Дочь некроманта. Кровь трех королей

Глава 7

Ринара

Но Ринара не могла пошевелиться. Она с расширенными от ужаса глазами смотрела на отца. Рина услышала шаги и обернулась, прямо на них из чащи шел мужчина с луком в руках. Время замедлило бег. Как во сне, она не могла отвести взгляда от этого человека с незнакомыми рунами на запястьях.

Отец встал так, чтобы Рина оказалась за его спиной. Но звуки шагов раздавались уже со всех сторон. Их окружали.

— Что вам нужно?! — гневно вопросил отец, но люди молчали.

Рина ощутила, что их накрывает невидимый щит. Дышать стало труднее, воздух сгустился и походил на кисель.

— Чего вы хотите? — властно повторил он. Но ответом опять послужила тишина.

Сердце Ринары готово было выпрыгнуть из груди. Она испуганно озиралась по сторонам. Как долго отец сможет удерживать защиту? Обе его руки безвольными плетями повисли вдоль тела, но десница твердо стоял на ногах, хотя она слышала, как быстро и часто он дышал.

Незнакомцы сжимали кольцо. Рина видела, что за теми, кто шел с луками, следовали другие, держа в руках сеть.

— Рина, — шепнул отец, — помнишь, чему я учил тебя в день солнцестояния?

В памяти навсегда остался тот урок, один из первых, тогда она чуть не спалила половину пшеничного поля. Ей плохо удавались огненные заклятия. Но у отца, похоже, созрел план, и она так же шепотом откликнулась:

— Да.

Но она не могла бы колдовать, пока на них стоит щит.

— На счет три, — скомандовал он. — Раз… два… три!

Защита пала, Ринара смогла вздохнуть полной грудью и выкрикнула заклинание, окружая их стеной огня, которая на миг сделала их невидимыми для злодеев. Со всех сторон раздались возгласы удивления.

— Кинжал! — воскликнул отец.

Ринара тут же схватила с земли брошенное оружие. Огненная стена медленно угасала, но Рина уже знала, что нужно делать. Не раздумывая, она метнула кинжал прямо через огненную стену в сторону одного из бандитов, вложив в бросок всю силу. Она иногда тренировалась метать оружие, но никогда до того не использовала его против живых людей. Однако раздумывать времени не было. Кинжал воткнулся прямо в горло человеку с луком. Тот, кажется, даже ничего не успел понять, и беззвучно свалился на землю, обагряя зелень мха ярко-алой кровью.

— Рина, меч!

Она выхватила из ножен на его поясе оружие и выставила его перед собой, еле удерживая такую тяжесть. Вряд ли она смогла бы им воспользоваться, но страх придавал силы.

Со стоном отец поднял одну руку, из нее полетел огненный шар, который сбил с ног еще одного врага с луком. Очередная стрела полетела в десницу. Он пошатнулся и упал на колени, но выпустил очередной огненный шар, который сразил последнего вооруженного человека. Двое оставшихся уронили сеть и кинулись в чащу.

Круг пламени окончательно погас. Они остались в оглушительной тишине. Не пели птицы, напуганные случившимся, даже ветер, казалось, перестал шевелить кроны деревьев.

— Рина, — прохрипел отец. — Помоги мне встать…

По его лицу градом тек пот, она ощущала, как стремительно его тело покидает жизненная сила, и это пугало ее до дрожи в коленях. Бросив меч, она подставила ему плечо и подвела к дереву. Отец привалился к нему, тяжело дыша.

— Я могу исцелить тебя, только нужно вытащить стрелы.

— Нет времени, — твердо возразил десница. — Приведи лошадей. Быстрее. Они могут вернуться.

Рина кинулась к животным, ощущая, как в голове пульсирует кровь. Она почти ничего не видела, судорожно отвязывая лошадь и подгоняя ее к раненому отцу. Он все стоял, держась за шершавый ствол. Однако когда она подвела к нему коня, поняла, что сил у отца не хватит на то, чтобы взобраться на него. Ее накрыло отчаяние, такое острое, что она расплакалась.

— Рина… — тихо позвал он. — Я не смогу… Садись верхом и скачи за помощью…

Он стал медленно оседать на землю.

— Нет! нет! Они могут вернуться и убить тебя! — в голос рыдала она. — Отец! Поднимайся!

— Ринара, прости, я… передай матери, что…

— Нет! Не говори ничего! — в отчаянии закричала она и бросилась к коню. Если бы здесь находился Халим со своим даром! Ему подчинялись любые животные. Но, кроме них, здесь никого не было. И рассчитывать она могла только на свои силы. — Миленький, пожалуйста! Прошу! Опустись на землю! Отец! Отец! — позвала она, он больше ей не отвечал, привалившись спиной к стволу. Жизнь еще теплилась в нем, но едва-едва.

Она тянула коня за узду, но тот не мог понять непривычную команду, он лишь сделал несколько шагов вперед и остановился. В исступлении она схватила меч и полоснула по широкой шее животного. Брызнула кровь, окропив Рину с головы до ног. Конь умер быстро, завалившись на бок и полщепки[1] посучив ногами.

Она ощутила, как ее наполняет та ледяная сила, которой подчинялись мертвые. Рина никогда еще не поднимала таких больших существ, но другого выхода не оставалось. Живая мощь леса как будто отгородилась от нее, она не чувствовала того, что было с голубем, но ей этого и не требовалось, на поляне пролилось столько крови, что Рине оставалось только направить силу смерти в нужное русло.

Конь безропотно поднялся, из его шеи продолжала вытекать драгоценная жидкость, но это уже не имело значения. Теперь он полностью подчинялся воле Ринары. Она заставила его встать на колени рядом с отцом и с трудом перетащила его на спину животному, перекинув поперек.

— Поднимись, — сказала она вслух, хотя этого и не требовалось. Конь последовал ее команде. Оглядываясь на поляну, где остались лежать мертвецы, она быстро пошла к своей кобыле, зная, что конь с отцом на спине идет за ней.

_____________

[1]Щепка — единица времени, равная четверти минуты, это примерное время горения деревянной щепки.