Дочь алхимика на службе у (лже)дракона

ГЛАВА 23 Убитый горем жених

Группа из трёх мужчин сидела за грубо отёсанным столом в самом неприметном углу трактира. Они специально выбрали это место, чтобы в шуме вечернего балагана, типичного для кабака, не привлекать внимания. При том что никому не было до них дела, двое говорили тихо, стараясь даже случайно не быть услышанными. И всё бы ничего, но им поминутно приходилось одёргивать изрядно подвыпившего третьего, который норовил провалить всю конспирацию.

— Я убью его, — стонал тот. — Отрублю голову и освобожу Мессиму!

— Замолчи, — цедил сидевший напротив него человек, облачённый во всё чёрное и изрядно обросший бородой. — На виселицу захотел?

— Мы положим конец правлению змея, помяните моё слово, — добавил третий, такой же неприметный. Голову его покрывала тёмная куфия с белым орнаментом. — Но спешить нельзя. Следует собраться с силами и подготовиться. Брат Наир, теперь ты с нами. Твоя клятва скреплена кровью — обратного пути нет.

— Я готов хоть сейчас, — стражник подскочил.

— Да сядь ты, — порывисто дёрнул его за руку первый. — Молчите, к нам идут, — все трое затихли, дождавшись, пока трактирный слуга расставит перед ними кружки.

Когда он ушёл, бородатый продолжил:

— Для начала наши люди разведают логово дракона. Мы больше чем уверены, что рубить голову будет некому, и когда мы окажемся в пещере, не найдём даже следа чудовища.

— Но вход в нагорье охраняется. Как они намерены проникнуть туда? — спросил Наир, не скрывая жгучего интереса.

— Мы это продумали. Постараемся сделать всё без лишней крови. Один из братьев нанялся к Табибу в извозчики. Через несколько дней он с помощником поедет в горы, повезёт какой-то груз, применение которому выяснить не удалось.

— Табибу известна правда, к бабке не ходи. Его бы потрясти, — собеседник, облаченный в куфию нетерпеливо ковырял ножом и без того истерзанную столешницу.

— Рано, — процедил его товарищ, сплёвывая на пол. — Можем не рассчитать силы и тогда всему конец.

Заговорщики снова умолкли, когда к их столу подошёл ещё один человек. Не дожидаясь всеобщего внимания, он решительно подхватил за локоть сидевшего спиной к нему Наира и вздёрнул его, выволакивая из-за стола. Через секунду младший брат уже наблюдал прямо перед собой гневный взгляд старшего.

— Какого чёрта ты снова здесь делаешь, безмозглый осёл? Мы же договаривались, что сегодня ты выходишь на службу!

— Котеб, оставь меня, брось, — застонал брат. — Для меня уж лучше смерть, чем жизнь без неё…

— Дурак! — Котеб нетерпеливо встряхнул брата за ворот. —Тебя предупреждали, ещё один прогул и ты отправишься под трибунал, как предатель! Я не позволю тебе так легко помереть. Ты сейчас же идёшь со мной!

Наир был меньше и слабее Котеба физически, а потому не мог справиться с ним. В отчаянии он закричал:

— Братья! — ему не ответили. Оба мужчины недоумённо глянули туда, где минуту назад сидели две тёмные фигуры. Места опустели, не оставив и следа чьего бы то ни было пребывания. Наир чуть не взвыл, ощущая себя загнанным в угол.

— У тебя нет других братьев, кроме меня, запомни это, — прошипел Котеб прямо ему в ухо. — Если ещё раз я увижу тебя здесь с этими типами, привяжу к городским воротам, ты всё понял?

— Пусти!

— Ты всё понял, я спрашиваю?!

— Да! — рявкнул Наир.

Никто из них не обращал внимания на людей вокруг. Те же, в свою очередь, с интересом наблюдали за очередной разборкой, комментируя происходящее.

Котеб выволок непутёвого братца из кабака за шиворот. Оказавшись на крыльце, он не выдержал и с силой пихнул Наира, спуская бедолагу с лестницы. Нерадивый стражник обязательно испытал бы до крайности болезненное приземление на каменистую тропинку, если бы ему вовремя не подвернулось нечто, точнее, некто, смягчившее падение. Наир приземлился прямо на стоявшую чуть в стороне от входа женщину, сбивая её с ног.

— Какого чёрта? — простонал уже изрядно уставший от рукоприкладства Наир. — Я всё понял, Котеб, прекращай меня бить!

Старший брат был тут как тут.

— Я буду бить тебя до тех пор, пока не поумнеешь! — рявкнул он.

В то время, как стражники сверлили друг друга яростными взглядами, стоя у подножия крыльца самого популярного в городе питейного заведения, женщина, которую только что уронил Наир, поднялась, со стоном потирая мягкое место. Она была с головы до ног облачена в неприметное тёмно-серое покрывало, которое оставляло на виду лишь пару ясных зелёных глаз. В момент, когда один из братьев уже намеревался стукнуть другого кулаком по лбу, она тихо произнесла:

— Наир?

Оба недоумённо обернулись к ней. В ту же секунду лицо Котеба ещё больше посуровело, тогда как Наир продолжал с непониманием пялиться на женщину.

— Ты в своём уме?! — рыкнул на неё Котеб. — Я же просил тебя держаться от кабака подальше. Захотела проблем для нас всех?!

— Но я не заходила в кабак. И никто меня не узнал.

— Дура! — взревел Котеб.

Он без особого усилия схватил одной рукой за шиворот брата, другой — девушку и поволок обоих подальше от лишних глаз. Наир и Калли отбивались как могли, но отпустил их здоровяк только когда они оказались в безлюдном проулке.

Он прижал Калли к стенке и с еле сдерживаемой злобой спросил:

— Какого чёрта ты припёрлась?

— Мне нужно было поговорить с Наиром, — испуганно ответила Калли.

— Я велел тебе приходить завтра к нам домой!

— Но вы сами сказали, что ему плохо…

Наир, который до этого переводил ошарашенный взгляд от мужчины к девушке, не выдержал:

— Ты кто такая вообще? — спросил он.

Несчастная, которую с усилием прижимали к стене и норовили размазать по ней, ответила, с трудом поворачивая голову:

— Я Каллиопа, Наир. Помнишь, там у пропасти...? — она с трудом переводила дыхание.

Наир удивлённо раскрыл рот.

— Как не помнить? Помню. Подожди, а зачем ты меня искала?

— Хотела поговорить о твоей невесте.