Дочь ледяного дракона

Глава 4

Розария проснулась от непривычной тишины. Солнечные лучи уже пробивались сквозь щели ставней, а привычного стука в дверь с утренним чаем не последовало. Она нахмурилась, резко дернув шнур колокольчика.

"Где эта дрянная девчонка?" - мысленно прошипела она, накидывая шелковый пеньюар.

Пять минут спустя перепуганная горничная доложила: Элеоноры нигде нет. Ее комната пуста, постель не тронута, а из вещей пропали самые ценные - мамины книги, дорожный плащ и крепкие сапоги.

"К родственникам сбежала!" - мелькнуло в голове Розарии. Ледяной ужас сковал ее грудь.

Она прекрасно помнила тех самых "родственников" - семью покойной Хелены из соседнего герцогства. Тех самых, кто после смерти Арона пытался оспорить опекунство. Тех, кто с первого взгляда распознал в Розарии расчетливую авантюристку.

"Если она добралась до них... Если они расскажут ей правду о наследстве..." - мысли путались, дыхание участилось.

Розария лихорадочно оценивала ситуацию:

До поместья Лагонов - три дня пути верхом

Элеонора могла уйти ночью - значит у нее уже 6-7 часов форы

Она пешком, но знает все тропы - может добраться за два дня

Если они примут ее...

"Нет, этого нельзя допустить!" - ногти впились в ладони. Как только Элеонора узнает, что замок по праву принадлежит ей, что Арисон лишь опекун... Что они все эти годы жили за ее счет...

Розария стремительно спустилась в кабинет мужа. Арисон, разбуженный ее криками, сначала отмахивался:

– Пусть бежит! Одной проблемой меньше!

Но когда жена прошипела:

– Она могла отправиться к дяде Годрику —, лицо мужчины побелело.

Годрик де Лагон - единственный, кто мог оспорить их опекунство в суде.

— Седлайте лошадей. Немедленно, – орала Розалия

— Но… куда ехать?

— На границу с герцовством! — проревела она. — И если мы найдем ее раньше, чем она доберется до дяди…

Ее пальцы сжались в кулаки.

Они не позволят Элеоноре сбежать.

Через час из ворот замка выехали три всадника:

Арисон - по главной дороге к поместью Лагонов

Старший ловчий - проверять лесные тропы

Гонец - в город за помощью стражников

Розария же осталась в замке, лихорадочно составляя план:

Уничтожить все документы, где упоминалось настоящее завещание Арона
Подготовить "новую" версию - где все имущество переходило Арисону
Начать распространять слухи о "душевной болезни" Элеоноры

"Мы найдем тебя, девочка," - мысленно обещала Розария, глядя в окно на пустую дорогу. "И когда найдем - ты пожалеешь, что вообще родилась на свет."

Прошло три дня. Всадники вернулись один за другим — усталые, раздражённые, с пустыми руками.

Арисон, покрытый дорожной пылью, швырнул перчатки на стол в кабинете.

— Никто не видел её! — прорычал он. — Годрик клянётся, что она не приходила, его люди обыскали все окрестности — ни следа.

Ловчий, вернувшийся из леса, лишь мрачно покачал головой:

— Ни на тропах, ни у фермеров. Будто сквозь землю провалилась.

Розария стояла у камина, её пальцы судорожно сжимали край мантильи. Внутри всё кипело.

— Не может быть, чтобы она просто исчезла! — её голос дрожал от ярости. — Она не волшебница, чтобы раствориться в воздухе!

Когда слуги разошлись, Розария дала волю гневу.

Фарфоровая ваза разлетелась вдребезги о каменную стену.

— Мерзкая девчонка! — она смахнула со стола чернильницу, и тёмные брызги заляпали дорогой пергамент. — Как она посмела?!

Арисон наблюдал за её истерикой с холодным презрением.

— Успокойся. Если она не у родственников — значит, сбежала куда-то ещё. В город, может. Или к какой-нибудь подруге.

— К подруге? — Розария резко обернулась. — Элии! Где Элия?!

В тот же миг в кабинет вбежала перепуганная горничная.

— Госпожа, Элия Эртон… её тоже нет. Отец получил письмо, что она уехала к тётке в Лорвин…

Розария замерла. Потом медленно, очень медленно, улыбнулась.

— Так вот оно что.

Она подошла к окну, глядя на дорогу, убегающую за горизонт.

— Они сбежали вместе. Элия помогла ей.

Арисон нахмурился.

— Но куда?.

— Элия девчонка хитрая, я слышала у нее жених моряк.

— Думаешь они сбежали с ним?

— Не исключаю. Но не факт.

— Мы проиграли, — сквозь зубы выдавил Арисон.

Розария не ответила. Её ногти впились в подоконник так сильно, что под ними выступила кровь.

Нет. Они ещё не проиграли.

Потому что однажды Элеонора вернётся.

И тогда…

Она сжала кулаки.

— Найди мне этого душеприказчика. Сейчас же.

Арисон насторожился.

— Зачем?

— Потому что если мы не можем найти её… — её голос стал тихим, опасным, — то нужно сделать так, чтобы, когда она вернётся, её здесь уже ничего не ждало.

Ни замка.

Ни наследства.

Ни даже имени.

Она повернулась, и в её глазах горел холодный, безжалостный огонь.

— Мы изменим завещание.

Но тот , боясь за свою голову, отказал в подлоге…

Три дня спустя, когда в замке царило мрачное напряжение, а Розария уже отчаялась найти следы беглянки, ворота крепости скрипнули под рукой старого лесника Барниса.

Седая борода, потрепанный плащ, запах хвои и дыма — он стоял в холле, сжимая в руках потрепанную шляпу, его глаза опущены в пол.

— Госпожа… — его голос, грубый от долгих лет молчаливых страж в лесу, дрожал. — Я должен сказать вам нечто важное.

Розария, сидевшая у камина с бокалом вина, медленно подняла на него взгляд.

— Говори.

Барнис сделал шаг вперед, его пальцы нервно перебирали край шляпы.

— Вчера… на севере от Черного ручья… я нашел следы.

Он замолчал, будто не решаясь продолжить.

— Следы? — Розария поставила бокал, ее голос стал резким. — Какие следы?

Лесник глубоко вдохнул.

— Волчьи. И… человеческие.

Тишина повисла в воздухе, густая, как предгрозовая туча.