"Дочь Хранителя". Часть 1: "Исповедь Альдис".

Глава 25.

-1-

Мы успели спокойно обсудить основные моменты предполагаемой сделки, когда вернулась Галида. По шуму, который мы услышали даже в библиотеке, стало понятно: что-то случилось! Но выяснять, что к чему, не хотелось. Гратур взял с полки книгу, решив сделать вид, что читал здесь весь день, а я тихо ушла к себе в комнату, где разложила шитье. Вызвав служанку, я приказала узнать у Галиды и Гратура, где они будут ужинать. Получив ответ, которого и ожидала (каждый велел подать еду в свою комнату), я сказала, что тоже поем у себя.

Утром, за завтраком, свекровь была в плохом настроении. Она откровенно язвила и проклинала "отвратительно-провинциальное общество этой проклятой дыры". Кажется, местные дамы, к которым Галида вчера отправилась, ее не приняли из-за скандала, который разразился вокруг моих драгоценностей. Я молчала, поскольку мне было без разницы, что она думает. Решив бежать, я, неожиданно, стала намного спокойнее воспринимать ее выходки.

Через какое-то время Одли спросила, где Гратур.

 — Альдис, а почему ваш кузен так упорно игнорирует общие трапезы?

 Я лишь пожала плечами.

— Не знаешь? Действительно? Трудно поверить! — мгновенно вцепилась в нежданную тему свекровь. — Мой племянник, вернувшись с войны, постоянно таскается за тобой! Он тебя любит, да?

— Куда больше он любит пьянки с соседями и травлю зайцев, — надменно ответила я ледяным тоном.

Разговор был очень кстати. Пусть думают, что наша дружба закончилась. Так будет лучше для всех. Безопаснее. По тому, как довольно блеснул взгляд Галиды, я сделала вывод, что действую правильно.

-2-

Через несколько дней свекровь вдруг собралась и уехала в Гокстед, не предупредив никого, кроме Одли, которую официально оставила "вместо себя". Я настроилась на скандалы и мелкие пакости. Но, как ни странно, ее компаньонка не стала меня трогать. Мы одновременно решили: чем меньше мы видимся, тем лучше для нас обеих. Сначала Одли, выполняя распоряженье Галиды, пыталась следить за мной, но это дело ей быстро наскучило. Я целый день либо играла с детьми, либо с ними гуляла по саду. Читала... Шила... Разбирала разные  мелочи...

Убедившись, что моя жизнь прилична, однообразна и скучна, Одли вскоре решила заняться своей. До того, как Гратур в очередной раз вернулся от Вальдона, служанка мне рассказала: у Одли появился  поклонник. Иначе как объяснить, что она теперь требует, чтобы горничная содержала в идеальном порядке ее наряды?

— Одли каждый день принимает ванну с лавандовым мылом. А потом, высушив волосы,  требует себе прическу. Красивую! Такую, как носят высокородные. И заставляет себя  наряжать. А когда начинает смеркаться, куда-то уходит! — наивно болтала служанка. — А утром платье испачкано. В смысле, подол платья грязный и мокрый, как будто эта Одли бродила по росе или к речке ходила... Зачем? Не иначе, к мужчине!

Новость мне не понравилась. Неизвестно, с кем Одли встречается, что ему говорит и чем все это кончится. Нравственность и целомудрие дамы меня не тревожили. С этим Галида пусть разбирается. А вот возможность того, что она между делом способна выболтать проходимцу подробности про жизнь поместья, смущала. В то же время открыто ей запретить что-то я не могла. Прямой конфликт был опасен мне так же, как ей. Даже больше.

Вернувшись в поместье, Гратур мне сообщил: Вальдон согласен на сделку. Нам нужно дождаться очередного противостояния Лун, чтобы он оформил бумаги, и дело сделано! Никто не усомнится в законности произошедшего.