Долги времени. Облачная стена

Глава 8. Фокус на Эрика

– Не понимаю, чем тебе здесь нравится, – сказал Эрик.

Лина не ответила. Какая разница что он говорит, если всё равно пойдёт, куда ей нужно?

– Здесь всё такое примитивное, – говорил Эрик. – Хотя бы эти деревья. Посмотри, как хаотично расположены ветки.

Лина кивнула, не слушая. Всего выходов было двенадцать, по числу посёлков вокруг города, а это значит было двенадцать ворот, двенадцать парков и двенадцать Киров, пусть даже и звать этих Киров будет по-другому. Возможно, ей придётся посетить их всех, но сначала она изучит все варианты здесь. Незачем добавлять к маршруту петлю, когда ей и без того предстоит пройти сотню километров по Мрачным землям.

– Может, пойдём в город? – спросил Эрик. Парк был частью города, его окраиной, но для Эрика, что без магии и пальцем не щёлкнет, здесь не город заканчивался, а начинались Мрачные земли.

Он поглядел на неё с выражением, после чего вздохнул, призвал к рукам силу и оплатил вход в парк. Милый добрый Эрик. Она знала его с детства, и пусть они жили в разных городах, это ничуть не помешало их дружбе. Что такое расстояние для волшебника? Садишься в маголёт и летишь. Они встречались на всех светских раутах, а их только за год наберётся на полгода. Можно сказать, они почти не расставались. Сватать их стали лет с десяти, они и не спорили, Лина отмалчивалась, а Эрик так много болтал, что никто его не слушал. И всё было хорошо, они росли, и дружба росла вместе с ними, пока однажды Эрик не притащил розу.

– Знаешь, – сказала она, – в этом примитиве найдётся то, что тебе понравится.

Эрик хмыкнул и ничего не сказал, даже странно. Они вошли в полумрак парка, от которого с непривычки хотелось потереть глаза, Эрик так и сделал. С неба к их ногам спустились два луча. Фонарей вдоль дорожек не было, каждый шёл в своём круге света, и они какое-то время молча смотрели под ноги – на то, как их круги наслаиваются друг на друга. Наверное, и в жизни так, тот, с кем ты близок по духу, делится с тобой своим внутренним светом, а ты делишься с ним. Нужно быть очень близкими, чтобы два круга сделались одним, но более ярким.

Они дошли до уличного кафе, заняли столик, сделали заказ и принялись ждать. Парки никогда не пустовали. Лина долго не понимала, почему волшебников так тянуло в это, приближенное к людскому быту, место. Здесь даже запрещалось призывать к рукам силу, чтобы случайно не навредить заповеднику. Но однажды Лина задержалась в парке до полуночи, и всё поняла.

Свет погас, и ночь, давно наступившая, наступила по-настоящему. Небо потемнело, и сквозь черноту, одна за другой, начали проступать звёзды. Зрелище захватило, но не красотой своей, а осознанием, что так выглядело небо до установки облачных стен. Таким его видели первые волшебники. Но восторг сменился тоской. Может, и не таким, ведь нет никаких звёзд на чёрном небе, а есть лишь чёрные тучи и точечные просветы в них. Это лишь иллюзия их экранированного неба. Настоящих звёзд они не увидят никогда, а вместе с ними и солнца. Это плата, что назначил мир, за возможность быть волшебниками.

– Ну да, красиво, – сказал Эрик.

Может, стоило довериться ему с самого начала? Эрик мог отвлечь Кира в лесу, запутать врача мнимыми жалобами, запугать всю группу страшилками, а в итоге показать фокус с исчезновением. И сейчас Лина была бы за облачной стеной, на пару с другом. Так было бы проще, ей было бы. А Эрику? Разве она вправе ставить его перед таким выбором?

– Но мне по нраву другая красота, – продолжал Эрик.

На его руках заиграло пламя, он дунул в ладоши, разметав вокруг их стола искры. Наверное, он выбросил их в медленном времени, ведь искры не падали, а висели в воздухе, пока, одна за другой, не начали угасать. Лина, словно оказалась внутри Млечного пути.

– Эрик, я должна тебе признаться.

Эрик замер. Лине показалось даже, что он до сих пор рассчитывается со временем, но он кивнул. Лина кивнула тоже, сражаясь с предательской мыслью сбежать, но всё же осталась на месте.

– Ты знаешь про моего отца…

– Ты опять?

Она-то думала, что Эрик будет слушать с открытым ртом, а он открыл рот только для того, чтобы перебить.

– Что-то затевается, Эрик. Я чувствую.

Эрик постучал по столу пальцами.

– В вашей семейке всегда что-то затевается, – сказал он. – Каждый хочет забраться повыше. Но короля всё равно выбирает магия. Его нельзя свергнуть.

Да, короля было нельзя сменить, но он смертный как и все остальные. Нового короля снова выберет магия, и она выбирает из тех, что есть, а это как раз можно подкорректировать. Тот, кто очень хочет на трон, может расчистить себе дорогу. Выяснить, кто стоит в списке претендентов выше тебя не так уж сложно. В королевском роду волшебников много, но кто из них попадает в десятку сильнейших, понимают все. Это наделяло их шансом однажды стать королём. Или покойником.

– Мой отец следующий в списке, – сказала она.

Эрик теребил салфетку. Молчание его молчанием не было, он всего лишь перевёл разговор в мыслительную форму. Ну же, Эрик, пусть эта мысль так и останется в твоей голове, не дай ей свободу.

– Был бы следующим.

Лина вскочила с места, едва не свалив стул. Но разве можно винить Эрика? – он ведь ничего не знает. И не узнает, если она уйдёт. Лина снова села.