Дочь ледяного дракона

Глава 19

–Урок третий: драться без магии.

Сумерки.

Последний луч солнца умирал в витражах, когда измученная Эл опустилась на пол заклинательского круга. Ее руки дрожали от напряжения, а на ладонях краснели ожоги — результат десятка неудачных попыток контрзаклинаний.

Сильвия, уже потерявшая голос от команд, молча протянула флягу с водой. Рен стоял у стены, его лицо было непроницаемо.

— Ты пропустила вечернее заклинание с Горром, — заметил он.

Эл усмехнулась:

— Думаю, один день без превращения в летучих мышей я переживу.

Но ее глаза были серьезны.

Где-то вдали пробили часы.

Полночь.

— Теперь — отдых, — встала Сильвия, отряхивая мантию.

Эл кивнула, поднимаясь.

Но когда они вышли в коридор, она задержалась, глядя на пергамент с руной.

Настоящий последний урок ей предстояло выучить позже.

На арене.

Перед всем Советом.

Эл едва успела переодеться и выбежать из комнаты, когда колокол прозвонил начало занятий. По коридорам уже спешили студенты, и она, стиснув зубы, растворилась в толпе.

На нее смотрели.

Взгляды цеплялись за ее спину, как когти. Шепотки ползли следом:

— Это та самая...
— Говорят, Совет проверял ее...
— Держу пари, она сбежит до турнира…

— Выскочка с провинции…

Эл шла, выпрямив спину, но каждый смешок, каждый перешепот обжигал сильнее огненных заклятий Лориана.

Зал Горра, обычно наполненный грохотом взрывов, смехом и криками раздражённого магистра, сегодня встретил Эл неестественной тишиной. Даже воздух здесь казался гуще, словно пропитанным свинцовой тяжестью ожидания.

Когда она переступила порог, все головы разом повернулись в её сторону.

Магистр Горр, чьё лицо обычно пылало гневом при малейшем опоздании, на этот раз лишь медленно поднял свою густую рыжую бровь. Его пальцы, покрытые старыми ожогами, замерли на раскрытом фолианте.

— Опоздала, — произнёс он, и его голос, обычно гремевший, как горная лавина, теперь звучал приглушённо, почти... осторожно. — На двадцать минут.

Эл почувствовала, как по её спине пробежали мурашки. Она знала этот тон — так говорят с опасными зверями, которых боятся спугнуть.

— Простите, магистр, — она опустила глаза, стараясь не смотреть на однокурсников, чьи взгляды жгли её кожу. — Совет... тренировки... я...

— Знаю, — резко оборвал он, хлопнув книгой. Звук эхом разнёсся по залу, заставив нескольких студентов вздрогнуть. — Садись.

Она двинулась к своему месту, и толпа перед ней буквально расступилась, как перед прокажённой. Лина, обычно улыбчивая, резко отвернулась, делая вид, что рассматривает свои ногти. Марк и Том замолчали на полуслове, их разговор оборвался, будто перерезанный ножом. Даже воздух вокруг неё будто сгустился, став вязким и неудобным для дыхания.

Зал Горра гудел, как потревоженный улей, но вокруг Эл образовался странный островок тишины. Воздух здесь был гуще, насыщен невысказанными вопросами и страхами. Каждый звук - скрип перьев по пергаменту, шорох мантий, даже собственное дыхание Эл - отдавался в ушах неестественно громко.

Лина, всегда первая подбегавшая к Эл с шуткой или советом, теперь сидела, нарочито отвернувшись. Ее обычно расслабленная поза сменилась неестественной скованностью - правое плечо было поднято, как щит, левая рука сжимала жезл так крепко, что костяшки пальцев побелели. Когда Эл случайно встретилась с ней взглядом, Лина резко отвернулась, сделав вид, что изучает узор на своем пергаменте.

Марк, обычно такой сосредоточенный на учебе, что забывал обо всем на свете, сегодня выглядел рассеянным. Его перо скользило по странице, выводя не ровные строки заклинаний, а какие-то нервные зигзаги. Каждые несколько секунд он поднимал глаза, бросал быстрый взгляд на Эл и тут же опускал их снова. Однажды их взгляды встретились - и Марк так резко дернулся, что опрокинул флакон с чернилами. Фиолетовые капли растекались по пергаменту, как маленькие кровоточащие раны.

Том, их добродушный великан, всегда смешивший всех своими шутками и нелепыми провалами в заклинаниях, сегодня был неузнаваем. Его обычно расслабленные руки были сжаты в кулаки, лежащие на столе, как два готовых к бою молота. Рыжие брови нахмурены, а широкий рот, всегда готовый расплыться в улыбке, сейчас был плотно сжат. Когда Эл случайно задела его локтем, проходя мимо, он вздрогнул, как от удара, и резко отодвинулся.

Даже воздух вокруг Эл казался другим - более плотным, сопротивляющимся каждому ее движению. Когда она подняла жезл для выполнения упражнения, несколько студентов рядом невольно отпрянули, будто ожидая взрыва. Шепоток, как змеиный шелест, полз за ней по пятам:

— Говорят, Совет провел над ней какие-то тесты…

— Видела? Даже элементарного не может.

— Как она посмела выйти против Лориана?

— Думает, Совет её спасёт?
— Лориан разорвет ее на части...

— Сосредоточься, Вейн! — рявкнул Горр, когда ее попытка превратить перо в иголку закончилась лишь легким дымком.

Но в его глазах не было злости — только понимание.

После занятия Эл хотела быстро уйти, но Горр остановил ее жестом.

— Останешься.

Тишина в опустевшем зале была густой, как смола. Эл стояла перед Горром, сжимая в потных ладонях жезл, на котором остались следы от неудачного превращения. Дымок от проваленного заклинания все еще витал в воздухе, смешиваясь с запахом горящих свечей и сушеных трав.

Горр изучал ее молча, его массивная фигура отбрасывала на пол длинную тень. Вдруг он резко повернулся и, к удивлению Эл, начал рыться под столом, откуда достал небольшой предмет, завернутый в потертый кожанный чехол.

— Лови, — бросил он.