Дочь священной Эриан

Глава 4. Там возрождается Владычица природы

Митрандир. Он словно глоток свежего воздуха в этих затхлых пещерах. Я перевернулась на бок, столкнув с себя оглушенного гоблина. Гиллиан, лежа чуть поодаль, приподнялся на локтях, жмурясь и оглядываясь по сторонам.

— Поднимайтесь! — Голос волшебника грохотал. — Берите своё оружие и сражайтесь! В бой!

Слова мага оживили, возвратили силы. Гномы встрепенулись, похватали мечи и кувалды. Гиллиан, дотянувшись до своего меча, рывком снес голову гоблина, восседавшего над ним. Стиснув зубы от боли, я подтянулась вперед, стараясь отыскать своё орудие, и, наконец вызволив его из-под груды сабель и дубинок, победоносно ухмыльнулась. По телу прошлась волна жара, разгоняя по венам бурлящую кровь. Страх уступил место ярости, и с отчаянным криком я окунулась в бойню.

Глубокие, бездонные пещеры, уходящие далеко в недры земли, наполнились предсмертными воплями и жутким, леденящим кожу звоном металла. Эллон грациозно и беспощадно разил врагов одного за другим.

Несмотря на ушиб, я вела бой, покуда колчан не опустел. Все внутренности скрутило в один тугой узел. Обезоруженной, мне ничего не оставалось, кроме как броситься за помощью к Гиллиану. Заметив меня, эльф резко пригнулся вниз, оттолкнув от себя что-то тяжелое и звенящее — мои клинки! Схватив их, я вновь бросилась в атаку, крепко сжав резные рукояти. Гоблины бросались отовсюду, визжали, ревели и рычали, как дикие, взбешенные звери. Мои глаза поймали Короля Гоблинов, что безжалостно размахивал своим гигантским жезлом. Он занёс оружие над головой Дубощита, гневно рыча, но сын Траина отпарировал удар гоблина и отбросил его в сторону. Король попятился назад, продолжая размахивать своим орудием, но, стараясь ухватиться за что-либо, наступил на гнилую доску и канул в бездну.

Вокруг царил всепоглощающий хаос. Тело слабело, усталость забирала последние силы. Нужно бежать.

Без оглядки и со всех ног!

— За мной! Быстро! — велел Митрандир. Гиллиан протянул мне руку, и мы бросились вслед за магом.

***

Выбравшись наружу, я сделала глубокий вдох, отчего нос наполнился освежающим запахом хвои; теплый ветер обдал лицо, убаюкивая. Ужас, окутывающий меня, не дал и понять, как мы сбежали вниз по склону, оказавшись на небольшой поляне. Малиновый, с оттенками оранжевого, закат догорал на небесах. Я прислонилась к стволу сосны и, упершись руками в колени, опустила голову. Я не могла надышаться!

— Пять, шесть, семь… восемь. Бифур, Бофур… десять… Фили, Кили! Двенадцать. И, конечно, Бомбур. Тринадцать, — прокряхтел Гендальф. — А где Бильбо? Где наш хоббит?.. Где наш хоббит?! — он встревожился. Сердце кольнуло, стоило лишь подумать, что Бильбо остался там, во власти ужаса или чего хуже, погиб.

— Чтоб этого полурослика! Он что, потерялся?!

— Я думал, что он с Дори!

— Я тут ни при чем!

— Когда вы видели его в последний раз? — Волшебник терял терпение.

— Кажется, он ускользнул, когда нас схватили!

— Что именно там произошло? Говорите! — гневался он, и взгляд его бегал по сторонам, отчаянно выискивая полурослика.

— Я скажу, что произошло, — не упустил возможности Торин. — Мистер Бэггинс воспользовался своим шансом. С самого начала похода он думал лишь о мягкой постели и тёплом очаге. Мы больше не увидим нашего хоббита. Он уже далеко.

Злоба охватила меня.

— Ты глубоко ошибаешься, — прокашлявшись и отбросив гнев, начала я спокойно. — Бильбо не настолько бесчестен, чтобы бросить товарищей в беде.

Гендальф охнул.

— Эрианэль! А ты откуда?! — икнул старик.

— Эй, я здесь! — вскричал хоббит откуда-то из-за деревьев. Как камень с души… — Я вас еле догнал! — Его голос трепетал.

Лицо мага украсила безмерно счастливая улыбка, от чего искрящиеся добротой глаза скрылись за морщинами. Позабыв обо мне, он облегченно вздохнул.

— Бильбо Бэггинс! Я никому в жизни так не радовался! — рассмеялся чародей.

— Мы уж простились с тобой, — махнул рукой Кили.

Торин сдержался, чтобы презрительно не фыркнуть.

— Как ты проскочил мимо гоблинов? — удивился Фили.

— И правда, как? — прищурился Двалин.

— Да какая разница! — усмехнулся Гиллиан. — Главное — он вернулся!

— Гиллиан, и ты здесь?! — Глаза мага полезли на лоб, на что эллон лишь помахал ему ладошкой.

— Нет, это важно. Я хочу знать. Зачем ты вернулся? — перебил Дубощит.

— Он и не сбегал, — шепнул Гиллиан, но Дубощит не придал этому значения. Он смерил хоббита надменным, полным недовольства взглядом, на что Бильбо понимающе закивал:

— Ты сомневаешься во мне. Я знаю, всегда сомневался. — Хоббит, расправив свой пиджачок, подбоченился. — Ты прав: я часто вспоминаю дом, скучаю по книгам, по моему креслу и саду. Да, моё место там, это мой дом. — Он выдержал короткую паузу. — Поэтому я вернулся, ведь… у вас его нет — дома. Его отняли у вас. И я помогу вам его вернуть!

Все вокруг стихло. Слышен был лишь вой ветра и шелест листвы. Губы предводителя гномов дрогнули, едва не растянувшись в улыбке. Кто-то не сдержался и шмыгнул носом. Казалось, воздух наполнился этим дивным чувством облегчения, словно все вокруг вмиг наладилось и встало на свои места. Дубощит открыл было рот, чтобы что-то ответить, как вдруг вдалеке раздался протяжный вой. Я замерла в оцепенении, чувствуя, как содрогается земля от приближающегося топота, слыша отрывистый животный рык.

Азог Осквернитель явился по первому приглашению… Ему явно не хотелось упустить свои трофеи.

— Как вовремя-то! — простонал эллон, откинув голову назад.

— Ну вот из огня… — начал Дубощит.

— Да сразу в полымя! — закончил Митрандир. — Бежим!

Не медля, мы бросились на утёк. Я мчалась со всех ног, давно позабыв про больное бедро. Закат сменился сумерками, скрыв от нас дорогу, но быстро воссиявшая луна осветила путь. Грозное рычание зверей раздавалось прямо за спиной.

Вдруг над головой промелькнула черная тень и приземлилась в нескольких метрах от меня. Хищник, тощий и ободранный, взревел, глядя свирепым, изголодавшимся взглядом, и бросился вперёд, разинув пасть. У меня будто отказали все конечности разом — я не сумела дотянуться до клинков и вжалась спиной в булыжник, пораженная ядовитым страхом. Не в силах даже закрыть глаза, я с ужасом взирала на приближающегося варга, как вдруг стрела с треском пронзила череп твари, готовой вот-вот вонзить свои клыки в мою глотку; зверь пал рядом со мной.