Дочь пирата. Ярмарка в Уолшире

2

- Как же здорово быть мужчиной! – эмоционально воскликнула Алекс, обращаясь к Диего, с которым они играли в шахматы, сидя в ее роскошном номере.

На Алекс красовался камзол из тонкого темно-серого шелка, искусно расшитого растительным орнаментом. Аккуратно подстриженные и подровненные парикмахером черные волосы обрамляли смуглое, аристократически узкое лицо девушки. Время от времени Алекс быстрым движением отбрасывала назад прядку волос, спадавшую ей на глаза.

– Боюсь, ты этого даже не осознаешь, Диего! Как приятно избавиться от ужасного, неудобного платья, в котором тебе нечем дышать; а как легко стало мыть и расчесывать волосы! - Алекс снова откинула назад непокорную прядь.

Диего вздохнул, бросив на нее задумчивый взгляд. Хотя он отлично понимал, что едва ли капитан пиратов может щеголять роскошными локонами до талии, решение Алекс остричь волосы безумно его огорчило. До сих пор стояла у него перед глазами сцена, случайным свидетелем которой он стал: Алекс, с ножницами в руках, в каюте перед зеркалом, и ковром устилающие пол вокруг нее пряди черных волос, подобные облетевшим темным листьям.

- Не расстраивайся, Диего! – воскликнула Алекс, словно прочитав его мысли. – Чем только не пожертвуешь ради благой цели! И, по-моему, так мне тоже идет, - Алекс оценивающе взглянула на себя в овальное зеркало, венчавшее туалетный столик, подарила своему отражению чарующую улыбку. И, хотя Алекс, действительно, отнюдь не лишилась привлекательности, внешность ее заметно переменилась. В чертах смуглого лица девушки проглядывали задор и решительность; что-то дерзкое появилось в темно-карих сверкающих глазах, в белоснежной улыбке.

- Да… Да, Алекс, конечно, ты права, - Диего вздохнул так тяжело, что любая другая девушка на месте Алекс непременно бы обиделась. Она же просто похлопала его по руке с улыбкой и, подумав, переместила коня вперед и влево.

С достопамятного утра на «Приключении», когда Алекс избрали капитаном, прошло уже несколько недель, которые слегка отрезвили Диего. Теперь он и сам склонялся к мысли, что всеми тогда завладело некое безумие. Особенно им. Как мог он не воспротивиться желанию Алекс взять на себя командование пиратским кораблем? Ведь это такое опасное занятие и, правду сказать, едва ли подобающее для девушки ее происхождения и положения в обществе! Диего не переставали терзать мысли, что отнюдь не такое будущее представлял для своей дочери Джонатан Хэлси. Иногда, правда, некий внутренний голос напоминал ему, что Джонатан брал с собой малышку Алекс в пиратские рейды, так что, возможно, капитан Хэлси только порадовался бы, что дочь пошла по его стопам.

И Диего понимал, что назад пути нет. Едва ли он вправе распоряжаться жизнью Алекс! Если же ему хочется убрать ее с пиратского корабля, нужно придумать некий хитроумный план – настолько хитроумный, что, увы, едва ли ему это под силу.

- Так ты ни о чём не жалеешь? – спросил он осторожно, передвигая слона. В шахматах Диего тоже было сложно рассчитывать стратегию на много ходов вперед; неслучайно он предпочитал играть черными фигурами, чтобы предоставить первый шаг сопернику, а дальше действовать по обстоятельствам.

- Нет! – Алекс задумалась над ответным ходом. – Ничуть! По-моему, у пиратов безумно интересная жизнь!

Диего пожал плечами, глядя на доску, пестревшую светлыми и темными квадратами. Ему, проведшему почти двадцать три года на самых разных пиратских кораблях с разными капитанами, не казалось, что это так уж невероятно интересно. Но Диего честно постарался вспомнить себя в возрасте Алекс: пожалуй, тогда он тоже считал, как и она, что жизнь корсара – увлекательное приключение. Правда, пиратом стал он по гораздо более прозаическим причинам, чем Алекс, и карьера его началась отнюдь не с назначения капитаном.

Перед глазами его пронеслись удивительно яркие картины из далекого прошлого. Вот он смело врет старшему помощнику, что ему восемнадцать лет (Диего прибавил к своему возрасту два года для солидности); а вот он в бушующий шторм (первый шторм, в который попал он на море) лезет, замирая, по вантам[1], судорожно цепляясь за выбленки[2], повинуясь приказу капитана взять рифы[3] у парусов, поскольку «маленько задувает». После этого «маленько задувает» Диего всерьез подумывал о том, чтобы найти себе какое-нибудь такое занятие на суше, чтобы не приходилось даже смотреть на водоемы, но вскоре он привык – как это происходит в жизни с большинством из нас.

- Шах! – отвлек его голос Алекс. Очнувшись от раздумий, он перевел взгляд на доску; поморщился, узрев, в сколь затруднительном положении оказался.

Алекс сидела с довольным видом: уже второй раз подряд она была близка к победе.

- Что ж, иногда приходится чем-то жертвовать, - вздохнул Диего и переставил коня так, чтобы тот перекрывал ферзю Алекс линию нападения на короля.

- Так ты снова проиграешь! – весело промолвила девушка.

- Может, и нет, - уклончиво отозвался Диего. – Посмотрим, как всё сложится.

Но всё сложилось вновь в пользу Алекс. С сияющим видом объявила она шах и мат и, когда Диего, вздохнув тоскливо, отказался от еще одной партии, принялась деловито складывать изящные белые и черные фигурки. Диего следил рассеянно за быстрыми и уверенными движениями ее маленьких рук, сверкавших дорогими кольцами.

- Алекс, а ты не думала еще, что мы будем делать дальше? – спросил он, наблюдая, как Алекс отправила несколько пешек, белого коня и черную ладью к прочим фигурам.