Дочь Великого дракона – полукровка?! Перерождение попаданки

Глава 12. Испытание

Списки были оглашены. Имена, факультеты, курсы. Когда прозвучало моё имя в одной связке с тремя другими, я мысленно приготовилась ко всему. Но реальность превзошла все мои самые сюрреалистичные ожидания.

Подойдя к указанному месту сбора, я окинула взглядом свою новую, временную “команду”.
Передо мной, теребя край своего потрёпанного плаща, стоял худощавый второкурсник с волосами цвета пыли и рогами, больше похожими на недоразвитые шишки. Его взгляд нервно метался по сторонам.

Чуть поодаль, прислонившись к стене с видом человека, случайно забредшего на скучнейшую вечеринку, стояла девушка-четверокурсница. Её плащ был безупречно скроен, волосы отливали холодным серебром. Внимание девушки было целиком поглощено рассматриванием собственных ногтей. Она методично проверяла безупречный маникюр, абсолютно игнорируя происходящее вокруг.
И завершало это сборище мускулистый дракон-третьекурсник, чьи рога напоминали скрученные канаты, а плечи — гранитные валуны. Он, судя по всему, только что услышал самую смешную шутку в своей жизни и теперь хохотал, сотрясая воздух раскатистым гулом. Я медленно перевела взгляд с заикающегося ботаника на отстранённую модницу и закончила на хохочущей скале. В голове саркастично пронеслось: «Команда мечты…Просто сказочные драконы»
— «Отлично», — тихо прошептала я себе под нос, чувствуя, наступающее разочарование. — «Похоже, это испытание начнётся с проверки на прочность моего чувства юмора. И терпения. В основном терпения».

Команде предстояло в бескрайних тоннелях этой пещеры найти сорок спрятанных предметов. Та, чья команда справится первой, выиграет. Что за приз — пока держали в секрете, что лишь подогревало азарт. Предметы были разбросаны по разветвлённой сети ходов, уходящих и вверх, и вниз, и вглубь горы.

Формально умом команды должен был быть четверокурсник, но, бросив взгляд на свою спутницу, всецело поглощённую состоянием своего маникюра, я позволила себе усомниться в этой логике.
— «Итак...», — кашлянула я, привлекая внимание троицы. Хохотун тут же разразился новым раскатом смеха, будто моя попытка взять инициативу была верхом комедии. Ботаник вздрогнул, а четверокурсница, не отрываясь от ногтей, лишь брезгливо подняла бровь.
— «Послушайте, — начала я, стараясь звучать максимально нейтрально. — Для меня это первое испытание. Я была бы рада работать сообща, чтобы у всех всё получилось».
Четверокурсница медленно, с театральным безразличием, пожала плечами, давая понять, что её мнение на этот счёт менялось не сильно.
А вот двое юношей отреагировали. Ботаник, краснея, пролепетал:
— «Э-элвин. Второй курс, Сеть изобилия. Рад... э-э... познакомиться».
Хохотун, широко ухмыляясь, шагнул вперёд и с такой силой хлопнул себя по груди, что эхо разнеслось по пещере.
— «А я Грон! Третий курс, Факел гнева! Будет весело, малышка!»
Я кивнула, мысленно отмечая, что у нас хотя бы есть специалист по растениям и живая груда мышц. С четвёртым членом команды, похоже, придётся разбираться по ходу дела…

Мы устремились вглубь пещер. Рядом проносились такие же команды: кто-то бежал воодушевлённо, с криками и смехом, кто-то плёлся с видом мучеников, покорно принимающих свою судьбу.
Первая загадка оказалась простой.
«То, что не имеет веса, но может удержать дракона. То, что нельзя увидеть, но без чего нельзя жить».
Пока Грон выдавал свои «гениальные» догадки, а Элвин заикался над какими-то сложными формулами, мне пришлось взять инициативу в свои руки. Я перебрала парочку ответов, и на слове “воздух” на карте появилась новая метка

По мере того как мы двигались дальше в сырую, сгущающуюся темноту, напряжение в нашей причудливой команде начало нарастать, становясь почти осязаемым.
Грон, казалось, вообще не понимал слова «осторожность». Он шёл впереди, громко топая и периодически оглушительно хохоча без видимой причины, и каждый раз я вздрагивала, ожидая обвала.
Элвин, напротив, был воплощением парализующей нервозности. Он прыгал от каждого шороха, капли воды, упавшей со сталактита, и даже от собственной тени. Его постоянные бормотания и вздрагивания действовали на нервы сильнее, чем грохот Грона. Я шла между ними, сжимая в потной ладони посох Корвуса и чувствуя, как узел раздражения и отчаяния затягивается у меня в груди всё туже. Мы прошли всего один поворот, а уже казалось, что мы бредём часами. А до конца испытания было ещё так далеко…

Где-то вдали, за изгибом туннеля, послышалась чья-то гневная ругань, почти сразу перешедшая в крики. Мы замерли, прислушиваясь, но было уже поздно — в нашу сторону по узкому проходу с грохотом понеслись несколько драконов.
— «Держи их!» — кто-то крикнул им вслед, но те уже скрылись в темноте бокового ответвления.
Когда эхо шагов затихло, а пыль осела, мы осторожно переглянулись. Грон, забыв на секунду про смех, смотрел в ту сторону, куда умчались грабители, с редким для него недоумением.
— «Ч-что это было?» — прошептал Элвин, дрожащим голосом.
Из темноты позади нас появилась запыхавшаяся группа студентов. Один из них, с разорванным плащом и гневно горящими глазами, выдохнул:
— «Предметы... Они отняли наши предметы и припасы!»
В этот миг я вспомнила инструктаж, сухие слова наставника: «...не использовать разрушительную магию, способную повредить своды пещер...» Ни слова о запрете на воровство. Ни намёка на то, что команды не могут “перераспределять” ресурсы между собой.
Это было не нарушением. И это значит многие группы выберут не искать предметы, а отбирать у тех, кто их получил.

Группа студентов, махнув на нас рукой, в порыве отчаяния и ярости, ринулась вслед за ворами, надеясь хотя бы наудачу их настичь. Мы же, после короткого молчаливого совещания взглядами, двинулись вперёд — медленнее, осторожнее, прислушиваясь к каждому шороху.
Вскоре дошли до места, отмеченного на карте крестиком. Здесь туннель расширялся, образуя небольшой грот. Вместо свитка с загадкой или ларца с предметом, в центре на грубом каменном полу был высечен сложный узор — матрица из переплетающихся рун. Они мерцали тусклым синим светом, словно ожидая активации.