Дочь шторма, невеста огня

Глава 45

Марк тихонько выматерился по привычке, когда портал выплюнул его на нужной улице, и ссадил Генри с рук. Пес возмущенно обернулся на портал и гавкнул, видимо, ругая на чем свет стоит клятые изобретения сумасшедших людишек.

— Мне тоже не нравится, — поддакнул Марк и направился вниз по улице.

До Изумрудной заводи он бы с радостью прогулялся пешком и проветрил голову, но в его состоянии это было опасно для ни в чём не повинных людей, спешащих по своим делам. Усмирить силу вышло с трудом — сказывалась злость на отца, фактически искалечившего ему жизнь. Да и ощущение чего-то недоброго, связанного с не менее колоритной маменькой, спокойствия не прибавляло.

На этот раз из окон уже знакомого дома не валило никакого зеленого дыма, что, несомненно, радовало и вместе с тем внушало опасения. Ему хватило нескольких минут общения с Зейрой, чтобы понять — без выкрутасов разного рода та обходится крайне редко. Подобная тяга к приключениям на свою задницу отличала всех шафрийцев, славившихся горячей кровью и страстной натурой. Неудивительно, что благообразный, хотя бы с виду, Альфард Эйнтхартен в свое время крепко запал на одну из отвязных шафрийских девиц.

Пришлось подождать с минуту, прежде чем дверь открылась, явив взору Зейру Яллес собственной персоной. Одетую в домашнее платье и весьма грозную, учитывая здоровенную чугунную сковородку в руках и не менее внушительный синяк на скуле, медленно заживающий прямо на глазах. Судя по легкому запаху алкоголя, утро у соседки Киары началось весело.

— А-а, мальчик-красавчик, ты вовремя! — при виде него Зейра сменила гнев на милость. — Я-то думала, опять эта грымза Неида притащилась за арендной платой на неделю раньше. — Жестом она пригласила его войти и тут же скрылась в холле. — Бусик, спрячь когти, забой парного мяса на обед отменяется! Элси, детка, твой бывший пришел!

— Это который? У меня их много! — послышался знакомый веселый голос, и Марк мысленно застонал — Элси он хоть и любил, но с ужасом представлял, какой допрос ему сейчас придется пережить. Особенно после нескольких бокалов денмарского — любимого пойла младшей Фейергольт.

Ответить ей Зейра не успела — Элси сама вышла в коридор. И в следующий миг уже стиснула в объятьях с удивительной для её хрупкого телосложения силой.

— Солнце мое, я так скучала! Куда ты пропал? О, и Генри здесь! Иди ко мне, мой хороший!

В жизни Генри существовали только две женщины, которых он любил. Данка, всякий раз оставляющая ему лучший кусочек мяса. И Элси, обладающая какой-то редкой магией очарования, действующей на всех мужчин, независимо от их видовой принадлежности. Вот и сейчас, стоило ей наклониться, пес упал на спину и начал поскуливать от того, что ему почесывают пузо. К несчастью для Марка, длилось это недолго — вскоре Элси подняла голову и вдруг подозрительно оглядела его с ног до головы. Поднялась и, устроив тонкие руки на его плечах, заставила повернуться кругом. И выдала деловито:

— Так и знала, что тебе пойдет темная ипостась! — Откуда она вообще пронюхала, что он стал темным, Марк уточнять не стал — Элси всегда узнавала интересные новости одной из первых. — Осталось сменить гардероб, и тогда все горячие девчонки Иленгарда твои!

— У него уже есть — горячее некуда, — хохотнула Зейра. — Так, нечего тут в коридоре рассиживаться, у нас винишко стынет!

И они, одновременно схватив Марка за руки, потащили его на кухню.

— Эм-м, я как бы по делу… — попытался возразить Марк, но куда там — справиться с одной-то Элси сложно, а уж здесь…

Сумасшедшие девицы усадили его на стул и всучили в руку объемистый бокал с вином. Марк принюхался — и впрямь денмарское, одно из самых дорогих, судя по редкому лиловому цвету. Наверняка подарок раджа Амара — торговца шафрийскими шелками и давнего поклонника Элси, вот уж года два уговаривающего её пойти к нему в жены. Рыжие девчонки — редкость на юге.

— Успеется с делами! — Элси уселась напротив и нетерпеливо повела обнаженными плечами. — Лучше расскажи, что у тебя с нашей пташкой. И вообще всё рассказывай, не то умру от любопытства!

— И прекрати пялиться в чужие декольте, а то всё Киаре расскажу! — пригрозила Зейра, плюхаясь на стул рядом. — А она у нас жутко мстительная и кошмарно ревнивая. То ещё сочетаньице, знаешь ли!

Марк тотчас же отвел взгляд — он и впрямь засмотрелся на умопомрачительный вырез платья Элси. Никаких чувств, кроме братских, он к ней давно не испытывал, но нельзя не признать, что Элси — одна из самых горячих штучек в столице. Пришлось тряхнуть головой, напоминая себе, что дома его ждет ещё более горячая блондинка, и любоваться ею можно без всяких платьев.

Рассказывать ничего не хотелось — он и без упоминаний о случившемся чувствовал постоянную ярость и то, как беснуется внутри магия. Надоело. Не добавлял спокойствия и разговор с Альфардом. Пришлось сжать кулак, гася мигом вспыхнувшие искры на пальцах, но Элси всё равно заметила и посерьезнела.

— Выкладывай, Марки, что творится в этом вертепе.

Деваться некуда — тяжело вздохнув, Марк с неохотой принялся пересказывать всё, что случилось за последние дни. Некоторые подробности, разумеется, опускал — ни к чему им знать, как сильно бывший светлый маг Маркус Эйнтхартен желает смерти некоторым личностям. Элси непривычно хмурилась, Зейра то и дело подливала всем вина, а расположившийся у ног Генри мрачно поглядывал на всех троих. Его эта душещипательная история тоже ничуть не радовала.

— Весело, ничего не скажешь, — заключила Зейра и вдруг заорала так, что Марк вздрогнул: — Бусик, счастье мое, прекращай дуться, это всего лишь собака!

Бусик был откровенно оскорблен присутствием в доме «всего лишь собаки». В ответ на все попытки его обнюхать он отмахивался массивной лапой и грозно топорщил шерсть на загривке. Генри такой прием не сильно смущал — за обширной тушей кота скрывались не менее обширные миски с едой, которые тот явно охранял от посягательств нежеланных гостей.

В том, что гости они нежеланные, сложно было усомниться — если на Генри кот глядел с брезгливым недоумением, то его хозяина явно примеривался сожрать вместо обеда. Вельможный господин Энобус даже оставил свой пост, чтобы гневно пошипеть и «закопать» ноги Марка — как если бы тот был кучкой дерьма в лотке с песочком. Долго, правда, эта пантомима не продлилась — Генри добрался-таки до кошачьих мисок, и Бусик, гневно вздыбив хвост, побежал восстанавливать границы.