Дочь алхимика на службе у (лже)дракона

ГЛАВА 32 Путь к свободе

Каждый день в одно и то же время, строго по расписанию, отступать от которого не позволялось ни на минуту, служанка приносила обед обитательницам гарема Савлия Старшего. Надира была очень исполнительной, и никто не мог упрекнуть её хоть даже в самом малом нарушении принятых правил за то время, пока девушка безропотно отдавалась службе.

Во многом первым ощущением, которое несчастная испытала, получив тупой удар чем-то тяжёлым по затылку, было недоумение. Она никому не делала зла, так за что же с ней так? Мысль оборвалась на полуслове. Не успев издать ни единого звука, Надира стала заваливаться и обязательно рухнула бы с грохотом на пол, если бы Мессима не поймала её.

Маленькая служанка оказалась не такой лёгкой, как ожидала девушка, а потому она не сумела удержать в руках тяжёлый подсвечник. Орудие преступления выпало, ударившись об пол. Девушка на мгновение так и замерла, прислушиваясь, но никто, судя по всему, не обратил внимания на звук. Собрав все свои силы, молодая супруга дракона оттащила тело Надиры к постели и неуклюже подтянула, чтобы уложить неё. С платьем служанки пришлось повозиться, но когда Мессима, наконец, замуровала себя в плотное покрывало, расчерченное тонким узором невзрачных оттенков серого и зелёного, поняла, как утомилась. Тем не менее медлить было нельзя. Уложив тело набок, подперев его подушками и укрыв одеялом, она направилась к выходу.

Коридор привычно пустовал. Даже из-за дверей соседок не доносилось никаких звуков. Мессима ступала мягко, почти беззвучно, и со стороны похожа была на воровку, которая страшилась быть пойманной на месте преступления. Если подумать, так оно и было, а потому, дрожа всем телом, девушка шла по коридору, придерживаясь за стену, чтобы не упасть от волнения. Шорох за одной из дверей заставил вздрогнуть. Только тогда Мессима решила больше не медлить и зашагала увереннее.

Коридоры и впрямь оказались путаными, как самые настоящие лабиринты. Мессима потратила довольно много времени на кружение в одном и том же месте. Узнав в третий раз тупик с погасшим факелом на стене, она чуть не разрыдалась. Девушка прижалась спиной к стене. Она медленно поползла по ней вниз, отдаваясь слезам вперемешку с молитвами всем известным ей богам, и просидела бы в своём закутке ещё долго, если бы не заметила нечто, что вполне могло помочь ей в её дерзкой затее.

Мессима даже встала на четвереньки, чтобы лучше разглядеть свою находку. Она поползла по плиткам, ощупывая их рукой, а когда выбралась из закутка, еле слышно усмехнулась. Поднявшись на ноги, она медленно зашагала, вглядываясь в рисунок на плитах. Пару раз девушка ещё заворачивала не туда, но вооружённая новым знанием, быстро возвращалась и шла дальше.

Спустя бесконечные минуты блуждания, она увидела впереди себя мужчину. Тот лениво прохаживался из стороны в сторону, то пропадая за коридорной стеной, то возникая вновь. Мессима замерла. А когда смуглый человек, вооружённый саблей, заметил её и стал приближаться, с трудом поборола желание броситься бежать.

— Что тебе здесь нужно? — сурово спросил слуга приблизившись. — Ты кто?

Стараясь не обращать внимания на неистовую барабанную дробь собственного сердца, Мессима ответила:

— Я служанка юной госпожи. Саеда Мессима просила меня сходить к врачу, взять лекарства. Ей немного нездоровится.

— Говори, что ей нужно, я отправлю посыльного. Гаремная прислуга не должна покидать места.

Девушка попыталась собраться с силами:

— Я знаю. Но саеда Мессима очень просила меня саму сходить. Понимаете, у неё проблема по части, — девушка помотала рукой, запрятанной в складках платья на уровне чуть ниже пояса. — Уверена, что о подобном не следует знать кому бы то ни было из мужчин, если они не желают для себя проблем от разгневанной супруги правителя.

Слуга даже несколько опешил от такой прямолинейности.

— Но ведь не положено, — растерянно проговорил он.

— Саеда обещала подтвердить, если потребуется, что сама приказала мне сходить к доктору. А если вы мне не верите, то идите и спросите у неё. Но учтите, что ей только что стало немного получше и она заснула, — девушка многообещающе сверкнула глазами, поражаясь собственной изворотливости.

С минуту слуга ещё сомневался, то и дело кидая на мнимую служанку недоверчивый взгляд, затем нехотя ответил:

— Ладно. Пошли, я выведу тебя. Там тебе помогут добраться до врача. Сама то небось ни разу здесь не ходила? — он усмехнулся.

— Так и есть, — ответила Мессима не дрогнув. — Благодарю вас.

Когда слуга довёл её до выхода из паутины коридоров, Мессима с трудом удержала возглас ликования. Только теперь девушка осознала, что у неё получилось. Она вырвалась из ненавистной тюрьмы, в которой не видела ничего хорошего, понимая, что рано или поздно либо сойдёт с ума от тоски, либо наложит на себя руки. Приход Кобоса стал последней каплей. Она хорошо помнила его яростный взгляд и горячее обещание отомстить во что бы то ни стало, после чего девушка лишь укрепилась в решимости уносить ноги из этого гиблого места. Вскоре её передали другому провожатому, и тот безропотно повёл девушку дальше, не задавая лишних вопросов.

Мессима следовала за сопровождающим, отставая на шаг. Если бы она с ним поравнялась, то даже через плотные слои одежды, почти полностью скрывавшие её, он наверняка ощутил её триумф. Но радоваться слишком рано не следовало. В любой момент её могли хватиться и тогда всему конец. Ощущения одно за другим одолевали девушку, то вгоняя в порыв бурной радости, то отбрасывая на самое дно отчаяния. Мессима даже не обращала внимания на роскошь залов, через которые её вели. Единственным желанием было, наконец, избавиться от компании слуги и добраться до Калли. Уж она-то должна была помочь ей.

Возле поворота на винтовую лестницу слуга остановился. Указав девушке на спуск, он так и остался стоять, чем встревожил её. Ей меньше всего хотелось, чтобы по окончании вылазки к доктору её увели обратно в гарем.

Калли не оказалось на месте, что привело Мессиму в отчаяние. Тогда же она решила задержаться в лаборатории, надеясь на скорый приход подруги. К счастью, долго ждать не пришлось.