"Дочь Хранителя". Часть 1: "Исповедь Альдис".

Глава 19.

-1-

Галида, приехав в поместье, меня удивила. Обычно мы ладили с ней, но она в этот день оказалась не в духе. Сказав две-три фразы сквозь зубы, она удалилась к себе.

— Что такое с Галидой? — спросила я. — Очень устала в дороге?

— Она тебе скажет сама. И чем позже, тем лучше, — ответил Гратур.

Объяснение вышло простым и жестоким.

— Я знала, что ты ему вовсе не пара, — надменно сказала Галида. —  Он — умный, красивый, воспитанный, а ты — простая деревенская девка, хотя и богатая. Если бы только не деньги! Ты очень умело поссорила Стентона с Ров, понимая, что если они разойдутся, то Стентону все же придется взять в жены тебя. А они так любили друг друга! Так долго мечтали о свадьбе! Я так сожалею об этой размолвке, сломавшей две жизни...

— Не поздно ли? — с легкой насмешкой спросила я. — И вы так честно клялись, что я вам как родная дочь. Так где же правда?

— А я и старалась тебя полюбить! Я надеялась, что ты хорошая девушка, хоть и дурно воспитана. Но я ошиблась. Свинья не оценит щербета, природа возьмет свое!  

Дальше Галида сказала все, что она думает о моей внешности и моем вкусе, о грубых манерах, о странной родне. (Поначалу я думала, что она что-то узнала о Норте, однако слова относились к Инджильду, который, имея огромные связи, решил жить “в глуши”.)

— Хорошо еще, что ты не слишком рвалась на приемы, и нам не пришлось краснеть! — гордо сказала она на прощание.

— Галида — мать. Пока ты помогала ее сыну быть наверху, она честно любила тебя. Поняв, что ты мешаешь его продвижению — возненавидела, — сказал мне Гратур.

— Ну что ж... Если ей так удобно, пусть думает, что я последняя дрянь, — равнодушно ответила я. — Лишь бы только она не внушала моим сыновьям эти мысли.

— Галида — не лучшая бабушка. Вряд ли она будет нянчиться с внуками. А вот сплетни она разнесет, — усмехнулся Гратур.

— Пусть разносит. Соседи меня знают с детства, они не поверят, — ответила я, но мне было невесело.

“Стентон и Ров? Быть не может! Мы были всегда вместе, если бы там что-то было, то я бы заметила. Галида просто придумала эту историю, чтобы позлить меня,” — думала я, а в душе оставался какой-то противный осадок.

— Гратур, мне нужно повидать одну женщину. Мы с ней когда-то были очень дружны, но потом потеряли друг друга, — сказала я. — Я хочу съездить к ней.

— И ты желаешь, чтобы я проводил тебя?

— Нет, не желаю. Ведь мы с ней не виделись несколько лет и присутствие третьего...

— Вам помешает?

— Вот именно.

— Жаль, но придется смириться. Ведь Око не может покинуть свою подопечную, — с легкой насмешкой сказал Гратур. — Или ты предпочтешь взять Галиду?

— Не думала, что ты так рьяно начнешь исполнять “долг”, — с досадой ответила я. — Я считала, что это — пустая формальность!

Гратур мне ничего не ответил, однако в назначенный день он поехал в замок Вальдона, где жили Бефар и Ровена. Мне это совсем не понравилось. Я промолчала весь путь, но он словно не видел моей неприязни. По счастью, Гратур, познакомившись со всем семейством, оставил нас с Ров, предпочтя болтовне двух подруг разговоры с Бефаром о местной охоте.

-2-

Ровена была рада мне.

— Я скучала! Мне не хватало тебя, — повторяла она.

Было видно, что ей одиноко здесь.

— Бефар — хороший муж. Добрый, заботливый, любящий... Только уж слишком простой. Ему трудно понять, что есть что-то помимо хозяйства, пирушек, охоты. А я скучаю по Гокстеду, мне не хватает подруг. Наши праздники кажутся грубыми после того, что я видела. Но я не жалуюсь. Мне не хватило отваги устроить свою жизнь так, как я хотела. Я слишком боялась молвы, — улыбаясь, сказала она.

— Ты боялась молвы? — повторила я. — Но почему? Что такого могли про тебя рассказать?

— Про меня — ничего. Но тогда я была так глупа, что считала: малейшая сплетня о будущем муже пятнает мою честь. К тому же, узнав, в чем его обвиняют, я очень обиделась. А ты смогла одолеть эту глупую гордость, и счастливо жить.

— Ров, о чем ты? — спросила я, вдруг ощутив холодок.

— Я? О Стентоне. Но ты не бойся, я тебя не виню. Я действительно рада за вас.

— Ты любила его?

— Я была влюблена, мне казалось, что чувство взаимно. Когда мы приехали в Гокстед, он сразу же начал ухаживать: слал мне записки, цветы (я тебе говорила, что это моя тетя ставит букеты, желая, чтобы в комнате было красиво.) А потом как-то раз, когда мы с ним гуляли, он начал меня целовать, а потом попросил выйти замуж.

— И ты тогда мне ничего не сказала?

— Да. Стентон просил, чтобы это была наша тайна. Он видел, что ты увлеклась им, но он не хотел ссорить нас. А потом разразился скандал, и я очень обиделась, что он, говоря о любви, смел пойти к этой девке. Когда я уехала, Стентон писал мне, но я порвала его письма.

— Не может быть! Он ведь тогда уже сделал мне предложение...

— С горя... А я не смогла простить и вышла замуж за Бефара. После, немного опомнившись, я пожалела, однако уже было поздно хоть что-то менять. Я была даже рада, что он из всех девушек выбрал тебя, Альдис.

 — А я не рада.  Знай я тогда правду, сейчас я была бы счастливее, — тихо ответила я. 

— Но ты с тем, кого любишь. И вы не расстанетесь!

— Уже расстались, — ответила я.

Изумленно взглянув на меня, Ров спросила:

— Но как? Почему?

Я сказала ей все. Но рассказ Ров не слишком понравился.

— Очень похоже на сказки, которые так любил Рэндалл, твой друг детства. Альдис, а ты ничего не придумала?

— Разве такое придумаешь?

— Даже не знаю... Мне очень жаль Стентона.

— Да? А меня? Меня не жаль? — вдруг вспылила я.

— Знаешь, в тебе что-то есть... Что-то странное... И оно было всегда. Как-то раз я ходила к гадалке. Она мне сказала, что все, что случается с нами, мы сами к себе привлекаем. И я верю ей. То, что было с тобой, не смогло бы случиться со мной или с кем-то другим!