Дочь некроманта. На крыле змея

Глава 7

Ринара

Ринара села на кровать и, собравшись с духом, открыла шкатулку. Внутри лежала деревянная подвеска на кожаном шнурке. Это был искусно вырезанный змей, раскинувший крылья в полете. Именно такой, какого она подняла. Не замечая слез, Рина приблизила фигурку к лицу. Она пахла деревом и благовонным маслом, а под всем этим как будто угадывался запах Богрида. Конечно, наверное, она себе это надумала, но почему-то Рина была уверена, что он сам ее вырезал.

Она бросила быстрый взгляд на яйца. Мама боялась, что это добьет Ринару, но почему-то когда она взяла в руки фигурку, стало спокойнее. Бо не знал о том, что случилось с яйцами, но этот подарок оказался той поддержкой, в которой она так нуждалась. Подвеска была слегка теплой, как будто до сих пор хранила жар его рук. Рина столько времени злилась на Бо, пыталась ненавидеть, но ничего не выходило. И один маленький знак внимания растопил ее сердце. Она с трепетом надела змея на шею, прижав к груди. Может, Бо почувствует, что она получила его подарок? Рине этого хотелось бы.

Несколько щепок она держала в руках конверт со своим именем, не решаясь открыть. Что она там прочитает? Не станет ли от этого только хуже? Да и что он мог ей сказать в письме, если не пожелал увидеть лично?

В конце концов, измучив себя предположениями, она все же сломала печать. Рина ожидала, что увидит там несколько строк с поздравлениями и пожеланиями здравия, почти убедила себя в этом, но прочитала совсем другое. Бо не разбрасывался пустыми словами, а перешел сразу к сути. Эта черта в нем ей всегда нравилась.

«Я видел горы и безоблачное голубое небо. А в нем парили два крылатых змея. Я видел тебя со счастливой улыбкой на устах. И если бы я только мог быть рядом, когда это произойдет, я был бы самым счастливым человеком на свете. Но иногда обстоятельства сильнее желаний сердца. Пусть фигурка, которую я вырезал, напоминает тебе о том, что ты совершила настоящее чудо, дав змеям новую жизнь.

Богрид».

Рина несколько раз перечитала послание, чувствуя, как сердце начинает биться все быстрее и быстрее. Несколько предложений, но они перевернули все! «Обстоятельства сильнее наших желаний», «был бы самым счастливым», «если бы только мог быть рядом» — это же не просто слова! Богрид никогда ничего просто так не говорит. Значит ли это, что его тоже тянет к ней? Господи Ясногорящий, что он имел в виду? Бедное сердце так больно и сладко сжималось, что ей не хватало воздуха. И змеи… Он видел, как они парили! Видел! Дар никогда не подводил Богрида. Змееныши не погибли!

Ринара бросилась к очагу и едва не потянулась в пламя голыми руками. Яйца оставались черными и безжизненными, но на миг ей почудилось, что она услышала, словно очень издалека, знакомый шепот. Она лишается рассудка? Или это правда?

Едва соображая, что делает, она спрятала письмо под подушку и бросилась вон из комнаты. Ей нужно было с кем-то поговорить.

— Отец! — Она без стука влетела в его рабочий кабинет. Он стоял у окна, читая какие-то документы. От ее восклицания он вздрогнул и выронил листы.

— Что случилось, Рина? — с тревогой произнес он.

— Богрид… Змеи… — она не могла отдышаться и облечь мысли в слова.

— Рина, успокойся. — Он взял ее за плечи и крепко сжал. — Глубокий вдох. Давай, дыши.

Она последовала его совету, и тугой комок волнения посреди груди немного разжался.

— Он написал, что видел двух змеев в небе! — выпалила она. — Видел, понимаешь?! Это его дар!

— Милая… — Отец печально на нее посмотрел. — Иногда Богриду является прошлое. Возможно, он просто видел то, что случилось много-много зим назад.

— Нет! — горячо возразила она. — Он написал, что я тоже там была! Он видел меня! Понимаешь, что это значит? Яйца не погибли!

— Могу я взглянуть на письмо? — спросил он.

У Рины расширились глаза.

— Я… Я случайно уронила его в огонь, — соврала она. Отец не должен был узнать, что еще написал Богрид. Это слишком личное. — Но говорю тебе, он их видел!

— Рина, иногда даже дар может подвести. Часто наши желания влияют на восприятие действительности. Ни я, ни твоя мать не чувствуем в яйцах жизни. Ты ведь тоже не чувствуешь, они не выжили, дорогая…

— Я не отрицаю действительность, — перебила она. И если бы они погибли, я бы смирилась. Но если есть хотя бы один шанс того, что видение Богрида — будущее? Разве не ты учил меня никогда не сдаваться?

Он долго вглядывался в ее лицо, но, кроме решительности, в тот момент Рина ничего не собиралась показывать.

— И что же ты предлагаешь? — уточнил он со вздохом, и Ринара поняла, что этот бой она выиграла.

— Попроси Богрида вернуться сюда… Нет! — Рина встрепенулась. — Это слишком долго. Я сама отправлюсь в Вилью! Хочу, чтобы он дотронулся до яиц. Его дар усиливается от прямого прикосновения.

Отец с сомнением смотрел на нее, но Ринара была непреклонна.

— Если он скажет, что не видит их будущего, так тому и быть, я успокоюсь, — настаивала она.

— Из тебя выйдет хорошая мать. — Десница улыбнулся и покачал головой. — Ты даже этих маленьких тварей защищаешь, словно собственных детей.

Рина смутилась.

— Мы оба знаем, что маги не могут иметь детей.

— Не обязательно рожать, чтобы воспитывать кого-то, — хохотнул отец. — К тому же мы наверняка знаем лишь то, что маги не могут иметь детей от простых людей. Ты — прямое доказательство тому, что иногда случаются чудеса, когда в паре оба имеют дар.

— За всю свою жизнь я не видела ни одно мага, кроме тебя, мамы, Халима и той горной ведьмы. Какова вероятность того, что я встречу и полюблю человека, владеющего даром? И что он полюбит меня в ответ, — уже тише закончила она. Этот разговор перетек в странное русло.

— А Богрид? — вдруг спросил отец, и Рина от неожиданности поперхнулась воздухом, закашлявшись.