Дочь правды и лжи

Глава 7

- Ты уверен в этом? - мои руки дрожали, а тело прекращало слушаться, но мне все ещё удавалось стоять, опираясь на подоконник. 

- Полностью. Королевская знать хочет видеть тебя. Двор хочет посмотреть на "плод" смерти. 

‐ Кажется, я действительно нахожусь в средневековье. Иначе как это объяснить? Королевская знать? Кровная наследница? На дворе двадцать первый век. 

Мортэль, который все это время находился в своих мыслях в самом углу комнаты, резко оказался возле меня и облокотился на стену рядом. 

‐ У вас, - послышался его хриплый и приглушенный голос, что заставило меня встретиться с ним взглядом, - наш род начался, когда люди уже крепко держали меч, а не били палками по камням ради огня. Многие здесь не знают того, что видела ты. Будь осторожна, когда окажешься в руках Нэвиста, - его тон становился мягче, но мурашек на моей коже все больше. Страх. Он настигал меня каждую секунду, обрушиваясь словно цунами. 

Все началось казаться нереальным. Моя жизнь начала превращаться в семнадцатый век, когда всем были так важны кровные наследники, а за короны бились целые династии. Тошнота поступила к горлу, но мне удалось её сдержать. Сейчас надо обдумать все возможные исходы моего прибытия к знати при короле, которого нет. 

- Что из себя представляет Нэвист? Он наследник? - вопросы возникли сами собой, но я не заметила, как задала их не кому угодно в этой комнате, а Мортэлю, стоявшему рядом. 

‐ У короны не осталось прямых наследников. Король не имел детей, его жена умерла при родах. 

Ком в горле не дал мне выразить все эмоции, но сейчас этого и не требовалось. Никогда не потребуется. Потерять в одну ночь сразу всю свою семью и обрести свой род на гибель - нечто ужасное, что мне понять не суждено. 

- Поэтому он и держал при себе твоего отца. Он был хоть и не чисто его крови, но все же имел право на власть и трон. Но и он бежал в ночь смерти Короля. Нэвист никто, - его резкое касание заставило меня вздрогнуть, и, если он хотел обратить на себя больше внимания, у него это получилось, - Элария он тебя боиться. Его поставили на трон, как бывшего командующего армией. Военный, резко получивший власть - безумный мужчина. 

- То есть вы все, - я обернулась и посмотрела на лица всех, кто был в этой комнате. Страх, горе, боль, непонимание. Палитра эмоций раскрашивала и мое лицо, их было слишком много, - хотите сказать, что я - королева? Поэтому становлюсь главной угрозой для тех, о ком и не слышала ещё вначале этого месяца?! Это бред! 

Теперь во не пылал огонь. Ярость. Мне хотелось разбить в пух и прах всю эту комнату. От моего тона Гвэн вздрогнула, что заставило меня хоть немного одуматься. Многим здесь был понятен мой порыв. Желание вновь отправиться домой и больше не возвращаться резко прильнула к потоку моих мыслей. А не это ли лучший выход из положения? Исчезнуть и не возвращаться? Не предъявлять права на трон? Этими вопросами мне удалось нарушить тишину и наконец услышать Ричарда. 

- Нет. Они точно знали, что у них есть угроза в виде ребёнка, из-за которого чуть не повесили женщину перед всем двором. Вопрос был лишь в том: а жив ли он? Теперь и здесь для них был найден ответ. Они либо сами уничтожат тебя, либо сделают так, что ты сама выполнишь их прихоть. 

‐ Я не самоубийца. 

- Сейчас нет. Но если твоя жизнь превратиться в ад и это станет единственным выходом? 

В любом случае я умру. Рано или поздно, но точно не после своих "долгих и счастливых" лет жизни. Точно не после старости. Моя смерть уже стояла за этой дверью, она ждала момента, когда сможет постучаться или же войти без стука, внезапно. Но она уже была здесь. 

- Пойми, если ты не явишься к нему в указанный срок, он сделать так, чтобы тебя казнили за немилость. 

- Это все звучит, как ужасный сон. 

- Мне жаль, что так и не получилось от него тебя уберечь, - наши взгляды встретились после этих слов, которые он, видимо, сказал неожиданно не только для тех, кто находился здесь, но и для самого себя. 

Хотя они волновали меня в самую последнюю очередь. Мне предстояла поездка во дворец, которую не избежать. Тот замок был прекрасен на вид издалека, но умирать в нем я была не готова. Совсем не готова. Страх завладевал мной, но мой разум все ещё не мог дать ему волю. В таком положение страх - мой самый злейший враг. Даже не двор, готовящийся встретиться со мной во все оружия. 

- Как бы мне хотелось взглянуть на стены замка внутри, сопровождение должно быть в лице двух пиетринов и не больше, - начала Гвэн, чуть подавшись вперёд, - Их выбираешь ты, ведь твоя воля в том, кто будет тебя защищать. Ни я, ни Хлоя этого сделать не сможем несмотря на то, что нас этому учили. 

Она была права, необходимо было взять тех, кто сможет стать моим щитом, если это понадобится. Чего я очень не хотела. 

- Сегодня вечером тебе стоит принять решение. А сейчас вон из нашей комнаты. 

Последние слова моей соседки заставили меня улыбнуться впервые за все утро. Медленно новые знакомые покинули комнату, в которой остались лишь я и Гвэн, уже лежавшая на кровати. Ее темные волосы свисали вниз, почти касаясь пола, а глаза были прикрыты. Девушка о чем-то размышляла. О том, что должно остаться лишь в её голове, иначе она бы стала рассказывать и мне. Почему-то в этом я была уверена. 

Я последовала её примеру и решила расслабиться, отпустить мысли и, может, немного поспать. Кровать приняла меня, как мягкое облако, в свои объятия. Меня кидало то в жар, то в холод. Время близилось к обеду, а голод так и не пришел ни ко мне, ни к Гвэн, ведь она тоже не торопилась собираться в обеденную зону. 

Хотелось кричать от безысходности. Биться об стену головой. Хотелось рыдать и просить о помощи, но её не последует. Мне уже не пять лет, чтобы просить взрослого обработать мои раны. Эта страна оставляет на мне шрамы, от которых никто не поможет избавиться. Моя душа была изранена их обращением в мою сторону. Ричард принес письмо, которое все еще лежало раскрытым, но не прочитанным мною, на тумбочке. На нем была печать с короной и огнем. Королевская отметина. Сердце сжалось до тонкой ниточки, когда мои пальцы коснулись плотной бумаги и потянули на себя листок. Краем глаза заметила, что Гвэн уснула. Положение было не очень удобным, но все же тревожить её не стала. Надо отдохнуть всем нам, а не только мне. Они переживают так, словно я их родная сестра.