Подхватываю Соню на руки, разворачиваюсь и быстро шагаю в обратную сторону.
Сердце колотится, подступает паника. Нет, нам не нужно с ним видеться, ни в коем случае. По крайней мере не сейчас, когда у меня столько проблем, требующих решения. Может, ему вообще плевать и на меня и на дочь, может он и вовсе забыл обо мне, но рисковать я не могу.
Не хочу видеть человека, который так поступил со мной. Не хочу и не могу. Как такое возможно вообще? Жить и встречаться с одной девушкой, а жениться на другой? Это что-то из запредельного для моего понимания. Поэтому я и не представляю, чего от него ждать. И проверять не хочу.
– Мам, куда мы? – спрашивает дочка, явно веселясь.
– Забежим в торговый центр, ладно? Мы на пару минуток буквально, Сонь.
– Ладно. А потом домой?
– Ага, – отвечаю я, забегаю в ближайшую дверь торговика и ставлю дочь на пол. – Давай вот тут посидим пару минуток, – предлагаю, запыхавшись.
То, что Глеб был так близко, что он здесь же, в этом городе, ходит по тем же улицам, выбивает меня из равновесия окончательно. Мне страшно, волнительно, мне трудно нормально дышать. Руки дрожат.
Соня забирается на скамейку, болтает ногами и разглядывает всё кругом. Увидев большой аквариум, спешит к нему. Я же присаживаюсь и достаю телефон.
Приглядывая за Соней и её восторженным вниманием к рыбкам, открываю список контактов и нажимаю на кнопку вызова.
После второго гудка на звонок отвечают.
– Александр Григорьевич, добрый вечер, – говорю я, стараясь придать голосу уверенности.
– Настя, это ты? Что-то случилось? – слышу обеспокоенный голос свёкра.
– Вы же говорили, что не общаетесь с сыном. Но тогда почему я видела его только что в центре города? Вы что, рассказали ему про Соню? – спрашиваю сумбурно.
– Я с ним не говорил, Настя. И даже не сообщал о том, что был в больнице. Глеб живёт здесь уже пять лет. Сперва переехал он, спустя некоторое время перебрался и я.
Меня вдруг разбирает на смех. Ну надо же. Мы что же, все эти годы жили в одном городе? Странно, что не пересеклись раньше. Город огромный, конечно. Но просто невероятно. То свёкра встретили, то теперь Глеба. Мир слишком тесен.
– Ладно, извините. Просто такое совпадение… – говорю я. – Подождите, а что значит были в больнице? Вы что же, уехали уже оттуда?
Александр Григорьевич вздыхает.
– Завтра поеду туда снова. Нужно было закончить кое-какие дела до госпитализации. Как там Сонечка?
Значит, он всё-таки решился на операцию. Это хорошо. Хоть об этом не беспокоиться. Не то чтобы я думаю об этом постоянно, но всё равно волнуюсь за свёкра.
– Соня в порядке. Бегает тут рядом, на рыбок смотрит. Про вас спрашивала, – признаюсь я, ведь дочка мне все уши прожужжала, уж очень ей понравился дедушка.
– Настя, раз уж ты позвонила… Не хотите пожить у меня, пока я буду в больнице? Я слышал тогда краем уха, что вы искали новое жильё. Не спеши отказываться. Я понимаю, что практически чужой тебе человек, но мне так спокойнее будет. Потом меня выпишут и я помогу с поиском. Подумай, Настя.
Я молчу. Не знаю, что ответить. Предложение хорошее, конечно, но страшно. Я ужасно боюсь последствий. Наверное, у меня уже паранойя. Страшно кому-то верить.
– Я очень хочу повидаться с внучкой. Кто знает, как пройдёт операция, не молодой ведь уже, – продолжает свекор. – Давай отправлю за вами машину? Скинь мне адрес и во сколько подъехать нужно.
– У нас там вещей столько, – говорю рассеянно. – Да и вас стеснять не хотелось бы, – упираюсь уже вяло, понимая, что от такого предложения лучше не отказываться.
Отредактировано: 27.08.2025