Дочь Пророка

Пролог

Глава 1. Дочь Бога

Это всегда начинается одинаково. Размытые силуэты, голоса, распадающиеся на десятки чужих тембров. Зрение подводит, слух улавливает лишь обрывки, которые мозг отчаянно пытается склеить в слова или фразы. Тщетно.
Финал тоже неизменен.

Я выныриваю из сна, как из ледяной толщи воды. Горло сводит спазмом, я хватаю ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Невидимая бетонная плита, давившая на грудь всю ночь, медленно сползает, позволяя сделать первый полноценный вдох. В ушах еще вибрирует жуткий шепот. Я не понимаю слов, но кожей чувствую: говорят о чем-то страшном.

Мне казалось, к этому можно привыкнуть. Три года — достаточный срок. Но нет. Каждый раз — как первый.
Все началось в день моего пятнадцатилетия. Тогда, после шумной пижамной вечеринки и просмотра ужастиков, мокрый пот и колотящееся сердце показались логичным ответом перевозбужденного мозга. Я ошиблась.

Через пару месяцев сон вернулся. Оправдание нашлось и тогда: умер мой отец. Он воспитывал меня один и души во мне не чаял. Вместе с горем в мою жизнь вошла тетя Надя.

Квартиру нашу она полюбила с первого взгляда, а вот меня — едва терпела. Опекунство она оформила быстро, не спрашивая моего мнения.

Жили мы странно. Тетка меня не обижала, она меня игнорировала. Готовила только на себя, оставляя в холодильнике продукты: «Такой кобыле стыдно не уметь готовить, потом спасибо скажешь». Убирать я должна была всю квартиру, кроме её комнаты. «Ты же тут хозяйка! Не хочешь махать тряпкой — перепиши метры на меня, я свои хоромы с удовольствием вылижу».

Сны стали ежемесячными. Я пыталась вычислить систему, вела календари, но графиков не существовало. Я сделалась дерганой, нервной. Ушла с головой в мистику, психологию, эзотерику — искала хоть что-то похожее на мои видения. Год бесплодных поисков вымотал меня, и я просто смирилась. Сны стали частью пейзажа.

Жизнь текла мимо. Тетка не контролировала мои приходы, не смотрела в дневник. Я подрабатывала расклейкой объявлений, копейки тратила на кино, а в школе ела бесплатно как сирота. Соцзащита приходила раз в месяц, тетя Надя натягивала маску добродетели, и всё шло по кругу.

А потом, через полтора месяца после моего шестнадцатилетия, тетка запила. Резко, в один день. Еще через месяц она просто исчезла. Ее не нашли до сих пор.
Так я оказалась в интернате.

Там было тихо. Учеба, режим, стабильные кошмары раз в неделю. Пока в нашей комнате не повесилась Лена.

Я проснулась от грохота — это Лена оттолкнула табурет. Спросонья я не сразу поняла, что происходит. А когда вскочила, чтобы вынуть её из петли, она посмотрела прямо на меня. Взгляд был ясным, пугающим.

— Не вмешивайся, дочь Бога, — прохрипела она. — У каждого свой час. Её — сейчас. А ты — жди.

Поднялся крик, прибежали дежурные, мы втроем держали её за ноги, пытаясь ослабить натяжение узла... Но Лена не выжила. Я до сих пор не понимаю, почему.
После этого сны стали еженедельными.

В семнадцать у меня появился Степа. Странный парень. К интимной близости он не стремился, хотя всем хвастался, что мы спим и поженимся сразу после выпуска. Я думала — гей, но однажды застукала его с Юлькой у туалетов. Степа просто подмигнул мне.

Гормоны брали свое, и я сама решила наладить контакт. Мы сидели под лестницей во втором корпусе — глухое место, где после восьми вечера ни души. Я полезла к нему целоваться, но Степа резко отстранился.

— Нам нельзя! — отрезал он.

Голос был не его. Чужой, вибрирующий силой. Мне почудилось, что в его зрачках разлилась абсолютная тьма. Стало зябко.
На следующий день он официально объявил, что мы расстались. Через неделю ему нашли опекуна, и Степа исчез. Больше я его не видела, но с тех пор к парням не приближалась.

Свое восемнадцатилетие я помню по минутам. Воспитательница подарила мне небесно-голубое платье из струящейся ткани. Девчонки заставили нарядиться и достали «Полароид» — подарок какого-то мецената.

На снимке, который мне отдали, я выглядела счастливой. Высокая светло-русая девушка с сияющими глазами, окруженная подругами. Иллюзия кадра. На самом деле я была одинока. Теснее всех я общалась только с Леной... пока она не шагнула в петлю.

Сразу после завтрака меня вызвала заведующая. Напутственная речь, папка с документами в руках. Линия, за которой начинался новый этап.
Прямо там, за порогом этого кабинете. Там же где случилось и это:
— Лукина София, верно?