Дочь Великого дракона – полукровка?! Перерождение попаданки

Глава 7. Прощание

Тот ожог, что я оставила на щеке Хризес, стал точкой отсчёта новой реальности. После нашей первой и последней встречи в тёмном коридоре, Хризес исчезла из замка. Говорили, отец отправил её к дальним родственникам матери — «зализывать раны и получать должное воспитание».

Архион, узнав, что его «недо-дочка» изуродовала лицо его единственной, по его мнению, дочери, пришёл в ярость, сравнимую разве что с днём моего рождения. Меня ждала страшная расправа, если бы не Корвус...Он встал на мою защиту. Я показала, что могу колдовать, могу создавать огонь как и другие драконы, и ожог на лице моей “сестры” был тому доказательство. Полукровки не способны к магии. Этот факт и причину моей внезапно проявившейся силы обсуждали около трёх часов в тронном зале, пока я стояла в центре конфликта, с кандалами на руках. Они впивались в запястья, но физическая боль меркла перед леденящим душу страхом.

Компромисс, на который пошёл Архион, оказался хуже любой немедленной расправы. Корвуса отстранили от моей подготовки. Его место занял безликий дракон, чьей единственной задачей было следить, чтобы я не покидала своей комнаты. Библиотека, прогулки, уроки — всё это осталось в прошлом. Даже Лиру заменили на немую служанку, приносящую еду и убирающую помещение, не встречаясь со мной глазами.

Долгие годы я провела в тех же четырёх стенах, что и в детстве, но теперь в полном одиночестве. Часто скучала по Корвусу, даже по вечно недовольной Лире. По прогулкам в замке, редким встречам со сверстниками, возможности хоть с кем-то поговорить. Теперь единственным собеседником была тишина и шелест книжных страниц.Тишина въедалась в кости, мозг, вытесняя всё остальное. Ту жизнерадостную попаданку, что когда-то строила планы, боролась и иронизировала над своей судьбой, она методично стирала.

В тринадцать лет отчаяние достигло дна. Я сидела на холодном каменном полу, глядя на свои руки, и понимала, что больше не могу. Не могу дышать этим воздухом, не могу терпеть эту тишину, не могу быть этим “ничем”. И тогда не из ярости, не из ненависти, а из последнего, оголённого желания просто чувствовать что-то, кроме пустоты, на моём пальце вспыхнул огонёк. Маленький, размером со светлячка. Мой. Единственное, что в этом мире принадлежало только мне.

Годы текли, и моё восемнадцатилетие — возраст инициации — неумолимо приближалось. Возраст, когда меня, наконец, вышвырнут отсюда.

«Выкинут на край империи? Прекрасно. Лишь бы подальше от этих стен, от этой тишины. Это место похоронило мою обретённую жизнерадостность, надежду на друзей, желание начать всё сначала, быть лучше… К чёрту».

В комнату постучали.

— «Пора»

Перед выходом я посмотрела в зеркало. В отражении на меня смотрела не девочка, готовая покорить новый мир. Лишь чужая женщина с мёртвыми глазами. Лишь холодная, практичная решимость выжить. Любой ценой. Какими угодно способами.

Дверь открылась без скрипа. В проёме стоял незнакомый стражник в полных доспехах. Я бросила последний взгляд на свою каморку. Ничего личного, что стоило бы взять с собой. Ни игрушек, ни безделушек. Лишь несколько потрёпанных книг, которые Корвус успел подарить мне до моего заточения. Я не взяла и их. Пусть это место останется здесь, вместе с призраком той девочки, которой я когда-то была.

Коридоры замка промелькнули, как размытый кадр. Я шла, не видя ничего вокруг, чувствуя на себе тяжёлые, безразличные взгляды слуг. И вот, высокие ворота, отделявшие замок от внешнего мира. За ними — пронизывающий ветер, свинцовое небо и унылый горный пейзаж. У подножия каменной лестницы стояла неуклюжая, закрытая повозка, запряжённая парой выносливых лошадей. Возница, закутанный в толстый плащ, даже не повернул головы.

Это был мой экипаж. Моя “карета” в новый мир. В Академию Севера — сборище неудачников, отбросов драконьего общества, тех, кто “не подаёт надежд”. Да, мне там самое место…

Я сделала шаг вперёд, готовая уже спуститься по лестнице, как вдруг услышала за спиной шаги, звук деревянного посоха. Оборачиваться не хотелось. Боялась, что это лишь игра воображения.

— «Дитя пепла».

Голос Корвуса был таким же сухим и колким, как и тогда. Я медленно повернулась. Он стоял в нескольких шагах, его жёлтые глаза пристально изучали моё лицо.

— «Я думала, ты не придёшь», — Мой голос прозвучал хрипло, тихо. Из-за необходимости говорить он потерял всякую силу.

— «Справедливо. Но я не мог не попрощаться с моей ученицей. Академия Севера — не курорт. Там тебе понадобится любое преимущество».

Не успев задать вопроса, я увидела, как он медленно, почти церемониально протягивает мне свой посох. Тот самый, из чёрного дерева. Я замерла, не в силах пошевелиться.

— «Я не могу...» — начала я, но он резко качнул головой, прерывая меня.

— «Можешь. И должна».

Корвус сделал шаг вперёд и вложил посох мне в руки. Дерево было на удивление тёплым, почти живым.

— «Почему? — Мой голос был шёпотом, который наполнялся тихой яростью. — После всех этих лет... почему сейчас? Почему не навестил меня? Почему оставил в одиночестве?»

Эти вопросы были риторическими. Я уже знала, как ответит наставник: “Так приказал Архион”. Но не задать их я не могла. Они жгли горло, вырываясь один за другим.

Как я и предположила, наставник ответил не сразу.

— «Приказ Владыки был…категоричным».

Я сжала древко так, что костяшки пальцев побелели. Хотелось многое сказать, о многом спросить, но времени не было... Десять лет одиночества, десять лет тишины — всё это сжалось в один комок в горле. И прежде чем разум успел остановить тело, я сделала шаг вперёд и обняла его.

Корвус замер. Он не отстранился, но и не ответил на объятие. Его костлявые плечи под тонкой тканью мантии казались обманчиво хрупкими.

— «Спасибо, — прошептала я в складки его одежды. — За всё. За книги. За уроки. За ту искру интереса, что когда-то дала мне понять, что я не совсем бесполезна»..

Он медленно, почти неловко, поднял руку и на мгновение коснулся моей спины. Жест был таким же редким и ценным, как солнечный луч в северном крыле.