вас же это интересует? — прищурилась Мэйвис.

Айви кивнула.

— С кем она была?

— Мужчина. Всегда приходил позже, уходил первым. Лица не видать, в плаще, сверху еще капюшон. Но из ваших, колдун.

— Как вы это поняли? — насторожилась Айви. — Колдовал?

Мэйвис поежилась.

— У меня бабка колдовать могла. Слабенько, но все же. Я чую силу-то, — пояснила она. — А колдун этот однажды Сэма опрокинул. Сэм напился, ну и баловаться немножко стал: то к Рику прицепился, то вон Луизу задирал… Колдун уходить собрался, а Сэм его увидел, начал кричать: мол, почему в плаще да капюшоне, неуважительно. Я, честно вам сказать, сама ничего не поняла… Только колдун рукой взмахнул, Сэм и отлетел. Вон, полку нам сшиб.

Мэйвис указала на хлипкую настенную полочку, где сиротливо стояли сухие цветы в неказистой вазочке.

— Вазу я потом принесла, — сказала она. — Из дома. Там раньше статуэтка стояла, разбилась.

— А дальше что?

— Да ничего, — пожала плечами Мэйвис. — Колдун ушел, Сэм оклемался. Полку Рик обратно приделал. Вот и все дела.

— Как зовут его, не знаете?

Мэйвис удивленно ответила:

— Нет. Разве ж представляться мне будут? Вы-то тоже имени не назвали.

— А внешность? Описать сможете?

Мэйвис мотнула подбородком.

— Говорю ж, в плаще, капюшон. Ничего не видать. А, ну…

— Что?

— Плащ черный, а под ним одежда светлая. При ходьбе полы распахиваются, вот и видно, какого цвета одежка. Всегда в белом заявлялся, я еще подумала, что странно: ведь дороги, грязь, кто ж белое надевает…

«Светлые колдуны, например, — мрачно подумала Айви. — Это их цвет».

— И кольцо у него на пальце было приметное, — продолжила Мэйвис. — Круглое, большое, сверху птица какая-то. То ли ястреб, то ли сокол. Не разобрала. Но красивое! Сверкало очень уж сильно.

— Спасибо, — поблагодарила она женщину. — Вот, возьмите.

На ладони появился еще один золотой и один из парных кристаллов, которые Айви приобрела у мадам Бирбо.

Мэйвис с опаской забрала оба предмета.

— Этот кристалл позволяет связаться со мной. Достаточно просто сильно сжать его в ладони и подержать некоторое время. Если этот колдун еще раз появится, воспользуйтесь кристаллом. Заплачу в два раза больше, — пообещала Айви.

Мэйвис спрятала все в карман и спросила:

— А что, он что-то плохое сделал? Девушку эту украл?

— Украл? — растерянно переспросила ведьма. — Не знаю… Она пропала.

— Ну тогда и не надо денег, — вдруг проявила благородство Мэйвис. — Так помогу. Колдун мне сразу не понравился. Такой от него, знаете, мороз по коже, как от гиблого места.

Резко стало нечем дышать. Айви оттянула ворот платья, попрощалась и покинула трактир.

По дороге в Башню она убеждала саму себя: не стоит верить словам впечатлительной деревенской бабы, однако холодок, поселившийся внутри, неприятно обжигал. Нехорошее предчувствие, которое она всячески старалась заглушить, вернулось с новой силой.

— Айви!

Элвуд остановилась. Фаелан, нагнав ее у моста, прошелся по ведьме обеспокоенным взглядом.

— Куда ты так спешишь?

— В Башню, — коротко ответила Айви. — Забыла сделать домашнее задание.

— Домашнее задание? — скептически переспросил он. — Хоть бы лгала правдоподобнее.

Она вскинула подбородок, скрестила руки на груди, с вызовом уставившись на него.