Дочка Отца-дракона. Мама-повар прилагается

Глава 10

Утро мое началось с запаха масла, кипящих котлов и, кончно, сплетен.

Я молча шинковала зелень, пока вокруг гудел хор кухарок. Каждая с мнением, громче соседки.

— Слыхала? — возбужденно щебетала Мирта, молодая девочка, служанка. — Госпожа Элианна у нас надолго! Та самая, из столицы!

— Ах, она такая красивая, такая утонченная, — подхватила толстушка Нелла. — И такая воспитанная… Я б вот с радостью у такой хозяйки служила.

Повариха с мучным фартуком одобрительно кивнула, а я мысленно закатила глаза.

Конечно, у всех мечта, служить леди, которая смотрит на тебя, как на крошку хлеба под ногами. Ее уважать и любить не за что. Воображала.

— Слышала, она будет часто бывать в замке, — продолжала Мирта. — Говорят, господин Астерион к ней неравнодушен.

Я невольно замерла, пальцы сжали нож чуть крепче.

Ага, значит, не только к завтраку, но и к женитьбе приближаемся. Идеально. Что-же он тогда ко мне приставал? Женишок!

Девицы щебетали дальше, а я сосредоточилась на нарезке. Лук попал прямо в глаза, и я упрямо списала жжение на него, а не на раздражение.

К полудню еда была готова, нервы нет. Я вытерла руки, объявила себе обеденный перерыв и направилась в комнату. Хотелось просто немного тишины, без сплетен, без Элианн, без Астерионов.

Но как назло, за поворотом стояла сама «утонченность».

Вся в шелке, с идеальной осанкой и лицом, будто сошедшим с портрета. Если бы высокомерие пахло духами, то пахло бы именно ею.

— О, прислуга, — протянула она, даже не утруждаясь именем. — Ты без дела?

— Перерыв, госпожа, — ответила ровно, стараясь не показать эмоции.

— Прекрасно. Тогда принеси мне яблоко из сада. Только спелое, красное и… с верхней ветки.

Я моргнула.

— Может, позвать садовника?

— Нет, ты справишься, — улыбнулась она тем самым тоном, каким приказывают собакам сидеть.

Что ж, ладно. Сама ведь выбрала приключения, когда полезла варить супы в доме дракона.

Мы вышли в сад. Небо хмурилось, низкие облака надвигались, как грозное предупреждение. Элианна держала над собой зонтик, такой изящный, кружевной. Мне же достался свежий ветер и перспектива переломать руки, доставая яблоки.

— Вон то, — указала она пальцем. — Самое красивое.

Я глянула вверх и мысленно ругнулась.

Прыгнула, ухватилась за ветку. Она хрустнула, яблоко сорвалось, я успела его поймать.

Не знаю даже, что бы было, если бы оно упало на землю. Наверно скандал.

— Вот, — сказала, подходя.

Она взяла плод, откусила с видом жрицы, принимающей жертву.

— Сладкое. Молодец.

Я только кивнула. Первые капли дождя скользнули по щекам.

Она развернулась и пошла ко входу в замок. Я шла за ней не спеша, мысленно прикидывая сколько мне осталось отдыхать. Наверно минут сорок.

Она грациозно поднялась по ступеням, а потом резко развернулась ко мне, хищно улыбнувшись.

Эта улыбка мне совсем не понравилась.

Насторожилась, неосознанно сжав руки в кулаки.

— Дерик! — позвала она дворецкого. — Проследи, чтобы эта девушка не входила в дом, пока я не скажу. Не хочу, чтобы по коридорам шлялась прислуга, пахнущая луком.

Я застыла. Дворецкий нахмурился, но поклонился.

Дверь щелкнула с обидно звонким «клац».

И вот я стою, под дождем, с мокрыми волосами, в промокшей рубахе, глядя на тяжелые двустворчатые двери.

Небо расплакалось окончательно.

Дождь лил густо, а я сидела в беседке, слушая, как капли барабанят по листьям.

Мокрые волосы неприятно липли к лицу. Воздух пах глиной и сыростью.

Подняла взгляд к окнам замка, тяжело вздохнув. Там, наверное, тепло, светло и сухо.

А я под дождем. Символично. Даже как-то обидно.

Интересно, если я сейчас войду через дверь для прислуги меня обратно выгонят?

Пока я размышляла, кто на кого больше похож, я на мокрую кошку или кошка на меня, позади раздались шаги.

Тяжелые, уверенные.

Я обернулась.

Ко мне шел Астерион. Он хмуро осматривал промокшую меня.

— Почему ты на улице? — спросил он.

Я пожала плечами.

— Так вышло. Ваша… гостья решила, что воздух полезен для здоровья. Моего.

Он хмуро осмотрел замок, потом меня. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на смесь раздражения и… заботы?

— Ты промокла.

— Наблюдательность у вас отменная, — фыркнула, обнимая себя от холода.

Он на мгновение прикрыл глаза.

— Я разберусь, — произнес тихо.

— Не сомневаюсь, — ответила, улыбнувшись. — Только, если можно, не сожгите дом от злости. Мне здесь еще суп варить.

Он чуть приподнял бровь, глядя на меня с тем самым выражением, от которого сердце почему-то решило пропустить удар.

— Иногда я думаю, — произнес он с улыбкой, — что твой язык, это отдельное живое существо.

— Возможно, — кивнула.

Он усмехнулся, шагнул ближе, и наклонился почти к самому моему лицу.

— Тогда я его приручу.

Я не успела ответить. Он снял с себя плащ и набросил мне на плечи. Ткань оказалась теплой, тяжелой и пахла чем-то приятным.

Я закуталась в плащ, чувствуя, как щеки горят сильнее, чем весь этот дождь.

— Спасибо, — пробормотала.

Он кивнул.

— Пошли в дом.

Я поднялась с холодной лавки и пошла за ним.

Дворецкий открыл без промедления. Увидев меня, промокшую, он опустил взгляд, отступив назад.

Астерион заметил это, но не подал вид.

К нам выскочила радостная Лили.

— А вы где были? Гуляли и без меня? Возмущаться начну, — она насупилась, а потом заметила на мне плащ Астериона. — Папу раздеваешь? — хихикнула она.