Долги времени. Облачная стена

Глава 13. Час пришёл

Галка опомнилась первой.

– Волшебник!

И едва они вспомнили о нём, как услышали шаги на лестнице.

– Нельзя, чтобы он нас поймал, – тихо сказал Мишка. Все молча поглядели на клетку с ошейником. На руках Барса вспыхнули молнии, но Галка помотала головой.

– Нам его не одолеть.

Мишка кивнул. Валентин без труда справится с ними троими, и уж больше не допустит, чтобы они добрались до его секретов. Взгляд снова потянулся к клеткам, отныне их места будут там.

– Барс, выруби свет.

Галка кивнула, и Барс коснулся выключателя. Комната тут же погрузилась во тьму.

– Волшебника это не остановит, – предупредил голос Галки.

Мишка снова кивнул, не им, самому себе. Он быстро осмотрел комнату. Видно было ровным счётом ничего, но он искал не предметы в комнате. Его интересовали стены. Две отметины едва заметно светили во тьме. Одна включала свет, а что же вторая? Мишка ощупал стену, на радость не каменную, а железную.

– Тут дверь. Барс!

Ничего.

– Барс! – как эхо вторил голос Галки.

Барс прошёлся по ногам, врезал плечом и кольнул локтём, но давать сдачу было некогда, и Мишка списал его грубость на темноту. Дверь, пыля каменной крошкой, медленно поехала вверх, открывая им светлый коридор. Но куда бы ни привёл этот коридор, среди людей им теперь места не было. Они не могут вернуться в посёлок, а значит должны подготовиться к худшему. И пусть жизнь вне общины пугала, но какой у них был выбор? Жить в лесу свободными или умереть в замке пленниками? Мишка выгреб из угла их вещи.

– Одевайтесь, – скомандовал он.

Галка подчинилась сразу, молча бросив Барсу его куртку и сапоги. Пока они облачались в тёплое, Мишка закидывал в рюкзак мелочёвку – верёвку, мел, трут, котелок, ложку, книгу. Руки сами наткнулись на неё, Мишка не стал им противиться, словно они не были частью его, а самостоятельным человеком, с решением которого он просто согласился. Древний артефакт отправился в потёртый мешок вместе с другими пожитками, но там ему и место, такое же старьё.

По коридору они бежали быстро. Никто не оглядывался, понимая, что так они потеряют скорость. Никто не кричал, понимая, что так они собьют дыхание. Никто не смотрел по сторонам, понимая, что лишние мысли путают ноги. Они выросли людьми и умели бояться. Редкий ребёнок доживал до взрослого, редкий взрослый доживал до старости. И твари, существа из другого мира, в списке угроз первыми не числились. Даже обычная лихорадка опережала их.

Свет двигался вместе с ними, угасал за их спинами, чтобы вспыхнуть впереди. Коридор петлял, но ни разу не разветвлялся. Они бежали, зная только одно, что им нужно убежать. Этого было достаточно.

Коридор закончился железной лестницей, за которой виднелся люк. Мишка вскарабкался первым, почти вывалился наружу. В подземелье было всего лишь прохладно, а здесь холодно. Но Мишка был рад зиме. Рад заснеженным деревьям, полянке с ровным рядом лиственниц. Он дышал воздухом, настоящим, не запертым! и с каждый вдохом ему становилось спокойнее. Они сбежали! Сбежали! Сейчас как-нибудь замуруют люк, и пусть волшебник выбирается, как хочет. Он-то конечно выберется, но к тому времени они будут уже далеко… Где именно они будут Мишка подумать не успел. Перед его лицом мелькнул кулак. Мишка едва успел увернуться.

– Барс, ты с ума сошёл? – крикнул он. А в следующий миг осознал, насколько прав.

Барс нёсся на него каменной глыбой, что откололась от скалы, нёсся, чтобы придавить. Мишка хотел отскочить и вроде бы отскочил, но мир закрутился, и лицо Барса теперь заслоняло этот самый мир. Воздух со свистом выскочил из груди, локоть Барса, словно копьё, упёрся в солнечное сплетение, пальцы сомкнулись на шее. Где-то, далеко-далеко, вопила Галка. Где-то, близко-близко, стучали барабаны, совсем как тогда, на площади. Бом-бом, бом-бом. Нет, это не барабаны, это стучала в висках кровь.

Барс поднял Мишку в воздух и с размаху грохнул об землю. На боль Мишка не обратил внимания. Он дышал и кашлял, кашлял и дышал, ничего не видел, ничего не слышал, не осознавал самого себя. Но картинка постепенно прояснилась. Галка стояла рядом, со спутанными волосами, со сжатыми кулаками, со стиснутыми губами. Только благодаря ей Мишка был жив.

Барс находился тут же. Сидел на коленях, глядя куда-то вдаль. Но куда он так внимательно смотрит и смотрит ли? Что-то мелькнуло, взгляд успел уловить только движение, белое на белом. Барс прыгнул, ему хватило одного прыжка, чтобы поймать зайца, но не хватило одного укуса, чтобы убить. Кровь брызнула не сразу.

А потом он обернулся.

– Барс, это мы, – медленно, дробя слова, сказал Мишка.

Да, это были они. Но Барс был не Барс. Уже нет. В голове Мишки прогремели слова давно умершего волшебника. «Мозг не выдержал нагрузки и сделал единственно возможное, чтобы спасти хозяина от гибели – обрёк его на безумие».

– Барс…

Тот не отвечал, только поворачивал голову от одного к другому и скалил зубы.

– Мы сейчас уйдём, – сказал Мишка и шагнул назад.

Галка не сдвинулась с места. И что ему делать? Тащить её силой, пока она будет пинать его ноги и царапать его лицо?