Дочь Дракона И Юриста-3 Когда правда возвращается домой

Глава 8

Глава 8

«Счастье всегда хочется получить сразу и

побольше. Только вот настоящее счастье

можно лишь заработать или выстрадать

в долгом ожидании. Иначе не получится»

(Объяснял дедушка внучке, почему людям

кажется, будто у них вечно всё плохо)

– Хватит орать, – вежливо попросила Мийра обозлившегося дедушку. – А то моя дигралия озвереет и вырвется наружу. Даже странно тебя, досточтимый, предупреждать о таких обыденных вещах.

– Тьфу ты, – моментально угомонившись, досадливо сплюнул старче. – Зараза какая. Храт, не поделишься, чем ты её опоил, что она перед тобой травою стелется?

– Ты же знаешь, – скучным голосом протянул тот.

А в глазах черти уже не пляшут, а ходят на головах. И уголки губ кривятся – так ему хочется заржать.

– Ну, да, – согласился опасно подобревший дедушка. – Женщины тебя любят. Пока, – многозначительно добавил он в свой сироп капельку яда.

– Пока любят, – не стал спорить Храт и поинтересовался: –Ты закончил увещевать одну бесстыдницу и одну заразу?

– Пошли, – буркнул Голос Племени Тра.

И попёр на бесстыдницу с заразой непотопляемым ледоколом – Мийра еле успела оттащить с его пути размякшую Вуксату.

– Сегодня ты бегаешь, – проходя мимо сакризии, непререкаемым тоном бросил Голос Племени Хра. – Буду ждать у той пещеры.

– Уже побежала, – едко процедила она под нос.

А в душе возликовала: наконец-то! Как она по нему соскучилась. Поймала себя на внезапно прорвавшемся ликовании и забеспокоилась: что это с ней? Нет, понятно, что ей тут практически не с кем поговорить кроме Страка и Храта. Понятно, что умников тут и без них предостаточно. Но беседовать с ними скучновато: местные интеллектуалы современники сами себе, а не ей. Тоже опутаны традициями, как оковами, что сказывается. А этой парочке оковы традиций – такое впечатление – сродни туалетной бумаге: легко рвутся при малейшем усилии. Что и усилиями-то не назвать: когда вздумается, тогда и рвут.

Видимо, она просто соскучилась по живому разговору – успокоила себя Мийра, упорно отгоняя подлые мыслишки об иной подоплёке. И уж точно не влюбилась в этого зануду Храта – этого ещё не хватало! Просто… А, ну его! Лучше подумать о насущном – сосредоточилась она, опять встряхнув Вуксату. Приготовилась её успокаивать, настраивать на бойцовский лад, но девчонка уже и без неё прекрасно справилась. Стрельнула исподлобья в спину Голоса Племени Тра непокорным взглядом и зловеще улыбнулась.

– Что ты задумала? – убрав ругу с её плеч, насторожённо осведомилась Мийра.

– Ничего, что может тебе навредить, – твёрдо ответила Вуксата, прямо посмотрев в глаза сакризии. – Потому что наврежу этим самой себе. Просто подумалось… Ладно, – на диво спокойно выдохнула она. – Это неинтересно.

– А мне даже очень, – упёрлась Мийра в желании залезть в бунтарскую душу мачехи Лютика.

– Когда ты спросила у нашего Тутрана, к чему пытались склонить Трайтара, похитив сына, я подумала: а его ли пытались заставить? – поделилась Вуксата своими внезапными сомнениями.

Которые тотчас перепрыгнули в голову Мийры – будто блохи с одной собаки на другую. Завозились под черепушкой, вгрызлись к нежные извилины, алча свежей кровушки. Точней сказать: принялись обгладывать нервы. С этой стороны она к вопросу ещё не подходила. Додумалась лишь до идеи шантажа, которым с помощью похищения Лютика прижали вожака племени Тра. А вот…

Она машинально потрясла головой, силясь вытряхнуть чудовищную догадку Вуксаты. Та упёрлась всеми конечности и не пожелала вытряхиваться. Чувствуя, что с твизарией это обсуждать не стоит, Мийра подчинилась интуиции и поспешила свернуть опасную тему:

– Мы сколько угодно можем строить догадки. Только не здесь. Лучше поскорей вернуться. Я и вправду объявила, что ты под защитой моего дома, но мы-то сейчас не там.

– Да! – спохватилась Вуксата, с подозрением косясь на распахнутую дверь лавки. – Давай вернёмся. Я не хочу, чтобы тебя вынудили принять тварную изнанку прямо в городе. Это, конечно, не преступление…

– Но, если придётся защищаться, мои ядовитые шипы могут попасть в людей, – обрадовалась сакризия удачно подброшенному доводу в пользу бегства.

И они побежали. Даже не поинтересовавшись: где же всё это время прятался хозяин оккупированной лавки? Тот, естественно не мог отказать оборотням, решившим занять его торговый зал не по назначению – в голову не придёт обвинять бедолагу. И лучше поскорей оставить его в покое.

Опасаясь, что дома Вуксата опять вернётся к своей крамольной догадке, Мийра по пути придумала, чем её занять. Едва они оказались в гостиной, разложила на столе бумагу и попросила твизарию помочь ей расставить мебель в трапезной для оборотней. Девчонка живо заинтересовалась предстоящим необычным возбуждающим её воображением занятием и, к счастью, позабыла о прерванной беседе. Или сделала вид – за что Мийра была ей благодарна. Потому что сначала нужно обсудить это с Хратом – приняла она единственно правильное решение. Больше-то не с кем. Хотя мнение Страка тоже интересно узнать.

Они провозились до вечера, исчеркав кучу ставшей дефицитом бумаги. То-то Лютик обрадуется: нет бумаги – нет и уроков. Каникулы! И мама не придерётся: сама же извела её на свои затеи.

– Поужинаем, и я отправлю бегать, – сложив стопкой дизайнерские этюды, объявила Мийра.

– Я и не заметила, что уже так поздно, – взглянув на утопавшее в лиловом закатном мареве окно, устало пробормотала Вуксата.

Занятие умственным трудом оказалось для неё более трудозатратным, чем всё прочее. Она позёвывала и часто смаргивала слипавшимися веками. Не ела, а вяло двигала челюстями, подолгу перемалывая один и тот же кусок. Наконец, твизария поволокла себя в предоставленную гостье спальню, а Мийра…