Дочь для миллионера. Подари мне счастье

Глава 11

Данил

– Это же Багров, да?! Смотрите!

– Вау!

– Круто!

– Нужно срочно его поймать и сделать селфи!

Звонко галдят налетевшие, как пчелы на мед, девчонки так, что эхо их голосов разносится по коридору. А я намеренно замедляю шаг и позволяю им себя догнать.

Кто-то из коллег по цеху пренебрегает общением с болельщиками. Кто-то скандалит и не стесняется говорить им далеко не самые приятные слова.

Я же, напротив, стараюсь уделять внимание фанатам и следить за языком, чтобы никого ненароком не обидеть.

– Данила, подскажите, а у вас уже вышел новый мерч?

– А бомберы с вашим номером будут?

– А можно мне автограф на футболке, пожалуйста?

Вопросы сыплются на меня, как из рога изобилия, и я не успеваю на них отвечать.

Размашистым росчерком я рисую подпись на ткани. Улыбаюсь во все тридцать два, подмигивая облепившим меня с двух сторон двойняшкам. И отшучиваюсь на предложение о свидании.

Привычный, в общем-то, день одного из лучших бомбардиров лиги.

Единственное, что-то неприятно царапает под ребрами. И я далеко не сразу определяю, что именно.

В уме я прокручиваю список дел, которые должен был переделать с утра. Может, что-то забыл? Я отметаю каждый из вариантов за несостоятельностью. Со свистом выпускаю воздух из легких и вдруг напарываюсь на удаляющиеся спины.

Эвы и Ксюши.

Догадка вспышкой прорезает сознание, и я срываюсь с места, не без труда выпутываясь из цепкой хватки акулы-блондинки в до неприличия обтягивающем комбинезоне.

– Эва!

Кричу я, сокращая разделяющее нас расстояние, но Воронова не оборачивается. Не выпускает из своей ладони Ксюшиной руки. Уверенно, кажется даже зло, переставляет ноги, обутые в белые кеды с голубыми незабудками на боку.

А я, как идиот, залипаю на ее тонких щиколотках.

– Эва, да стой же ты! Мне надоело беседовать с твоей спиной.

– Так не беседуй.

Моя дражайшая бывшая супруга разворачивается хоть и не круто, но неожиданно для меня. Поэтому я едва не влетаю в нее.

Рассматриваю нежную жилку, трепыхающуюся на шее. Невольно сползаю взглядом на вздымающуюся грудь. И кривлю губы в ухмылке, изрекая ироничное.

– Ну и куда ты бежишь? Нам вообще-то в другую сторону.

– Подальше от тебя!

Пылит Воронова, привставая на носочки, и протирает дыру в моей переносице. Я же приобнимаю ее за талию и буквально тащу в нужном направлении.

– Мой агент застрял с пиар-менеджером в пробке. Так что у нас есть пятнадцать минут на то, чтобы попить кофе, чая, воды или поиграть в словесный пинг-понг.

Я комментирую, пока мы поднимаемся на двенадцатый этаж и направляемся к дальней двери. Эва усердно делает вид, что меня не существует. А вот Ксюша заметно оживляется, стоит нам только переступить через порог.

– Это Ви-Ар, да?

– Ага.

– Можно?

– Пользуйся. Без проблем.

Не знаю, кто оставил шлем в переговорке, но виртуальная реальность мгновенно увлекает Ксеню. Я, в свою очередь, пользуюсь моментом и приближаюсь к застывшей у панорамного окна Вороновой.

– Давай поговорим.

Роняю я негромко в Эвин затылок и вплавляю пальцы в ее плечи. Проклинаю плотную ткань пиджака, накинутого поверх шифонового сарафана.

– Не о чем.

Фыркает Эва возмущенно и моментально сбрасывает с себя мои ладони.

– Ты злишься из-за моего общения с фанатками? Но это часть жизни любого более или менее востребованного спортсмена.

– Часть твоей жизни, Багров! Не нашей!

Взвивается Воронова и закладывает вираж так резко, что ее густые волосы хлещут меня по лицу.

Теперь я смотрю прямо в ее глаза и погружаюсь в их лазурную глубину.

Без акваланга. Без страховки. Без запасного баллона кислорода.

– Так в чем, блин, проблема, ты можешь сказать? – я никогда не понимал женских истерик и сейчас не понимаю. Ну расписался девчонке на майке, сфоткался, это, что, преступление?

– В том, что ты забыл, что у тебя есть дочь, стоило симпатичным мордашкам появиться на горизонте.

– Это не правда.

– Да? – спрашивает Эва подозрительно мягко, отчего я заранее готовлюсь признать поражение, и скептически выгибает бровь. – Когда ты заметил наше отсутствие?

Невзирая на кажущуюся хрупкость и внешность принцессы, Воронова припечатывает меня вопросом так жестко, что мне нечего возразить.

Поэтому я примирительно вскидываю ладони вверх и скатываюсь до хриплого шепота.

– Туше.

Я выдерживаю небольшую паузу. Прочищаю горло кашлем. И ищу снисхождения.