Доктор-попаданка генерала-дракона

Глава 14

Асмир

Все происходящее напоминало плохо спланированный, нелепый спектакль. Мы были актерами с отвратительной игрой, а Лада, восседающая напротив в виде идола, — единственным зрителем. Ее спокойное, высеченное из дерева лицо, казалось, заливалось беззвучным смехом от наших жалких потуг. Хотя каждый раз, когда я бросал на него взгляд, выражение оставалось тем же — застывшим и безразличным. Но внутри я чувствовал, как богиня-мать хохочет, наблюдая за нами с того света.

На столе стояла тарелка с кашей. По словам Басмана, после сватовства положено есть именно ее, с медом — как символ прощания с отчим домом. Нелепость зашкаливала.

— Не любишь кашу? — тихо спросила Катрина. Или Ирина. Кто она там.
— Я не ребенок, а взрослый мужчина, чтобы питаться этим, — фыркнул я, одарив тарелку презрительным взглядом.
— А на гарнир ты что обычно ешь? — не унималась она.
— Мясо.
— А к мясу?
— Хлеб. Иногда картофель.
— Какой-то нездоровый рацион, — покачала головой Катрина-Ирина-Рина, пусть будет Рина, так проще. — В каше очень много полезного. Для пищеварения, волос, кожи…
— По-твоему, мне нужны длинные волосы? — не удержался я от вопроса.
— Волосы может и не нужны, — парировала она, не отрываясь от своей порции, — но работа пищеварительной системы, регулярный стул — основа хорошего самочувствия и настроения.

«Работа пищеварительной системы»? Сначала я удивился странной формулировке, но, поняв смысл, почувствовал, как ложка замирает у меня в руке. Регулярный стул? Она обсуждает регулярный стул при жрице и идоле богини?

— Как я вижу, с трапезой вы закончили, — Рина с улыбкой оставила пустую тарелку, а я наконец отодвинул ненавистную кашу. — Тогда перейдем к веселью! Будем петь и танцевать!

Я глубоко вздохнул, чувствуя, как усталость давит на плечи. Великолепно. Теперь еще и плясать на потеху богине. Мало мы ее развлекли.

— Ну же, ну же, поднимайтесь! — задорно подгонял нас жрец. — Будем танцевать!
Боги светлые… ну за что?
Я встал, бросая взгляд на Рину. В отличие от меня, фиктивная супруга пребывала в прекрасном настроении и чуть ли не прыгала на месте, напоминая мне в этот раз мою дочь Викторию. Та тоже вот так припрыгивала перед получением подарка.

— А что будем танцевать? — спросила Рина с искренним интересом.
— Да что угодно! — развел руками Басман. — Главное — весело и от души!
— А можно я весело и от души просто постою на месте? — спросил я с надеждой, но меня просто проигнорировали.
— А давайте… — глаза Рины вспыхнули озорным огоньком, и в них было что-то цепляющее, живое, заставляющее забыть о всей этой нелепости. Странно, но что-то в этой женщине неудержимо притягивало мое внимание. Ее смех — звонкий, непритворный, какой я не слышал, кажется, никогда. И эти глаза… Зеленые… — Давайте вальс! — с восторгом выпалила она.
— Нет, — тут же отрезал я, но она уже схватила меня за руку.

От ее прикосновения внутри проснулось что-то горячее, почти хищное. Инстинктивное. Должно быть, у меня слишком давно не было женщины, иначе сложно дать объяснение такой яркой реакции тела.

— Не бойся, я поведу! — засмеялась она, и в ее голосе звучал вызов. — Порадуй уж бабулю!
— Бабулю? — не понял я.
— Э-э-э, я говорю — улюлю! Музыку нам! — скомандовала она жрецу, и через мгновение по залу поплыли первые такты плавной мелодии.

И подумать только — она действительно повела меня в танце. Женщина! Меня, дракона, которого боялись на поле боя. Ее рука уверенно лежала на моем плече, а пальцы другой обхватили мою ладонь.
Женщина будет вести меня в танце. Ну уж нет. Вальс так вальс, но только на моих правилах.