Дочь Дракона И Юриста-2 Когда вражда возвращается домой

Глава 4

«Если не умеешь просить о помощи, начни с того,

что попроще: научись не отказываться, когда её

предлагают. Это не так и несложно: тренируйся»

(Твердил дедушка сто раз. Или целую тысячу)

Тот самый твиз, что приходил к ней вместе с Ахраем и Страком, медленно обошёл её по большой дуге, словно выискивал слабые стороны для нападения. Остановился напротив – что примечательно, Страк отступил в сторону, будто освобождал место на ринге для нового бойца. Мийре показалось, что он его побаивается. Однако первое впечатление её обмануло: следопыт покосился на приятеля с нескрываемой досадой – даже злостью. Кажется, ему не понравилось, что соплеменник явился сюда. Значит, добра от очередного знакомца не жди.

– Хотел познакомиться с твоей прекрасной подружкой, – явно оправдываясь, хмуро объяснил титан с квадратной мордой и неприятным взглядом.

– Не стоило этого делать, – сухо огрызнулся Страк. – Ты же слышал: сакризия не желает заводить с нами тесные отношения. Нам пора.

Мийра заметила, что его дружок тщательно прислушивается к детскому голосу в трапезной: её ребёнок что-то взахлёб тараторил под одобрительные смешки твизов. Поскольку кроме его сотрапезников там никого не было, не было и шума, способного их заглушить. Грубое лицо приятеля Страка стало ещё мрачней. Совсем чуть-чуть, но, если разглядывать его так придирчиво, как это делала она, перемена очевидна. Может, он близкий родич вожака Трайтара – первое, что пришло на ум. К примеру, брат. Хотя, судя по неизменной потёртой кожаной жилетке, таким же штанам и стоптанным сапогам, в племенной иерархии он занимает не самое важное место. Впрочем, у твизов не так уж много пресловутых важных мест: собственно, только вожаки и есть. Даже их самые близкие родичи не имеют особых привилегий. Так что…

– Ты бываешь слишком занята, чтобы бегать с сыном, – проигнорировав призыв Страка убираться, хмуро констатировал его неприветливый сородич. – А мальчишка, получивший силу, должен постоянно познавать свою тварную изнанку, и привыкать к себе. Иначе так и не научится защищаться. А ты не сможешь это делать вечно. Тем более что и сама не до конца познала собственную тварную изнанку. Вожак Трайтар не станет забирать твоего сына, – ещё больше помрачнев, почти угрожающе процедил он. – И никто другой не осмелится. Мы предлагаем тебе помощь: если захочешь, можем побегать с мальчишкой.

Мийра поймала себя на том, что не доверяет этому твизу, как это получилось с тем же Страком или Хратом: интуитивно и вроде пока безвредно. Почему? Трудно объяснить. Глядя на него, возникало ощущение, будто он пытается проникнуть в её жизнь по-воровски и пошарить там в поисках каких-то выгод. Она смотрела в его раскосые чёрные глаза, видя в них только неколебимую уверенность в элементарности и правдивости сказанного о потребностях Лютика. Но ощущение недоверия от этого не пропадало – наоборот, в душе выла сирена, предупреждая о какой-то невнятной опасности

С другой стороны, он только что в присутствие свидетеля дал своё обещание не забирать Лютрая. Даже если не сдержит его, а Страк заявит, будто слово дано не было, это не значит, что поверят им, а не ей. Всё по той же причине: сакризия теперь не женщина, а такой же оборотень, как все эти мужики. Прежде, чем взять чью-то сторону, старейшины их племени будут разбираться, допрашивать всех троих. И обязательно дознаются, кто врёт – есть у оборотней такой артельный талант.

Что-то вроде сыворотки правды без самой сыворотки: коллективное воздействие на мозг – схожее с тем, которое разрушает мозги. Сакризы уже продемонстрировали своей блудной дочери – верней сказать, презренному полуфабрикату – второе, после чего она чуть не померла. Теперь может появиться шанс испытать первое. И кое-кого подобное испытание вполне способно сделать изгоем, если осмелится врать старейшинам. Страк на это уж точно не пойдёт – больно много о себе понимает. А вот этот мрачный тип…

– Ты мог бы с ним побегать? – заколебавшись, спросила мать, метавшаяся между собственными страхами и огромной пользой для её ребёнка.

– Не смогу, – разочаровал и одновременно обрадовал её твиз. – Но, ты можешь довериться ему, – не глядя на Страка, качнул он головой в сторону следопыта. – Он самый яростный твой защитник. И поклялся на крови, что не позволит отнять у тебя сына. Ахрай тоже. Клятва принесена перед всем племенем. Теперь оба умрут, защищая тебя. Мне пора, – безо всяких переходов с прощаниями, объявил он.

И ушёл. Даже не обернувшись.

– Кто это? – стряхнув с себя наваждение, навеянное чем-то необъяснимым в манерах странного оборотня, спросила Мийра. – Он из семьи Трайтара?

– Да, – раздражённо буркнул Страк и нехотя пояснил: – У них один отец.

– Ты не слишком-то его жалуешь, – с подозрением заметила она.

– Он редко прислушивается к добрым советам, – всё так же недовольно проворчал следопыт. – И да, я зол на него. Трайтар обещал, что его кровные родичи не станут вмешиваться в твои дела.

– Он дал мне хороший совет, – заступилась Мийра за родича сына, кажется, не желавшего ей зла.

– Совет полезный, – угомонив недобрые чувства, согласился Страк в своей привычной манере скользящей насмешки и ускользающего превосходства, точь-в-точь, как это делал Влад. – И я буду рад помочь в этом. Тебе, кстати, также не помешает почаще бегать. Обрела такую грозную тварную изнанку, а мечешься в ней, как пустоголовая курица.

– Я сиануха завалила, – неожиданно для себя обиделась Мийра. – Сразу, как обрела тварную изнанку.

– В одиночку? – абсолютно не поверил ей потомственный оборотень.

– Нет, с Мамочкой. Но подрезать ему колени на задних лапах придумала я.

– Правда? – преядовитейшим тоном переспросил этот гад.

И ей моментально расхотелось обсуждать свой первый подвиг в шкуре оборотня. Дураку понятно, что приём, ставший предметом её гордости, придуман давным-давно. Несомненно, существует множество неизвестных ей способов завалить слишком крупного зверя – какие в мире гигантов водятся на каждом шагу. Ну, и ладно – отмахнулась Мийра от неприятного чувства, что выставилась дурочкой. Лучше думать о важном: