Дочь друга. Будешь моей!

Глава 21. Месть страшна

Василиса

Изучаю фотографию с маниакальной внимательностью. Передо мной табличка с результатами сегодняшнего соревнования. Похоже, что Толик сфотографировал её в офисе отца, нововведение с этим стендом.

На первом месте стоит пара – Анатолий и Лариса. Им начислили десять баллов, и это, судя по всему, максимально возможное количество баллов. На втором месте стоят Карина и её новый помощник – Андрей. У них восемь баллов. А на третьем… Иван и я. И у нас всего… два балла.

Я сморю на цифру «два» и внутри всё переворачивается.

Мне будто в дневник залепили сейчас оценку, хуже которой просто быть не может! А я, между прочим, за всю жизнь одну только «двойку» получила, да и то это вышло случайно. Как же так? За что?

Чем Ваня занимался сегодня? Почему всего два балла получил? Он вообще не убирал? Или он совершенно не умеет этого делать? Но как так! Он ведь обещал постараться. Успокаивал меня и говорил, что мне не о чём переживать.

«Почему? Что Ваня сделал не так?» – пишу Толику.

«Да он ничего не делал! Точнее начал, но в обед срулил и больше не возвращался».

Офигеть! Значит, он просто забил на работу? И это случилось после того, как он приехал сюда на обед? Но зачем же он так поступил? Бросил наше будущее в мусорный бак, предпочитая какие-то свои личные дела или развлечения общему делу? Как он мог!

«Василиса, хочешь, я попрошу Владимира Яковлевича не засчитывать этот результат? Тебя ведь не было на рабочем месте!».

«Нет, Толь, спасибо. Как-нибудь наверстаю результат в двух других состязаниях».

Если нога к тому времени пройдёт. Иначе Иван испортит всю мою карьеру. Он будто специально всё это делает, чтобы вывести меня из себя!

К глазам подкатывают слёзы от расстройства. Я встаю с кровати и выхожу в коридор. Вижу, что обувь Вани и шлем на месте, значит, домой он всё-таки вернулся, пока я спала. Прекрасно!

Сейчас я выясню, что всё это значит.

Открываю его дверь, даже не постучавшись. Замечаю в темноте его фигуру. Лежит на кровати и дрыхнет, будто ничего страшного и не случилось. Ах, вот так значит? Завалил первый этап состязания и даже совесть у него спокойна!

Подхожу к кровати и несколько мгновений смотрю на его безмятежное лицо.

Руки-ноги раскиданы в стороны, одеяло скомкано на теле так, будто он бегал по кровати прежде чем уснуть. Тянусь к его обнажённому плечу, потому что спит он почему-то без футболки, но замираю.

Не буду я его будить.

Хмыкаю.

Кажется, у меня возникла гениальная идея.

Я сейчас отомщу ему.

Аккуратно на цыпочках выхожу из спальни Вани и иду к себе в комнату. Долго копаюсь, но всё-таки нахожу чёрный перманентный маркер. Насколько я знаю, так просто от него не избавиться. А это то, что нужно!

Ну и пусть!

Пусть походит со звездой на лбу или с усами. Глядишь и домой возвращаться будет вовремя. Блин, а вот это к чему я? Качаю головой и успокаиваю себя. Нет, у меня на Ваню никаких прав нет. Просто обидно было вечером, что он не пришёл.

И, между прочим, теперь меня мучает ужасный голод из-за того, что я так и уснула, не поев. Нужно было забить на всё и самой слопать вкусную рыбу и пюре. А теперь уже будет не так вкусно. Но я поем. Обязательно. Только сначала отомщу за позор, который Ваня навёл на мою репутацию.

Прохожу назад в его комнату. Снимаю колпачок с маркера и наклоняюсь над Ваней. Так сладко спит, будто реально его совесть чиста. Да что ж он за человек такой? Почему он так пофигистически относится к себе? И ко мне, между прочим, тоже.

Трясущейся рукой тянусь к нему, но понимаю, что так не получается достать до его лица. Ну ладно. Может это я перегибаю палку? Рассматриваю его плечо. Ну тоже сойдёт. Нарисую ему что-то вроде татуировки. Пусть красуется перед девчонками чем-то страшным.

Присаживаюсь аккуратно на кровать и рисую череп с костями, как на пиратских флагах. Выглядит жутковато.

Художник из меня такой себе. Едва сдерживаюсь, чтобы не расхохотаться.

Боже, что я творю!

Как-будто я школьница и попала в пионерский лагерь. Только не мальчишки расписывают девочек зубной пастой, а наоборот. Странное чувство лёгкости и шаловливости. Так. Заключительный штрих. Можно закругляться.

Я закрываю колпачок и собираюсь уже встать, как Ванина рука вдруг прижимает меня к себе. Я ошеломлённо пытаюсь подняться. Сердце стучит как заведённое. И тут происходит всё так быстро, что я даже не понимаю, как так-то.

Ваня тянет меня к себе, подгребает под бок. Обнимает и вдыхает запах моих волос. А потом вдруг переворачивает меня на спину, а сам нависает сверху. И вот я уже лежу на его кровати, а он сверху прямо на мне.

– Ваня… – пищу я в ужасе и упираюсь руками в его грудь.

– Василиса…

Он наклоняется и касается моей щеки. Легко и невесомо. Но! Он меня целует. В темноте. В своей кровати. Я пытаюсь ускользнуть из захвата, но его руки уже обхватывают мои запястья, дёргают над моей головой и впечатывают в простыню.