Дочки - матери

6

Ждете, когда начнутся эротические сцены? И напрасно. По моему глубокому убеждению, эротика возможна лишь там, где есть чувства. Нет, не те что про свадьбу, кучу детишек и любовь до гроба. Точнее, не только те. Эротика же это желание близости, сбившееся дыхание, прикосновение губ, пальцев, языков, движение ресниц и острое, ни с чем не сравнимое удовольствие.

Но по порядку. Отель, куда меня привел Гаев, оказался вполне себе респектабельным. Я не секунды не сомневалась, что тут не сдают номера «на час». Нет, это совершенно другой уровень. И даже если тут и встречаются любовники, то это такие … любовники, о которых, замирая от волнения, читают в желтых газетах все домохозяйки страны. Вот и я сподобилась.

Мы поднялись в номер, охрана осталась внизу. На мгновение мне показалось, что один из охранников, видимо самый доверенный, сделал попытку двинуться за нами, но Гаев дернул уголком рта, и тот остался стоять на месте. Вот и отлично.

Пока мы поднимались на лифте, я пыталась найти в себе внутреннюю проститутку. Что это такое? Ну как, я ведь впервые в жизни шла в номер с мужчиной, к которому у меня не было абсолютно никаких эротических чувств. Я, признаться, и сама уже не знала, что чувствую к Гаеву. Еще пару дней назад я его ненавидела, причем настолько сильно, что приходилось сдерживаться, чтобы не вцепиться в его лощеную физиономию. После, проанализировав ситуацию и изучив досье, которое у меня было на Гаева, я стала сомневаться: а правда ли, что он испытывает в Манюня интерес эротического характер? Все, что я видела и читала о нем, перестало вязаться с моим же представлением о богатом и развратном сластолюбце, нацелившемся на юную девушку. Но и понять: зачем же в таком случае Гаеву нужна совершенно чужая двадцатилетняя девочка, была не в состоянии.

А сейчас мне предстояло заняться сексом с этим непонятным и несимпатичным мне мужчиной. Да не просто, извините за грубость, раздвинуть ноги и полежать так с полчасика, а принять активное участие в процессе, да такое, чтобы Гаеву понравилось. Значит, нужно как-то настроиться, потому что это на словах просто, а поди, сделай. Но, как говорится, отступать некуда.

Номер был … да что я вру, не успела я рассмотреть номер, не до того стало. Не успели мы войти, как Гаев решительно взял меня за плечи, чуть встряхнул и прижал к закрывшейся двери.

- Наша сделка в силе? - спросил, внимательно изучая мое лицо.

Очень хотелось передумать и, поджавши хвост, трусливо сбежать, а там - будь, что будет. Наверное, можно же найти и другое средство? Но Манюня … Нет, не могу я так рисковать своей девочкой. Она маленькая, наивная и доверчивая. Ей совершенно нет места рядом с этим сильным и мрачным человеком. Пришлось срочно брать себя в руки.

- В силе, - ответила, не отводя глаза.

И он меня поцеловал. Сильно и уверенно. Только вот никаких мурашек или там бабочек в животе у меня не запорхало. Я лишь отстраненно подумала, что опыта у Гаева в любовных делах, по всей видимости, предостаточно.

Гаев целовал и смотрел на меня, а после, прийдя к каким-то своим выводам, прервал поцелуй и повел меня в спальню. Выглядел он не слишком довольным или воодушевленным и я испугалась, что Гаев сейчас передумает и разорвет нашу сделку.

«Соберись, тряпка», - мысленно приказала себе. - «Ты не девочка, давай, покажи этого козлу высший класс.»

Перехватив мужскую руку, теперь уже первая зашла в спальню, подвела мужчину к кровати и легонько толкнула в грудь. Он послушно опустился на дорогое стеганное покрывало и с неподдельным интересом уставился на меня. Сомневается, что смогу? Погоди, голубчик, сейчас мало тебе не покажется.

Завела руки за спину и расстегнула молнию, а потом одним движением скинула платье, оставшись в белье, чулках и туфлях. Вздернула подбородок, дерзко выгнула спину, демонстрируя полную грудь. Смотри, любуйся, предвкушай. И он смотрел. Как зачарованный, будто до этого момента ничего прекраснее и не видел. Если бы не паршивая ситуация, в которой мы оба оказались, я бы дрогнула. Не может женщина не дрогнуть, когда мужчина ТАК на нее смотрит. А я ничего, выстояла. Но от взгляда Гаева, от темно-серых, с расширенными зрачками глаз, которые, не отрываясь, скользили по моем телу, ощутила какой-то пьянящий кураж. Это не было возбуждением, в обычном смысле. Никакой дрожи, никаких промокших трусов, лишь ощущение, что мне сейчас море по колено. Губы растянулись в шальной улыбке и я сделала шаг к кровати. Держись, Гаев, я тебе сейчас покажу…

И показала, а куда деваться. Аппетиты у Гаева были ого-го, но я справилась. Он хотел всего и много - сверху, снизу, сбоку, с прискоку, но надо отдать должное - Гаев решительно был настроен доставить мне не меньшее удовольствие. Вот только его старания были абсолютно напрасны - не хотела я его, ну вот ни капельки. Пришлось изображать, а что делать? Боюсь, иначе бы он меня из постели не выпустил. А какой женщине, уж если откровенно, хоть раз в жизни не приходилось имитировать оргазм? Скажу по секрету, до этого момента у меня подобной нужды не было. Так что в каком-то смысле Платон Гаев был у меня первым.

На самом деле, было противно. Я уговаривала себя, что делаю все правильно. Что это просто секс. Что, в конце концов, можно рассматривать эту ночь как занятия на тренажерах в спортзале.

А Гаев, как назло, оказался неутомимым любовником. Кто бы мог подумать, в таком возрасте либидо обычно угасает, но этот мужчина был исключением. В другой ситуации, я, пожалуй, порадовалась бы, а тогда лишь прикинула - хватит ли нам контрацептивов. Об этом, кстати, мы переговорили до того, как упасть в пучину страсти.

- Я занимаюсь только безопасным сексом, - предупредила, проводя пальцами по гладковыбритой мужской щеке.

- Я тоже, - сказал Гаев, ловя губами мои пальцы.

- У вас есть презервативы? - царапнула ногтями мужские губы.

- Разумеется, - не отводя от меня глаз, Гаев вынул из кармана пиджака упаковку и без перехода спросил: - Кстати, мы можем уже перейти на ты?