Договор с инквизитором

Глава 13: Совет Конклава

Продолжаю писать роман.

Часть I: Демонстрация
Зал, где проходило заседание Совета Конклава, находился глубоко под землей, и от него исходил холод, который проникал сквозь кожу. Это было место абсолютной власти, где собирались самые древние и могущественные демоны, чтобы определять судьбу Нижнего Мира.
Эвелина, одетая в серебристое платье-броню, вошла в зал, держа Кассиана под руку. Узел горел в её груди, накачивая её энергией сверхъестественной уверенности, но она знала, что это не её храбрость — это был его контроль.
Взгляды Конклава были тяжелыми и едкими. Эвелина чувствовала, как её изучают, оценивая как потенциальную угрозу и как личное унижение для Инквизитора. В центре зала, полукругом, сидели пятеро старейших демонов — лидеры кланов. Среди них был и Князь Бааль, чьи глаза метали молнии после их недавнего публичного унижения на Аукционе Теней.
Кассиан привел Эвелину прямо к столу, не прося разрешения.
«Я представил вам свою супругу, Эвелину Вентворт», — Кассиан говорил так, словно не замечал всеобщего напряжения. — «Она — Заклинательница, которая наложила печать на Камень Баланса, и теперь является ключом к его стабилизации».
Один из старейшин, похожий на иссохшую горную породу, заговорил: «Слухи дошли до нас, Инквизитор. Вы заключили брак с человеком, дабы получить доступ к её дару. Это отвратительно и не соответствует вашему положению».
Бааль, пользуясь моментом, вскочил. «Её нужно немедленно изолировать или, что лучше, уничтожить, пока её человеческая непредсказуемость не уничтожила наши магические запасы! Инквизитор одержим!»
Часть II: Контроль Напряжения
Напряжение в зале было таким густым, что Эвелина едва могла дышать. Кассиан посмотрел на Бааля с презрением.
«Моя жена не будет уничтожена, Князь. И я не одержим», — Кассиан положил руку на её плечо, и через Узел передал ей чёткое указание: Покажи им свою ценность.
Эвелина сделала шаг вперед, не отрывая взгляда от старейшин.
«Я не игрушка и не пешка, — её голос был чистым и звонким, усиленным магией Кассиана. — Я Заклинательница с самым редким даром. Я непредсказуема, потому что моя сила — это неконтролируемая энергия. И это именно то, что позволило мне спасти Камень Баланса от утечки. Если бы Кассиан не заключил со мной брак, Конклав уже бы погряз в магическом хаосе».
Она продолжила, повышая голос: «Вы боитесь моей непредсказуемости. Но Кассиан не боится. Он контролирует её. Я — единственный, кто может снять печать с Камня, и я сделаю это только по его приказу. Моя магия теперь принадлежит ему. Нападение на меня — это магическое нападение на самого Инквизитора».
Чтобы доказать свои слова, Эвелина, используя ментальный приказ, активировала один из кристаллов-маяков, который Кассиан дал ей утром. Сквозь Узел она пропустила волну своей концентрированной, но сдерживаемой силы.
Кристалл в её сумочке ярко вспыхнул, и по всему залу мгновенно прошел резонанс — резкий, но гармоничный. Каждый демон почувствовал эту сдержанную, но огромную мощь, связанную с Кассианом.
Бааль отступил, его глаза расширились.
Часть III: Условие и Вражда
Старейшины обменялись взглядами. Они увидели то, что Кассиан хотел им показать: не любовь, а абсолютный контроль и угрожающий потенциал.
«Ваше объяснение принято, Инквизитор, — произнес главный старейшина. — Мы даем вам ровно год для стабилизации Камня. Если за это время вы не разрешите ситуацию, Конклав вмешается, и наша реакция будет беспощадна».
«Год — это достаточный срок», — Кассиан кивнул, его лицо было твёрдым.
Когда Конклав начал расходиться, Бааль подошел к ним. Его голос был тих и пропитан ядом.
«Ты думаешь, ты выиграл, Кассиан. Ты думаешь, ты можешь контролировать человека. Но я вижу твою слабость. Ты стал уязвим. И я буду ждать момента, когда твой контроль обернется одержимостью. А твой брак... он не продлится вечно».
Эвелина почувствовала, как волна ярости поднялась в Кассиане. Узел передал ей чистый, смертоносный гнев.
«Он убьет тебя», — прозвучал голос Кассиана в её сознании.
«Тогда убейте его первым», — ответила Эвелина, не моргнув.
Кассиан слегка наклонил голову, и это было первое, что удивило Эвелину. Он не стал угрожать Баалю. Вместо этого он положил руку на Эвелину и поцеловал её в лоб, жест, который на людях выглядел как нежное прощание, но был на самом деле демонстрацией права собственности.
«Иди, Бааль, — сказал Кассиан. — И помни: моя жена — часть меня. А ты — всего лишь конкурент. Твои угрозы пусты. Моя защита — абсолютна».
Когда они покинули зал, Эвелина поняла, что её роль изменилась. Она не просто заключенная, она — приз в игре власти. И её единственная защита — это убедить всех, что ненавистный ей демон искренне любит свою опасную, человеческую жену.