Доктор-попаданка для хозяина фазенды. Невольница

Глава 12

- Сеньор Игнасио, - осторожно улыбается Афонсу, - Лаурита просто посмотрит.

- Конечно. Ведь больше посмотреть вокруг буквально не на что, - вкрадчиво и ядовито.

Раненый красавец сидит, откинувшись в кресле. Правая нога небрежно вытянута вперёд, руки упёрты в подлокотники. Статусная поза, конечно. Белая рубашка обтягивает грудь так, что я вижу рельеф мышц. Голова надменно запрокинута, и каким-то образом кажется, что он смотрит сверху-вниз на меня стоящую!

Напоминаю себе, что наверняка он так сел, потому что ему так легче с ногой - а не чтобы задавить меня морально.

Афонсу рассказал его сеньорству, что якобы прочёл научный труд, где описан новый, смелый взгляд на то, что случается при ранениях. И так уж вышло - по чистой случайности! - что мой предыдущий наставник тоже был поклонником этого труда. Мы с доктором поговорили. Я задала пару “интересных” вопросов - и теперь Афонсу счёл, что будет уместно привести меня разок к сеньору.

Тот, судя по всему, сильно не уверен в этом “уместно”.

- Могу я начать задавать вопросы? - прочищает горло Афонсу.

- Начните.

- Ваша пострадавшая нога… - Доктор открывает книгу с умным названием, внутри которой лежит листок с моими пометками. - Извольте, она мерзнет сильнее, чем здоровая?

- Допустим…

- Кажется ли вам, что она стала тяжелее?

- Тяжелее разговоров с вами?

- Пожалуйста, будьте серьёзны.

- Не уверен, - сжимая переносицу.

- В какой момент поездки на лошади боль становится острой - сразу в седле или после того, как вы спешились?

Не такие уж и сложные вопросы! Я пока даже штаны снять сеньору не предлагаю - памятуя, как он оберегает штаны от похотливых рабынь. Но всё сразу идёт со скрипом.

Игнасио отвечает через раз. В какой-то момент перестаёт глядеть на Афонсу - и жжёт меня взглядом так, что становится неуютно.

Слушай, давай мы договоримся, а?!

Я всё придумала. Мы сейчас тебя подлечим. Я применю свои чудесные знания, которые буквально свалились на тебя как подарок небес. Лечение будет не сахар, но ты, несмотря на дурной характер, окажешься благодарен. Признаешь мои заслуги, начнёшь слушать, примешь советы по улучшению жизни невольников на фазенде, их рациона и условий труда. Освободишь меня саму и дашь денег, чтобы я смогла укатить в ближайший крупный город, где я полноценно начну новую жизнь!

Здорово же, да?

Нужно только чтобы ты повёл себя нормально!

- Чувствуете ли вы…

Афонсу запинается. Прищуривается, отчаянно вертит листок.

- Лаурита, а задай ты тоже пару вопросов сеньору!

- Она же только смотрит.

- Неужели вы откажете любознательной девушке?

Игнорируя возмущения, подхожу к Игнасио.

- Сеньор, - пытаюсь мило улыбнуться. - При кашле боль отдаёт в пятку?

Начинаю уверенно, как хирург… Но уверенность вдруг обугливается под новым взглядом. Я как в стену огня попадаю.

- Скажи, Лаурита. Откуда я должен помнить такие вещи?

- Если не помните - думаю, не отдаёт.

Движение подбородком. Взгляд скользит по моей шее, внезапно прямо до губ - и застывает там.

Мне… становится жарче и неуютнее, чем по всем разумным меркам должно бы быть.

Зачем-то вдруг отмечаю, что пациент мой сегодня чисто выбрит. Что его волосы, ещё слегка влажные с утра, идеально контрастируют с белой рубашкой.

- Сядьте прямо, - прочищаю горло. - Потом прижмите подбородок к груди и медленно выпрямите правую ногу.

Ни капли не удивлена, что он весь искрит на это.

- Это был не вопрос.

- Мм, да. Вопрос: будет больно?

Игнасио медленно, глядя мне в глаза подаётся вперёд. И так же не отрываясь пытается выполнить. Где-то в середине движения ему приходится потерять фокус. Губы тут же сжимаются. Пальцы впиваются в подлокотники.

- Достаточно больно. Ты довольна?

- Если оценивать ваше “достаточно” по шкале от одного до десяти, это сколько?

Подбородок снова взлетает - и мне вдруг чудится, что он сейчас резко встанет несмотря на хромоту. Невеликое расстояние между нами испарится. Раздражённый, сильный мужчина нависнет надо мной, рука сцапает моё платье, и…

Я понятия не имею, что “и”!

Вообще я… как-то уже и не помню, когда бы мужчины так на меня смотрели. Оно хоть было в моей жизни? Это какое-то наваждение, которому я поддаюсь буквально на пару секунд.

- Сеньор, спасибо, позвольте теперь перейти к более детальному осмотру? - вклинивается Афонсу.

Мне словно плещут водой в лицо.

- Хочешь, чтобы я разделся при ней?

- Посмею рекомендовать… отрешиться от того, что Лаурита девушка, в конце концов, служанки же…

О да, мы всё же “тронули” штаны.

Жилы на мужской шее каменеют.

- Нет. Всё, хватит. Пошла вон.

- “Вон”?!

Игнасио действительно встаёт. Действительно оказывается рядом! Меня обдаёт каким-то… неуместным, непрофессиональным жаром, когда сильная рука цапает мой локоть.

- На выход.

- Извините, да в чём проблема?! - пытаюсь остановить его. - Вы правда думаете, что я сделаю что-то непристойное?

- Проблема в том, что у моего врача закончились идеи! Афонсу, вы правда настолько отчаялись, что решили вытащить фантазии из девчонки-рабыни?!

Афонсу заметно краснеет. Поправляет пенсне, пряча взгляд за рукой - пока меня буквально выставляют за порог!

Да какого же чёрта ты такой сложный?!

Разочарованно стучусь спиной о стену. Обхватываю руками лоб.

Нет у меня идей, чем возразить на мужскую придурь. Или… стеснительность. Оставшись одна, расстроенно начинаю мерить шагами коридор.

Пытаюсь даже так нарисовать в уме картину: ишемия налицо, сосуды страдают… Рубец, судя по всему, глубокий - но то, что боль при кашле не стреляет, это хорошо. Позвоночник пока в порядке, а с бедром работать можно… было бы!

- Лаура? - раздаётся сбоку.

Поворачиваюсь, моргая.

- Сеньор Жозе?

Он стоит в конце коридора - как всегда большой, живой, какой-то слегка растрёпанный. Жозе двигается и сжирает расстояние между нами до того, как я успеваю обдумать ситуацию.