Догнать "ёё" время

Глава 41. Конец "Сникерсам".

- Ненавижу Сникерсы, - Кэтрин передернуло, словно она увидела таракана, а лицо сделалось таким, что Алексу захотелось перекреститься, и понадобилась воля, чтобы не поддасться порыву.

- Все, малышка. Больше никаких Сникерсов, никогда в жизни. Хочешь, я куплю каждый гребаный завод, где их стряпают, снесу бульдозерами, а площадку засажу канадским всесезонным газоном?

- Отчего не коноплей? - фыркнула Кэт.

- Да хоть марихуаной. Все для тебя, лишь бы ты не грустила...

Ночь висела над городом плотным, тревожным куполом 04:30 утра... лучшее время. В коридорах отеля было тихо. Алекс знал, что, на всякий случай, все гости из их крыла эвакуированы. Он застегнул куртку поверх тонкого бронежилета. Пальцы не дрожали. Они у него никогда не дрожали, природа наградила Алекса железными нервами. Видимо, чтобы скомпенсировать дрянной характер и редкую даже для Марешей мстительность. Трое суток взаперти, в напряжении, в ожидании. Эта сука всерьез думает, что ей сойдет с рук?

Это она, вообще-то, зря.

Кэтрин стояла рядом, такая же напряжённая, её тонкие пальцы теребили край рукава. Она тоже была в бронежилете, слегка великоватом, но необходимом. Позади неё — личный помощник, взгляд цепкий, осознающий всю серьёзность момента.

— Время. — голос Дрейка Ховарда, главы службы безопасности, прозвучал ровно, без эмоций.

Дверь открылась бесшумно... Алекс скривился, не хуже Кэт. Интересно, ей сейчас тоже захотелось перекреститься или сделать ладонью какой-нибудь отвращающий зло знак из цыганской магии?

Их обнаружили вчера вечером, как сказал Дрейк, в результате оперативной работы... Если окажется, что случайно, Алекс всю СБ по фонарям развешает. А если фонарей не хватит, наймет строителей и поставит, дел-то куча!

Три дня! Три, мать его, гребаных дня сникерсов, воды из под крана, жесточайшего информационного голода и всяческой дичи по телевизору... Кэт "вышла замуж за майора британских ВВС, свадьба была тайной". Он сам после дебоша в рок-клубе посетил Гранд-Опера, а потом отправился... в Тибет, где принял обеты на неопределенный срок. Собственный лысый череп на фоне зала для медитаций показался ему даже забавным.

Но вот то, что эта дрянь сотворила с Корпорацией, забавным не было. Обрушение акций на 63%, утрата контрольного пакета, уход двух ключевых компаньонов, срыв нескольких проектов - это ни фига не смешно.

Главное, за что? За то что какого-то шулера слегка апгрейдили, подсадив ему жучка на позвоночник? Женщины точно родом с другой планеты, и, чтобы их понять, нужно наверное сделать себе операцию по смене пола. И отрезать часть мозга. Процентов так девяносто девять.

Первыми на выход двинулись двое бойцов — чёрная тактическая форма, наушники, скрытые под воротниками микрофоны. Один из них скользнул за угол, проверяя коридор. Второй уже занял позицию впереди.

Алекс шагнул за порог. Свет приглушённый. Пол выстелен дорогим ковром, но сейчас это не важно. Важно не поскользнуться и не упасть, чтобы не осложнять группе прикрытия работу. Хотя, за эти три дня им еще мало будет! Легкая голодовка давала о себе знать, последние дни Алекс совсем не мог есть шоколад. Да и ночь без сна сказалась - голова кружилась не по детски.

Кэтрин шла рядом, чуть сзади. Личный помощник следовал за ней.

— Чисто, - Дрейк дал знак. Группа двинулась вперёд.

По обе стороны коридора стояли бойцы. Спецназовская выправка, скрытые кобуры с пистолетами, напряжённые лица.

— Лифт не используем. Только лестница.

— Ты шутишь? - тихо простонала Кэтрин, - двадцать шесть этажей...

— Против лифтовых шахт невозможно бороться. Если их заминировали или контролируют, путь вниз превратится в ловушку, - в голосе Ховарда прозвучало сочувствие, но было понятно - не подвинется. Ни на волос. Хоть увольняй, хоть расстреливай - но охраняемые тела он вытащит именно так, как считает нужным, соблюдая протокол до буквы.

Дрейк выбрал не парадную, а хозяйственную лестницу, рядом с грузовыми лифтами. Почему именно так, Алекс спрашивать не стал, видимо, были причины. Может быть, легче проверить без всех этих кадок и декоративных элементов? Или сыграло роль отсутствие окон, Ховард боялся снайпера?

— Если она скиснет, сам ее понесешь, - нейтральным тоном предупредил Алекс. Ругаться ему не хотелось. Хотелось максимально быстро покинуть это место, так внезапно ставшее ловушкой. Не важно как: хоть тушкой, хоть чучелом. Хоть пешком через двадцать с лишним лесничных маршей. Не вопрос. Парни же их прошли, в полном вооружении и брониках, далеко не таких легких и удобных, как его и Кэтрин.

Лестничный пролёт освещён скудно, но каждый этаж — под контролем. У каждого поворота — охрана, карабины наготове. Все по-взрослому.

Где же они все были, когда нужно было эту суку ловить?! Ничего. Об этом он еще спросит и ему ответят. Так ответят, что мало не покажется и добавки не потребуется.

...Воздух горяч, словно пропитан напряжением. Шаги бойцов гулко отдавались в бетонных стенах.

Алекс шагал ровно, удерживая ритм. Двадцать этажей — нагрузка серьёзная, но он держал себя в форме. В такие моменты тело не имеет права подвести.

Кэтрин шла позади, стараясь не отставать, но её дыхание становилось всё тяжелее. Каблуки, пусть и невысокие, теперь казались проклятьем. Ноги дрожали. Ожидаемо, она оступилась, едва не упав, схватилась двумя руками за перила и сквозь зубы выругалась не по-английски и не по-французски. По-венгерски.