Дочери Гнева. Шепот злобы

Глава 2

Первый день в чародемии мне запомнился плохо. Я с ног валилась от усталости, и меня едва хватило, чтобы пройтись по необходимым службам, получить униформу, постельные принадлежности и другие вещи, необходимые в быту. На последнем издыхании я забрела в столовую, чтобы набить прилипший к спине желудок хоть какой-нибудь едой. А после, разомлевшая от сытости, еле доплелась до кровати, заснув раньше, чем голова коснулась подушки.

На рассвете резкие трели будильника вырвали меня из тяжелого сна. Показалось, что я недавно сомкнула глаза, но на самом деле проспала всю ночь. Увидев незнакомый потолок, не сразу сообразила, где оказалась. Он не походил на тот, что был в тюремной камере или в чарошколе. Беленый свежей известью, безликий и чужой, как и комната с окном, выходящим на внутренний двор. Казалось бы, мне предоставили довольно комфортные условия, но в этом жилье не чувствовалось ни капли тепла и уюта. В груде едва уловимой тяжестью заворочались далекие воспоминания о лесе, запахе хвои и дедушке Тихомире.

— Как же я скучаю по тебе, — прошептала еле слышно, мысленно обращаясь к единственному родному человеку в этом мире. — Скучаю по твоим историям и добрым рукам, нашим утренним тренировкам и прогулкам по лесу. По той беззаботной жизни, которой жила до появления боярского сына.

Учебный план в чародемии не сильно отличался от того расписания, к которому я привыкла за последние полгода. Ранний подъем и утренняя разминка, совмещенная с тренировочным комплексом, была обязательной для всех учеников. Я натянула на себя новую спортивную форму, состоящую из туники и свободных брючек, и отправилась на полигон. На территории ориентировалась плохо, но не ошиблась, когда последовала за другими учениками, которые ручейками стекались к главному полигону.

Наставник с нами не церемонился, задав усиленный темп упражнений. Но для меня подобное задание не составило сложностей. Ни в чарошколе, ни даже в тюрьме я не пренебрегала физическими упражнениями, понимая, что они укрепляют тело и тем самым способствуют лучшему контролю над чарами. Вместе со мной занимались десятки других ребят, молчаливых и сосредоточенных. Их решимость чувствовалась в каждом движении и тяжелом выдохе. Смерть подобралась слишком близко, и только дисциплина и сильная воля позволили большинству из присутствующих здесь выжить.

После зарядки последовал обжигающе холодный душ, смывший усталость и подаривший ощущение чистоты и свежести. Затем настал черед завтрака в огромной столовой, где витал гул сотен голосов. Среди множества незнакомых ребят я, к своему удивлению, встретила многих, кто учился в чарошколе. Выходило, что они тоже получили «награду» от князя? Да уж, их единственная заслуга состояла в том, что выжили в смертельном аду. Обидно, что нас с Андреасом приравняли к тем, кто пересидел опасность за крепкими стенами.

Внезапно, в закутке за дальним столом взгляд выхватил знакомые фигуры. Не может быть! Они тоже здесь?

— Ирия! Славен! — Бросилась к ним, ощущая, как в груди разливается тепло. Странно, что на разминке я не заметила ребят. Андреаса сразу высмотрела, но только он уже обзавелся группой поддержки из боярских родов и нарочито на не обращал на меня внимания. — Вы тоже здесь?

— Гаяна? — подруга удивленно подняла на меня потухшие глаза. — А ты как тут оказалась? Нам сказали, что ты в тюрьме.

— Верно, — не стала отрицать и, плюхнувшись рядом со Славеном, продолжила: — Но теперь тоже учусь в чародемии. Как же я рада вас видеть!

— И мы тоже рады, — с грустью кивнул Славен, в глазах которого плескалось что-то болезненное, тягостное.

— Что с вами такое? Что произошло? — мне не понравилось, что друзья упали духом.

— От чарошколы почти ничего не осталось, — поделилась Ирия дрогнувшим голосом. — Многие ученики погибли. Не знаю, каким чудом нам удалось спастись. А вот некоторые даже отличиться успели. Годимира и Поладу перевели сюда раньше, как обережников, а нас просто спихнули, чтобы не выбрасывать на улицу. Не представляю, как мы теперь справимся с тем, чтобы нагнать программу за первый курс.

— Да уж, награда так себе, — я вздохнула, понимая отчаяние друзей. Они только начали осваивать знания, которые давала чарошкола, поверили в себя, а теперь снова придется плестись в отстающих. Им бы еще пару лет провести в чарошколе, чтобы отработать навыки, а их в чародемию отправили. — Но, раз уж мы снова вместе, значит, со всеми трудностями справимся. Будем учиться не хуже других. Вот увидите!

— Спасибо! — Славен посмотрел на меня и вымученно улыбнулся. — Звучит обнадеживающе. Выходит, тебе тоже необходимо нагнать первый курс и пройти все испытания до начала нового учебного года?

— Да, но разве это повод унывать? Главное, что мы выжили, а с проблемами обязательно справимся, — приободрила друзей, как могла. И от того, что в их аурах появились проблески надежды, на душе стало чуточку легче.

На первое занятие нас собрали в большом лекционном зале, в котором длинные скамейки с узкими столами выстроились амфитеатром вокруг подиума для преподавателей. Появление Лютобора Скуратова ученики встретили тягостной тишиной. Среди сотен ребят не нашлось ни одного, кто бы его не знал. Люта уважали и побаивались. Я видела это по аурам и опасливым взглядам послушников и обережников.

— С сегодняшнего дня, — княжеский проверяющий после сухого приветствия сразу перешел к делу, — начинается новый этап вашего обучения. Чародемия выстояла ценой десятков жизней ваших товарищей. Городище пережило нападение нава и других гневов, однако его раны еще кровоточат. Разрушенные кварталы кишат тварями низших рангов: анчугами, шигами, матохами. Поодиночке они слабы, но, сбиваясь в стаи, становятся невероятно опасными. Князь Радомир приказал вычистить город от монстров, чтобы как можно скорее начать его восстановление. Поэтому ваше дальнейшее обучение будет основано на ежедневной практике по уничтожению гневов.