Дочь от бывшего. Ты предал нас

30

Кира

И мы едем, мы и впрямь едем. Я и Чернышов. Вдвоем. В его автомобиле.

И зачем я согласилась? Важную роль сыграло время, час слишком поздний, и няня Сони мне уже прислала сообщение с вопросом, когда же меня ожидать.

Вот только мои мысли сейчас крутятся не вокруг дочери, а вокруг ее папаши, будь он неладен. Или, наоборот, будь ладен? Я запуталась.

Вот что он здесь делает? Зачем приехал? Зачем везет меня домой к нашему, на минуточку, ребенку? Зачем заставляет мою совесть активироваться?

Ведь какой бы он не был, а рассказать о том, что он уже отец, нужно было. Но не сейчас. Сейчас поздно.

А раньше было рано. И вовремя не наступит никогда. Я выбрала этот путь, ничего не поделаешь. У Чернышова своя жизнь, у меня своя. А еще в отношениях со мной он ставил меня на последнее место, а вот Кристину ставит явно на первое.

Правда, если она на первом месте, то что же все–таки Чернышов делает сейчас?

– Давай ты меня высадишь здесь, – спохватываюсь я. – Мне в магазин надо, чуть не забыла. А дом тут рядом, не волнуйся, не заблужусь, да и светло здесь, яркие фонари, много людей, безопасно.

– Не хочешь показывать, где живешь, да? – прищуривается Чернышов.

А я вдруг отвечаю правду. К чему мне перед ним лебезить и щадить его чувства, уже очень давно совсем незачем.

– Да, абсолютно не хочу, – качаю головой, – но тебе спасибо, что подвез, пусть я так и не поняла цели, но может, оно и к лучшему. Не нужно ничего усложнять. Я заметила, Александр, ты любишь вспомнить прошлые отношения, встретиться с девушкой, находясь в союзе с другой. Не нужно, не повторяй своих ошибок, тем более со мной тебе точно ничего не светит. Ты выбрал Кристину, у вас будет ребенок, будьте счастливы.

Эта речь вырывается из меня чуть ли не сама по себе. И идет с такой легкостью, какую я сама от себя никогда не ожидала. Никакого сожаления, соплей и слез. А, главное, я ведь и впрямь так думаю, и, надеюсь, не буду этой ночью плакать в подушку от того, что поступила так, как должно.

– У нас будет ребенок, – кривится Чернышов, – да, со стороны я смотрюсь и впрямь не очень.

Мне непонятна реакция Александра на собственного отпрыска, мне всегда казалось, что он хочет детей. Да и с Кристиной они смотрелись гармоничной парой, находящейся в мире и согласии друг с другом. Но я не эксперт в отношениях и лезть разбираться уж точно не буду.

– Да, очень не очень, – киваю даже несколько сочувствующе.

Наверное, так и ведут себя цивилизованные пары после развода, когда им нечего делить, и когда они давно перемололи общие ссоры и недовольства друг другом. Наверное, мужчина и женщина в таких парах даже друзьями потом могут стать.

Но это не наш случай. Я скрыла от будущего «друга» такое, что, неизвестно, кто в итоге окажется главным злодеем. Ведь даже я сама себя ругаю, а что будет с Чернышовым? Он–таки исполнит то, чего я так боюсь? Попытается забрать у меня Соню?

Испуганно вздрагиваю.

Вот потому–то и молчу. Риск не оправдан, он слишком велик.

Чернышов, кажется, не замечает перемены моего настроения, что к лучшему. Он пребывает в своих мыслях, и я решаю, что нужно выходить, хватит продолжать этот разговор.

Кладу руку на дверь, но бывший муж меня останавливает, перегибается через меня и кладет свою ладонь поверх моего запястья. Очень опасная позиция, очень близкая, и, несомненно, очень будоражащая, даже слишком.

Сглатываю, стараясь не дышать слишком активно, и тут Чернышов произносит:

– Не было ничего тогда с Янессой, не было, чем хочешь поклянусь…