Договор с инквизитором

Глава 1 Цена печати

Часть I: Требование

Мраморный пол в вестибюле был настолько чист, что отражал позолоченные вензеля на дверях лифта, словно чёрное, застывшее озеро. Эвелина "Эви" Кейн ненавидела это здание, эту стерильную чистоту и всё, что она символизировала: штаб-квартиру Конклава Ночи, главного законодательного органа демонической иерархии, где власть была холодным, осязаемым товаром. Три недели она провела в золотой клетке, а её похититель, Кассиан, Лорд Инквизиторов, был её единственным собеседником.
«Вы просили встречи, Заклинательница», — низкий, рокочущий голос ударил в спину, словно камень, брошенный в лёд.
Эви не вздрогнула, но её плечи напряглись. Она повернулась, медленно, чтобы не дать ему удовольствия увидеть её нервозность. Кассиан стоял в паре футов от неё, воплощение холодной, вековой власти. Он носил безупречный тёмно-синий костюм, который на его древней фигуре смотрелся как доспех, а от него исходил едва ощутимый, но опасный запах жжёного озона и дорогой кожи.
«Я требую освобождения», — заявила Эви, поднимая подбородок. У неё не было сил притворяться вежливой.
Кассиан изогнул идеальную бровь. Его глаза, чёрные и проницательные, как уголь, изучали её с ледяным высокомерием. «Требуете? Вы запечатали артефакт, который поддерживает магическую стабильность на всём североамериканском континенте. Наш артефакт. Я могу потребовать, чтобы вас держали на цепи в подземелье. Взамен я предложил удобства. Будьте благодарны».
«Удобства не отменяют того факта, что вы — мой тюремщик, а я — ваше оружие», — огрызнулась Эви. Её дар — способность создавать нерушимые магические печати — был проклятием, которое месяц назад привело её сюда. Пытаясь спастись от нападения, она случайно наложила такую печать на "Камень Баланса" — реликвию, которую Кассиан хранил как зеницу ока. Теперь он мог освободить артефакт только с её помощью.
Кассиан сделал шаг ближе. «Вы не моё оружие, Эвелина. Вы — проблема. И я предлагаю единственное решение, которое устраивает Конклав и не требует вашего немедленного устранения».
Он достал из внутреннего кармана тонкий, но древний свиток, пахнущий пергаментом и пеплом. «Позвольте напомнить условия, оговорённые в Договоре о Защите и Сотрудничестве. Вы остаётесь на моей территории, под моим наблюдением, пока не снимете печать. И... вы заключаете со мной брак».
Эви почувствовала, как её щёки вспыхнули. Она ненавидела этот пункт, который превращал её в собственность. «Фиктивный брак, Кассиан. Зачем вам эта легализация моего содержания под стражей?»
«Отчасти», — он позволил себе слабую, пугающую улыбку. — «Но в первую очередь — для контроля. Брак, заключённый по законам Нижнего Мира, создаёт магическую связь, которая обязывает нас двоих. Вы не сможете использовать свою силу против меня или покинуть мою территорию без серьёзных последствий для себя. Это гарантирует моё спокойствие и вашу жизнь».
«А что гарантирует мою свободу, когда вы получите то, что вам нужно?»
«Моё слово», — он произнёс это с такой непоколебимой уверенностью, что Эви едва не поверила. — «И пункт в контракте: ровно через год после снятия печати наш брак будет расторгнут без права на восстановление. К тому времени мир будет восстановлен, а вы станете юридически моей бывшей супругой, а не просто заключённым».

Часть II: Узел
Эви скрестила руки на груди, пытаясь подавить гнев. «Вы верите, что за год я смогу отменить печать, которую накладывала бессознательно?»
«Вы талантливы, Заклинательница. И я предоставлю вам доступ к ресурсам, о которых вы, человек, даже не мечтали. Это наш Контракт. Вы получаете мою защиту, знания и жизнь. Я получаю ваш дар и контроль. Это беспроигрышная сделка».
Он протянул ей перо, которое выглядело, как будто было выковано из чистого серебра. «Подпишите, Эвелина. Или вернитесь в ваши удобные покои и подумайте о подземельях».
Она посмотрела на него: Лорд Инквизиторов, её заклятый враг, с которым ей теперь предстояло жить. У неё не было выбора.
«Хорошо», — прошептала Эви, беря перо. — «Но знайте, Кассиан. Это будет самый неприятный год в вашей вечной жизни».
«Я этого жду», — его глаза вспыхнули чем-то, что могло быть интересом, или, возможно, угрозой. — «Моя жена».
Эви резко поставила подпись на пергаменте. Едва она опустила перо, свиток вспыхнул без огня, рассыпаясь чёрным пеплом, который тут же исчез. Магическая реакция была мгновенной и пугающей.
Её грудь сдавило, словно стальным обручем. Это был Узел — магическая связь, насильно установленная между её сущностью и сущностью Кассиана. Дар, который она всю жизнь прятала, теперь был привязан к древнему, чуждому ей существу.
Она сделала непроизвольный шаг назад. «Что это?»
Кассиан выглядел совершенно невозмутимым, но его губы напряглись. «Это Узел. Гарантия договора. Моя власть над вами в этом браке не просто юридическая, она физическая. А ваша способность использовать печати... теперь требует моей санкции».
В его словах была такая наглая, нескрываемая собственность, что Эви захотелось запечатать его в мраморном полу, несмотря на риск для себя.
«Вы не учли одного, Кассиан, — процедила она, сжимая кулаки. — Наша связь двусторонняя. Если я не смогу использовать свой дар без вашей санкции, то и вы почувствуете, если попытаетесь сделать мне больно. Вы не сможете меня убить, пока я нужна вам, и я почувствую ваши намерения».
Он медленно кивнул. «Вы правы. Но вы также почувствуете мой гнев и моё… желание. На публике мы должны быть парой, Эвелина. И я буду требовать от вас соответствующего поведения. Это наша первая заповедь: ни единого сбоя в легенде».
Он протянул руку и впервые коснулся её — нежно, но властно, обхватив запястье. Под его кожей ощущалась твёрдость гранита и странный, пульсирующий холод. По Узлу в её венах пробился электрический разряд, мгновенно передавая ей его терпеливое, но непреклонное чувство собственности. Это было ощущение, что её личная граница была стёрта.
«Пора возвращаться в поместье, жена. Нам нужно обсудить правила совместного проживания. Вы обнаружите, что, хотя я и Инквизитор, я ценю порядок и дисциплину. Нарушение любого из моих правил будет иметь необратимые последствия».
Он повёл её к лифту, его присутствие было тяжёлым, как гравитация. Эви знала, что они вступают в его мир, где правила игры устанавливает он, и где цена ошибки — не просто карьера, а её свобода, её душа. Но под его касанием, смешавшись с чистой ненавистью, она почувствовала и что-то иное — вызов.
Она была его узником, но он был её единственной дорогой к выживанию. И Кассиан не знал, насколько сильно ей нравилось играть в опасные игры.