Доктор для дракона. Я верну тебе крылья

1

Я возвращалась домой в предрассветный час. Город спал, фонари отбрасывали на асфальт длинные, зыбкие тени.

Ночная смена в больнице вытянула из меня все соки. В глазах от усталости стояла пелена. Наверное, я бы не обратила внимания на чернеющий провал в метре от подъезда, если бы не чувство холода, исходившее от него.

Он был не просто темным пятном в пространстве. Он был самой пустотой. Зияющей дырой в реальности, бездной, в которую проваливается свет, звук и весь окружающий мир.

Я зажмурилась, потерла виски.

“Галлюцинации, — обреченно констатировал внутренний голос. — Пора в отпуск. Или к психиатру”.

Мимо проходила женщина с собачкой, тявкающей на что-то в траве. Ни она, ни ее питомец не смотрели в сторону портала. Значит, точно "глюки".

Я сделала шаг вперед с твердым намерением игнорировать наваждение. Но ноги сами понесли меня к этой черноте. Не успела вскрикнуть, как невидимый вихрь втянул меня внутрь. Мир перекосился, скукожился, звуки оборвались, и наступила полная, оглушающая тишина.

Очнулась я от резкой боли в виске — видимо, ударилась головой о пол. В ноздри ударил запах воска оплавленной свечи, застарелой пыли и чего-то пряного. На этом сюрпризы не закончились.

Я лежала в центре круга, испещренного странными символами, которые ярко сияли фиолетовым. По периметру круга стояли высокие черные свечи. Их пламя не колыхалось, будто кто-то заморозил его. И оно тоже светилось призрачно-фиолетовым светом.

Надо мной возвышались двое. Девушка в платье старинного покроя, с очень светлыми тугими кудряшками, падающими на плечи. Хрупкая и невинная, как ангелок с рождественской открытки.

Рядом застыл высокий мужчина с весьма примечательной внешностью. Могу поклясться, что за все свои годы жизни на Земле никогда не встречала никого подобного.

У него были белые, как лунный свет, волосы, и почти прозрачная фарфоровая кожа… Альбинос, да. Вот только его глаза были иссиня-черными. И смотрели на меня с холодным, отстраненным любопытством.

Еще одна странность — я не могла сказать наверняка, сколько ему лет. Лицо гладкое, лощеное, без единой морщинки. Не юнец, но молодой парень лет двадцати. Но стоит приглядеться, думаешь: да нет же, ему все сорок. Взглянешь в эти бездонные глаза и уверишься: ему уже не один век.

Шок сковал тело. Это не сон. Сны не пахнут воском и не отдают болью в ребрах. Во снах невозможно разглядеть буквально каждую деталь.

Я сглотнула комок в горле. Сердце колотилось где-то в горле, а разум отчаянно цеплялся за обрывки логики, которые таяли, как дым.

— Я выполнил требуемое, Жизель, — бесцветным голосом сказал незнакомец.

Девушка с внешностью ангела наклонилась ко мне. И… ткнула меня пальчиком в щеку. Не больно, конечно, но вполне ощутимо.

— Вы правда вызвали ее из другого мира?

Альбинос с противоестественными черными глазами утомленно вздохнул.

— Мое время дорого.

— Да-да, конечно, — спохватилась Жизель. — Вы получите обещанное, господин Ван дер Гольт. Но для начала я должна проверить, та ли она, кто мне нужен.

В ее мелодичном голосе не было и капли тепла.

— Она — Исток, носительница силы Галатии, — раздраженно отозвался альбинос. — Я не привык обманывать по пустякам. Не для того я выдергивал ее из другого мира.

Жизель очаровательно надула губки. Еще немного — и ножкой топнет, как капризная маленькая принцесса. Однако в ее взгляде застыл не каприз, а упрямство.

— Пусть она проявит свой дар!

— На твоем месте я бы поумерил свой пыл, — холодно заметил Ван дер Гольт. — Если в ее мире не было магии, проснуться дар Истока может нескоро.

Хмурая гримаса Жизель совсем не шла — портила ее ангельский образ. Еще сильнее его испортили пальцы хрупкой на вид девушки, которые впились в мое запястье и рывком потянули на себя.

— Я устала ждать, — сдавленным шепотом сказала она. — Идем.

Последние слова были адресованы мне. А прежде эти двое говорили так, будто меня здесь нет вовсе.

Теперь же меня подняли и, не церемонясь, повели через тяжелую дубовую дверь и погруженный в полумрак коридор в соседнюю комнату.

Она была обставлена в том же старинном стиле: гобелены на стенах, кресла на массивных ножках в виде львиных лап и массивная кровать в центре. Под багряным балдахином лежал мужчина. Черные волосы, доходящие до плеч и разметавшиеся по подушке. Изящные черты лица, будто высеченного из мрамора.

Его глаза были закрыты. Он… спал? Нет. Тут что-то другое.

Все открытое пространство тела — ладони, шею и даже на лоб — покрывали диковинные символы, светящиеся золотым. Руны, совершенно мне незнакомые.

— Сделай то, чего не сумел никто, — впившись в меня взглядом, выдохнула Жизель. — Разбуди его.