Долг перед Темной

Глава Первая.

Солнце лениво выкатывалось из-за холмов, оставляя подпалины в нежно-лиловом небе, оттенки розового и золотого испарялись и все вокруг наливалось сиренево-синем оттенком, предвещая жару. Солнечные лучи скользили по поверхности земли, высвечивая поля серо-зеленой высокой травы, в которой прятались маленькие звезды белых цветов, лучи перепрыгивали с одного места на другое и вот уже добрались до каменного исполина – рукотворного исполина.

Замок, который был укрыт от посторонних глаз среди холмов и лесов, словно сокровище в драгоценной шкатулке, в свете утренней зари окрасился в розово-желтые оттенки, но продлилось это совсем недолго. Волшебство первых солнечных лучей так скоротечно, но всегда повторяется, что могло не радовать.

Все вокруг дышало жизнью и странным предвкушением, я снова одернула неудобную длинную юбку платья и поморщилась от того, что ткань противно зашуршала. Если бы не известие о том, что в скором времени стоит ожидать любимых гостей, то черта с два меня бы заставили одеть это ужасное платье. Ох уж эта новая столичная мода! Никакой фантазии, если так продолжиться, то в скором времени три метра шелка для одного дневного платья превратятся в двадцать три и тогда многим лордам придется перестраивать свои жилища, расширяя проходы в комнаты и залы, ибо…

От фантазий о проходах шириной с гору меня отвлек шум, который проникал сквозь приоткрытое окно, добравшись до которого, приподняв ненавистную юбку чуть ли не до колен, распахнула настежь и с удобством устроилась на подоконнике. Хм, в чем-то эти юбки и могут быть полезными, сидела я на них как на огромной мягкой подушке – и то плюс. Я наблюдала с высоты одной из башен за тем, что происходит внизу: во внутреннем дворе снуют слуги, переносят бочонки и мешки, катят небольшие ручные тележки с клетями, особенно тяжелые грузы приходилось перевозить на телегах, запряженных низкорослыми лошадьми, которые больше напоминали быков с их массивными телами. Также отовсюду и ниоткуда слышался голос управляющего – правой руки отца, ну еще бы, попробуй успеть везде и всюду!

Я перевела взгляд на массивные деревянные ворота, которые сейчас были открыты, и личную гвардию моего отца – вышколенные воины, которые стояли, сидели, ходили, сражались как один единый организм. Наш род всегда славился отлично натренированной армией, то есть личной стражей. Помню, как однажды отец втолковывал мне простую истину о том, что у вассалов не может быть армии, только – личная стража или гвардия на худой конец. Наши воины стояли в ожидании, впрочем, весь замок уже неделю находился в ожидании, да что там замок? Весь город!

Тракт пролегал совсем недалеко отсюда и маленькая деревенька, которая находилась недалеко от нашего жилища в самом скором времени превратилась в маленький городок, а потом уже, не без помощи моего драгоценного родителя, естественно, в большой и процветающий город на пути главной артерии нашей империи – тракта ЭрНарэ. Восточная окраина города начиналась у самого подножья холма, на котором располагались и мы, а потому все новости долетали до нас со скоростью сплетни главной торговки базарной площади.

Порыв ветра заставил поежиться от внезапного холода, а после возникло совершенно дурацкое желание – стать на край подоконника и, раскинув руки, полететь вниз. Кровь быстрее заструилась по венам и даже кожа начала зудеть, на ней начал проявляться красноватый рисунок – копия сети моих вен, с шальной улыбкой подалась вперед, уже представляя, что лечу.

Западный ветер овевал самую высокую башню, в которой располагались мои покои, высота звала и манила, а еще неясное и непреодолимое чувство-желание оказаться в ином месте заставляло нервничать и предвкушать что-то. В груди затеплился маленький огонек, и я замерла, прислушиваясь к ощущениям внутри себя…

Двери в комнаты распахнулись, и на пороге появилась моя матушка, серьезным взглядом окинула маленькую гостиную, а заметив меня, сидящую на самом крае подоконника, нервно заметила:

- Тигра. Хватит высовываться из окна! Выпадешь! ТИГРА! А сейчас ты должна отправиться в классную комнату - учитель заждался.

Я оглянулась на неё и в который раз подивилась красоте своей матери, которая не увядает вот уже который год. Стройный стан и степенная поступь, гордая осанка и бархатный тон голоса, к которому невозможно не прислушаться – настоящая хозяйка и властительница этого места.

- Мамочка, ну что ты - не злись! Я же жду их и не могу пропустить этот момент. Тем более, я не могу выпасть - Астро уже пробудился, так что мне ничего не грозит! - Я с победной улыбкой посмотрела на мать и заправила за ухо прядь волос, которой уже давно играл несносный ветер.

Она посопела для порядка еще немного и, напомнив про урок, степенно выплыла из комнаты. А я снова повернулась к ветру лицом и стала гипнотизировать дорогу, ведь скоро появятся мои братья, а я не могла пропустить это событие! Впрочем, как и те полсотни девиц, которые караулили их возле ворот нашего замка. Я уже предвкушала как они бросятся на моих любимчиков, а те снова устроят шоу - просто-напросто призовут свои Астро, и девицы разбегутся!

Каким же сюрпризом будет для них известие о том, что у меня пробудилось второе "я"! На учителя я с чистой совестью наплевала, так как с восьми лет обучалась этим, так глубоко ненавистным мною, танцам и поклонам-поворотам! Как же, теперь меня можно представить ко двору, и родители решили "огранить бриллиант", то есть меня, ещё лучше. Вот только ко двору ни капельки не тянет. Вот совсем не тянет, какая у меня там перспектива: пятая младшая помощница четвертой фрейлины седьмой принцессы? Меня это совсем не прельщает! И, да, не удивляйтесь, наш покойный правитель был ну ооочень любвеобильной личностью, так как среди его достижений числится и восемь наследников... Семь дочерей и сын. Так что я Лиллия Ингварра Тигровая из рода Хищных, в быту Тигра или Лали - без особых изысков, дочь лорда Вейна Марока из рода Хищных и леди Ламиррии Тайры из рода Подчиняющих, совсем уж не стремилась прибыть ко двору и затесаться в компашку золотой молодёжи, а попутно и посостязаться за нового правителя - это самое популярное развлечение в нашей империи уже последние пятьдесят лет.