Дочь Великого дракона – полукровка?! Перерождение попаданки

Глава 15. Отдых

Здоровое крыло мощно взмахнуло, а вот повреждённое — дёрнулось, изогнулось и беспомощно захлопало, не в силах создать достаточную подъёмную силу. Алозар не полетел — он камнем рухнул вниз, в сторону долины. Сердце ушло в пятки. Но спустя долгие, мучительные секунды, алое тело дёрнулось в судорожном усилии. Ему удалось выровняться. Не изящно, не грациозно, но он полетел.

Полёт был тяжёлым и неуверенным, больше похожим на борьбу с гравитацией. Он кружил медленно, его рубиновые глаза, должно быть, впивались в местность в поисках знакомых очертаний академии.
Алозар издал рёв, низкий и протяжный. Звук, сотрясающий воздух, эхом покатился по горам.

С запозданием, из-за дальнего горного хребта донёсся ответ. Такой же мощный драконий рык. Алозар, словно выпустив из груди последнее напряжение, издал короткий, уже более слабый звук и начал снижаться. Его посадка была не лучше взлёта. Дракон тяжело осел на заснеженный склон, подняв облако искрящихся снежинок. Его тело снова начало меняться, теряя грозную форму. Через несколько секунд на снегу лежал уже бледный юноша со взъерошенными красными волосами. Он не двигался.

Я сорвалась с места, забыв про усталость. Спустилась вниз по склону, проваливаясь в сугробы по колено. Добежав до цели, я рухнула на колени рядом с его неподвижной фигурой. Лицо Алозара было как снег, а губы с синеватым оттенком.

— «Алозар! — мой голос прозвучал хрипло и неестественно громко в горной тишине. — Эй, ты меня слышишь?»

Я судорожно схватила его за плечо, встряхнула. Тело дракона было тяжёлым и безвольным. В голове пронеслись обрывки мыслей о пережитом в пещере: язвительные насмешки в туннелях, железная хватка, не давшая мне сорваться в бездну, тихий рассказ о сестре.

— «Ну же, — мой голос сорвался на крик. — Ты, колючка... После всего... умирать сейчас? Серьёзно?»

Его веки дрогнули. Губы шевельнулись, выдыхая чуть слышно:
— «За-...»

Я резко наклонилась ниже, почти касаясь его лица, стараясь разобрать хриплый шёпот.
— «За-...пусти… Поток огня... в воздух…»

Кивнув, больше себе, чем ему, я подняла руки и, не давая страху или сомнениям ни единого шанса, выпустила в небо узкий, сконцентрированный поток синего пламени. Он бил вверх, как копьё, пронзая холодный воздух. Сначала всё было хорошо. Пламя послушно вырывалось из ладоней, стабильное и яркое, но уже через несколько секунд руки задрожали. Голова заболела. Огонь дрогнул, стал менее плотным, ярким. Я стиснула зубы, впиваясь взглядом в небо, пытаясь силой воли удержать ускользающую энергию. Но тело, доведённое до предела, больше не слушалось.

Ещё секунда, две... и луч погас, оставив в воздухе лишь струйку дыма и горькое послевкусие пустоты. Руки бессильно упали на снег. Из моей груди вырвалось короткое облачко пара. Мир поплыл перед глазами. Сквозь нарастающий гул в ушах, я услышала отчётливый, мощный, стремительно приближающийся звук драконьих крыльев. Чудился живой голос, полный тревоги и силы. Последним, что я почувствовала, прежде чем сознание окончательно покинуло меня, была жёсткая ткань куртки Алозара, в которую я обессиленно рухнула лицом…

Я погрузилась во тьму, но не безмолвную, а наполненную голосами. Двумя очень недовольными голосами, что терзали моё сознание.

«Ты должна была контролировать себя. Сила дана для того, чтобы служить дракону, а не наоборот. Будешь отрицать, что ты теряешь себя? Ещё немного — и безумный хохот будет твоим вечным спутником».

Первый голос был холодным, как сталь. Как честь. Как долг. В ответ, низким, обволакивающим шёпотом, слышался другой, более сладкий, манящий. Тот самый, что звучал, когда я теряла контроль над огнём…

«Не слушай эту ханжу...Он боится. Они все боятся. Ты должна не контролировать, а... развивать. Эта мощь — великий дар. Ты можешь стать сильнее, чем все. Не бойся своего огня, стань ночным кошмаром для твоих врагов...»

«Врагов? — первый голос прозвучал с язвительным недоумением, — Каких ещё врагов, Зола? Очнись. Ты ведь понимаешь, куда ведёт путь ненависти. В никуда. Он сжигает изнутри, оставляя лишь пепел вместо души. Стань сильнее, но не для того, чтобы что-то кому-то доказать, а для того, чтобы защитить. Впереди целая жизнь, которую можно наполнить друзьями, покоем и счастьем».

«Хах! — ядовитый хохот прорезал нарастающее спокойствие, — Счастьем? Ты всё ещё веришь в эти сказки? Вспомни, глупышка! Ты должна наказать твоего так называемого "отца"! Вспомни ту, что зовётся твоей “сестрой”, которая, к нашему сожалению, ещё не сдохла и наверняка строит козни! Отринь жалкую мораль. Выбрось стыд и совесть — они лишь цепи на твоих запястьях. Избавься от всего лишнего... Тебе не нужны "друзья". Ты всегда была одна как в прошлой жизни, так и сейчас».

Мне надоели эти голоса. Надоела эта бесконечная борьба, этот внутренний раздор, разрывающий меня на части. Усилием воли, рождённым из глубочайшей усталости, я заставила их замолчать. Холодная сталь долга и сладкий яд мести растворились в пустоте, как и их аргументы, страхи, советы…

Тишина, что наступила вслед, была почти целительной. Я почувствовала, что, наконец, могу открыть глаза. Перед взором предстал потолок. Высокий, каменный, знакомый. Я лежала на узкой кровати в просторном помещении. Воздух пах травами. Рядом в ряд стояли ещё койки. Много, очень много коек...На них лежали студенты. Десятки. Возможно, сотни драконов в совсем неважном состоянии. Целителей нервно перемещались по помещению. Я быстро поняла, что оказалась в лазарете академии, и попыталась приподняться на локтях, но тело отозвалось тяжёлой, свинцовой слабостью.
К моей койке приблизилась одна из целительниц.

— «Ты пришла в себя, — констатировала она, на мгновение положив прохладную ладонь мне на лоб — Не пытайся резко двигаться. У тебя истощение и лёгкое обморожение…не считая синяков и ран. Скоро принесут еду, тёплый суп. Постарайся поесть и поспать.»

— «Что… что произошло? — прошептала я слабым, чуждым мне голосом. — В пещерах… откуда эти монстры? Сколько ещё пострадало?»