Доктор, да вы больной! 9

Глава 1

– Коллеги, – начальник госпиталя подполковник Романцов обвёл взглядом обоих военных врачей, Соболева и Жигунова, его лицо выражало глубокую озабоченность, и такое неформальное обращение, в отличие от привычного «товарищи офицеры», явно не предвещало ничего хорошего. В кабинете повисла напряженная тишина, нарушаемая лишь тихим гудением работающего за окном дизель-генератора. – Приказывать вам не могу, прошу как товарищей. В селе Перворецком снова беда приключилась: их подвергли массированному обстрелу из тяжёлых миномётов. По предварительным данным, много раненых среди мирных жителей, включая женщин и детей. Часть пострадавших уже вывезена силами местных медиков, но рук катастрофически не хватает, да к тому же совсем рядом идёт ожесточённый бой. Кажется, населённый пункт нашим войскам придётся оставить, обстановка крайне нестабильная. В общем, к нам обратились за помощью, попросили выделить усиленную медицинскую бригаду для экстренной эвакуации и оказания помощи раненым. Им нужен опытный, квалифицированный врач, способный быстро принимать решения в сложной обстановке…

– Я поеду, – тут же, без малейшего колебания, вызвался Соболев. – Тем более я уже там бывал, когда Прокопчука пришлось срочно вывозить на обратной дороге после его ранения.

– Нет, Дима, теперь моя очередь, – совершенно серьёзно, без тени улыбки на лице, сказал доктор Жигунов. – Ты уже всё там видел, дай и мне пейзажами прифронтовой полосы насладиться, – он попытался коротко улыбнуться, но вышло скорее подобие гримасы, затем посмотрел прямо в глаза Романцову. – Товарищ полковник, разрешите мне возглавить эту бригаду?

– Хорошо, – нехотя и чуть тревожно ответил начальник госпиталя.

Он бы с лёгкостью отправил в Перворецкое более опытного и всегда готового к действию Соболева, но, если быть совсем откровенным, сейчас испытывал необъяснимую боязнь его потерять, – по поступавшим донесениям, обстановка там складывалась крайне сложная и опасная. – Комплектуйте бригаду из трёх человек и немедленно отправляйтесь. В вашем распоряжении наша санитарная «буханка» с водителем Пахомовым и МТЛБ. Первую группу особо тяжёлых трёхсотых сразу же направляйте обратно в госпиталь, а дальше… решайте всё на месте, исходя из складывающейся обстановки и количества пострадавших. Будьте предельно осторожны.

– Есть! – одновременно ответили оба военврача.

Они быстро вышли из кабинета начальника, и Жигунов, прежде чем попрощаться и отправиться к транспорту, остановился и сказал Соболеву, глядя ему прямо в глаза:

– Дима, понимаешь… – он на мгновение смутился, отвёл взгляд, но тут же постарался преодолеть неприятное чувство неловкости. – Я всё-таки написал Кате, чтобы она на меня больше не обижалась. Знаю, повёл себя в отношении неё и нашего сына Богдана крайне эгоистично, думал только о себе и своих мимолётных увлечениях. А сегодня ночью внезапно задумался: ведь они – самые близкие и родные мне люди на всем белом свете. Если завтра меня вдруг не станет, что я после себя оставлю? Постыдный донжуановский список своих побед? Им даже гордиться как-то противно, не то что оставить в память. Короче говоря. Если со мной вдруг что-то случится, то вот, – он протянул своему другу сложенный в несколько раз документ. – Это завещание. Пусть Катя и Богдан получат за меня положенную страховку, ну и всё остальное, что им там ещё причитается по закону.

Соболев уже открыл было рот, чтобы ответить другу что-то ободряющее в духе «Всё будет хорошо, ты обязательно вернёшься целым и невредимым, зачем так быстро себя хоронить…», но в последний момент передумал, понимая, что в такой ситуации любые слова могут показаться пустыми и неуместными. Он просто молча крепко пожал ему руку, потом порывисто, по-мужски коротко обнял, легонько хлопнул по спине в знак поддержки и, сдерживая подступившее к горлу волнение, отстранился:

– Удачи тебе, дружище! Возвращайся живым.

Жигунов, кивнув в ответ, поспешил к стоящему наготове санитарному транспорту. Он подозвал к себе фельдшеров и санитара, которые к этому времени уже закончили загружать в бронированный МТЛБ необходимые медикаменты, перевязочные материалы и прочее медицинское оборудование. Гардемарин до этого успел лишь наскоро сбегать в свою палатку, расположенную неподалёку, и схватить свой видавший виды рюкзак – что-то необъяснимое внутри подсказывало, что одним днём эта поездка вряд ли ограничится, а так хотя бы пару комплектов сменного белья и тёплые носки на всякий непредвиденный случай прихватил.

Вскоре медицинская бригада двинулась в путь по длинной извилистой грунтовой дороге, ведущей в сторону Перворецкого. Этот маршрут был выбран специально, чтобы избежать возможного обнаружения и атаки вражеских разведывательных дронов, – они обычно игнорировали эту разбитую колею из-за сложного рельефа местности, изобилующей оврагами и буераками, да и не думали, видимо, что она представляет для них какой-то особый интерес: проедут несколько раз в день неприметные гражданские легковушки, и только.

Пока сотрудники госпиталя тряслись по ухабистой дороге, навстречу их небольшой колонне неожиданно пронеслись одна за другой три санитарные «буханки» «Скорой помощи». Без включённых сирен и мигающих проблесковых огней, их водители отчаянно втопили педаль газа в пол до упора и жали на всю железку, чтобы как можно скорее домчать тяжелораненых до ближайшей центральной районной больницы, расположенной в относительно безопасном тылу.

Жигунов, проводив взглядом одну за другой промчавшиеся мимо машины, с тревогой подумал, что обстановка в злополучном Перворецком и впрямь оказалась крайне тяжёлой, если даже местные медики вынуждены работать на пределе своих возможностей. Ему уже не раз доводилось бывать в других прифронтовых населённых пунктах сразу после вражеских артиллерийских обстрелов, и он прекрасно знал, что в таких ситуациях всегда нужно действовать максимально быстро и слаженно, чтобы успеть вывезти всех пострадавших в безопасное место.