Долги времени. Облачная стена

Глава 2. Облачная стена

А за воротами не было ничего – белая дымка неизвестности, такая же облачная стена, что окольцевала город. Казалось, подойди ближе и она оттолкнёт. Кто-то споткнулся, может быть даже Лина, ноги едва двигались. Ворота приближались. Кто-то вздохнул, может быть даже Лина, воздуха не хватало. Ворота приближались. Кто-то вскрикнул, может быть даже Лина, першило в горле. Кир не обернулся, не замедлил шага, не опустил головы, словно никакого препятствия перед ним не было. Его и не было. Кир исчез за белой пеленой, а после него, обернувшись, замедлив шаг и опустив головы, исчезла первая пара.

– Каролина?

Казалось бы, чего проще повернуть голову, поглядеть на Эрика, спросить что ему неймётся. Или что проще закрыть глаза, сменить белый на чёрный? Но Лина не закрыла. Не обернулась, не замедлила шаг. Прошла через ворота, и ничего с ней не случилось.

Она думала, что сразу окажется в другом мире. Увидит заснеженный лес со скупым светом днём и щедрой темнотой ночью, с холодом, от которого лихорадит жаром, с тишиной, которую хочется перекричать. Но оказалось, что до этого мира ещё предстоит добраться. Вокруг стояла белая мгла, что стирала краски и прятала лица. Они шли внутри облачной стены.

Прогремел гром. Потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что это захлопнулись ворота.

– Облачные стены, – заговорил Кир, – имеют толщину от сотни метров до километра. Зависит от разных факторов. Размера города, количества окружных башен, отдалённости от других городов. В нашем случае это восемьсот сорок восемь метров. Видимость так себе, но бояться здесь можно только одного…

Чего именно бояться, он договорить не успел. Где-то совсем близко снова громыхнуло. Потребовалось несколько секунд, чтобы смириться с фактом, что это не ворота.

– Так. Под ноги смотрим. За тысячу-то лет даже облачные булыжнички износятся. Господин врач, помоги упавшему.

– Упавший – я, – пробурчал врач. Эрик усмехнулся, долговязый вздохнул, старик присвистнул, лошадь заржала, а что прошептал Кир никто не расслышал, да и не хотелось.

Облачная стена реагировала на их присутствие, потрескивала, перекатывала внутри себя молнии, давила. Вынуждала испытывать страх. Лина чувствовала, как на макушке шевелятся волосы, чувствовала, как в лёгких не хватает воздуха, чувствовала, как кружится голова. Но Лина не боится! Волосы шевелятся из-за статического электричества, дыхание перехватывает из-за разряженного воздуха, голова кружится от низкого давления. Облачная стена хочет, чтобы её боялись. Нет, не облачная стена, она ведь не живая, а её создатели, которых уже давно нет. Лина понимала это, но что толку от понимания? Дыхание сбивается, сердцебиение учащается, ускоряется шаг, и не только у неё. Она натыкается на чьи-то спины, кто-то наступает на её пятки, группа уже не идёт по двое, теперь это бесформенная кучка, которой хочется одного – выбраться из этого туннеля.

А Кир продолжал экскурсию. Рассказывал о первых волшебниках, о небесах, которые они спустили на землю, сделав своей вотчиной, о покорённых стихиях, о всём том, что каждый ребёнок знает. Это было историей их мира. Их, и мира людей, с одной лишь разницей, что те о ней не ведали.

– Тень!

Лина в кого-то врезалась, кто-то врезался в неё.

– Там тень.

За облачной завесой, как за матовым стеклом, застыл узнаваемый силуэт – две руки, две ноги и большая голова. Картинка? Или неизбежная жертва при установке стен? Замурованный заживо человек или даже волшебник? Он мёртв, уже тысячу лет мёртв, но сила стены держит его останки нетронутыми. Ничего другого быть не может. Так думала Лина, так думал каждый из них, вглядываясь в тёмный силуэт. Это казалось самым разумным, логически верным и надёжным, но силуэт, совсем неразумно, логически неверно и отнюдь ненадёжно, сдвинулся с места. А потом и вовсе махнул рукой. Поприветствовал? Пригрозил? И исчез – растворился в движении тумана. Все, как один, закрутились по сторонам. Видеть опасность было страшно, но не видеть, зная о ней, оказалось ещё страшнее. Тени нигде не было, тень могла быть где угодно.

– Облачная стена не однородна, – сказал Кир. – И не статична. Она движется каждую секунду. Хоть и стоит на месте. Поглядите сами.

И они глядели. В мутном зареве стены трудно было что-то разглядеть, но если долго смотреть, в конце концов перестаёшь замечать помехи, и тогда можно увидеть. Внутри облачной стены рос лес. Самый что ни есть настоящий, с деревьями, кустарниками, даже травой. Но там, где есть одна форма жизни, может быть и другая: две руки, две ноги и большая голова.

– Там деревья, – сказал долговязый.

– Конечно там деревья. Никто не расчищал под облачные стены земли. Это же сколько гектар! В них целые селения есть, и горы, и реки. Повезло кому-то! Вот бы там экскурсии водить.

Голос Кира, пусть по-прежнему весёлый, перемещался. И с чего бы ему обходить группу вокруг? Может, чтобы пересчитать?

– Пошли.

Группа выстроилась подвое и пошла. Никто ничего не говорил. Облачный туман сгущался, попадались участки, когда шли вслепую, держась на голос Кира. У него имелись истории на всю дорогу.

– Как думаете, сколько мы идём? А?

Внутренний секундомер волшебника сбоев не даёт никогда, но отвечать никто не спешил.

– Тридцать семь минут.