Дочь дракона и юриста. Часть 1 Когда ложь возвращается домой

Глава 13

«Если тебя ждёт серьёзное дело, но кто-то мешает,

не смотри по сторонам. Думай только о деле»

(Учил дедушка не обращать внимания на

посторонние предметы и посторонних людей)

В небольшой гостиной прежние жильцы оставили старое плетёное кресло и огромный – почти на полкомнаты – стол для семейных обедов. Размерами плюс-минус двенадцатифутовый бильярдный стол – если, конечно, довести его до ума. Главное, он был достаточно массивным и весьма качественно сбитым из отличных досок – Хайдан, осмотрев это чудище, гарантировал.

Мийра обошла его, постаравшись создать преграду между собой и гостем. В трещавшем под ним кресле развалился тот самый умник, что выследил их с сыном в Мрачном Лесу. Вытянул ноги и демонстративно задумчиво пялился на хозяйку, абсолютно точно не приглашавшую его в гости. Мийра уже знала его имя и то, что в племени сына этот субчик слыл самым крутым следопытом. А кроме того был верным другом Трайтара: вожака и отца Лютика. Оба этих обстоятельства делали его крайне нежелательным объектом для общения. Однако она понимала: раз к ней заявилась такая знаменательная личность, значит, есть, что сказать. И, скорей всего, сказанное ей не понравится.

– Ты поверишь, если признаюсь, что соскучился? – неописуемо оригинально пошутил твиз.

– Ты поверишь, если признаюсь, что предпочла бы видеть тебя мёртвым? – нахамила она в ответ, складывая на стол инструменты допотопного дизайнера.

Забралась на него, уселась, свесив ноги, и выжидающе уставилась на лазутчика: мол, тебе надо, ты и начинай. Не зря же на роже маска неописуемой таинственности – довольно примитивный приём давления на собеседника. Только с ней этот финт не пролезет – не на таковскую напали.

– Трай знает, что его сын нашёлся, – так и не дождавшись вопросов, добавил гость театральной загадочности ещё и в голос.

Мийра промолчала. Твиз усмехнулся и продолжил:

– Он в бешенстве. И требует назвать имя того, кто украл его сына.

Мийра снова промолчала, разглядывая отросшие ногти и думая, что пора их подточить.

– Ты не сможешь этого долго скрывать, – попенял ей на упрямство визитёр. – Мы чтим законы. Здесь ты можешь не отвечать, если захочешь. Но до Теневой стороны рукой подать. Однажды ты можешь заснуть тут, а проснуться в нашем городе. И там тебе придётся ответить. Или Трай попросту заберёт у тебя сына и вынудит его рассказать всё, что мальчишка знает.

Угроза была не пустой, и ей пришлось отказаться от игры в молчанку:

– Однажды любой может заснуть, а проснуться без головы на дне реки. Или однажды кто-то может объявить вожаку Трайтару, что неоместам его сына отдал именно ты. Сразу он, скорей всего, не поверит. Но задумается. А, как известно, от подозрения до обвинения всего несколько шажков.

Как он вскочил и оказался рядом, тупая беспечная курица даже не заметила – только отпрянула, когда увидела перед собой мужское лицо с узкими горящими глазами. Впрочем, когда твиз схватил её за плечи, сдёрнул со стола и задышал в лицо, Мийра поняла: это не злость – кое-что похуже.

– Страк, убери руки, – потребовала она, чуть не издав нервический смешок.

Ей только этого не хватало: возбуждённого самца в пустом доме, где её изнасилуют, а после объявят, что сакризия сама вешалась на шею. Казалось бы, паршиво, но не смертельно – если не брать в расчёт тот факт, что Лютик не поверит в распущенность матери. А её сын уже имеет право на кровную месть – поскольку обрёл тварную изнанку – и объявит Страка своим кровником. Мысль о такой перспективе ужасала и поэтому она, конечно же, будет молчать.

Обнаглевший переговорщик провёл кончиком носа по её щеке и констатировал:

– Ты не хочешь меня.

– А были сомнения? – изрядно струхнув, но стараясь держать себя в руках, осторожно осведомилась жертва бессовестных домогательств.

Даже не пытаясь вырываться, чтобы ещё больше не раздразнить либидо оборотня.

– Я тебе понравился там, в Мрачном Лесу, – уверенно заявил он, отстранившись, но не выпуская её плечи.

– Всего лишь, как более разумный собеседник, – честно ответила она.

Твиз ещё раз заглянул ей в глаза и, наконец-то, отпустил, буркнув:

– Ты не врёшь.

Мийра поняла, что актов агрессии не последует и мысленно выдохнула. Нужно было скрыть подло подрагивавшие в отходняке поджилки – лучше всего, сосредоточившись на каком-то занятии. Она взяла в руки рулетку, грифель с листком и подошла к ближайшей стене. Измеряя расстояние от угла до окна, переняла инициативу в сложном разговоре, дабы выглядеть смелой и уверенной в себе женщиной:

– У тебя не получится соблазнить меня и выманить на Теневую сторону. Конечно, вы можете убить меня и здесь. Но скрыть этого не выйдет: мой отец всё знает обо мне и укажет на убийц.

Усевшийся на стол твиз пренебрежительно отверг её попытку шантажа:

– Трай никогда не убьёт мать своего сына.

То есть – приняла к сведению Мийра – и свою жёнушку, организовавшую похищение пасынка: у мерзавки тоже сын имеется. Вообще-то, у неё возникло благое намерение позволить вожаку общаться с Лютиком. Она даже не торопилась оглашать своё решение о лишении его родительских прав – пока не станет ясно, как у них с Трайтаром сложатся отношения. Но, этот разговор подстегнул события: Лютрай не переступит порог отеческого дома, пока не сдохнет его мачеха. А посему…

– Тогда к чему разговоры о том, где я могу заснуть и где проснуться? – изобразила недоумение Мийра, занося результаты измерений на бумагу.

– Просто хотел тебя немножко попугать, – иронично признался Страк.

Он хотел её попугать! Можно подумать, она и без дополнительных подначек недостаточно напугана. Не такое уж по сути злодейское признание ударило наотмашь и моментально выбесило. Она резко обернулась и потребовала:

– Убирайся из моего дома. И передай своим: я отказываю Трайтару в праве называться отцом моего сына.